Не называй меня майором - Леонид Словин

- Да, да... - Игумнов не дал понять, о чем идет речь.

Звонил Цуканов. Сообщение касалось нигерийской группировки. Вся

компания вернулась в общежитие на Островитянова без Мосула Авье. Местопребывание лидера нигерийской наркомафии до сих пор оставалось неизвестным...

- Мосула Авье увезли в "джипе-"чероки"...

- Точно?

Это был прорыв:

"Нигерийца захватили люди Коржакова!.."

Цуканов договорил:

- Кроме того наркокурьер - "желудок" пасется у общежития на Островитянова. Ксения сообщила. Кроме Мосула Авье, встретить его некому. Я решил подъехать туда вместе со "Штирлицем"... - Он быстро перечислял новости. - Еще Никола. Его сейчас отпустят. Да!.. - Он вспомнил. - В Домодедово звонил их опер с линии. Спрашивал Качана. В связи с чем, почему - ничего не сказал. Все. Отключаюсь...

Игумнов спрятал мобильник в куртку.

"Происшедшее на платформе с Качаном видел Мосул Авье. Ткачук знает обо всем от тех, кто р а б о т а е т с нигерийем. Он сейчас у них в руках! Нам необходим Мосул Авье. А не наркокурьер с его полным желудком..."

Дать Цуканову другой приказ не позволяли обстоятельства.

В обстановке номера чувствовалась нервозность.

В дверь неожиданно постучали.

- Позже! - рявкнул Ткачук.

В каридоре послышались удаляющиеся шаги.

Спокойным за столом оставался лишь пришедший последним гость.

Азиат ел с аппетитом. Маловыразительное лицо его тем не менее четко

фиксировала малейшие повороты темы за столом. Игумнов внимательно следил за ним: генерал не пригасил бы на ужин неизвестно кого. Человек этот мог в равной степени оказаться и начальником службы безопасности, и киллером.

Генерал обернулся к Игумнову:

- Cвежие новости?

- На нигерийцев и их партнеров наехали. В Домодедове была разборка. Убит видновский авторитет Соха...

- Безобразие...А кто наехал? Известно?

- Домодедовцы разберутся. Действовали грамотно. Вначале зачистили последний электропоезд, платформу... Маленькая Чечня!

- И кто же это?! - В голосе прозвучал металл.

Игумнов продемонстрировал тусклый блеск нержавейки в верхней челюсти.

- Там были и люди - из "Освальда"!

Ткачук мельком взглянул на азиата. Тот ел, не поднимая глаз, от него ничего не ускользало.

В номере снова раздался звонок. На этот раз звонили на аппарат, установленный сбоку на тумбочке. Трубку снял советник.

- Сейчас узнаю... - Полковник обернулся к Ткачуку. Игумнову показалось: он растерялся. - Просят капитана Игумнова... - Советник отнес руку с

трубкой в сторону. - Что передать?

Ткачук на секунду задержался с ответом, потом махнул рукой. Трубка

перешла к Игумнову.

Звонил Рэмбо.

- Как дела? Послать несколько человек на выручку?

- Обойдется.

- С Ткачуком познакомился?

- Да. Я перезвоню.

- Давай.

Игумнов вернул трубку..

- Беспокоится? - Генерал усмехнулся.

- Есть ещё добрые души.

- Я понимаю, что это не Вася Скубилин... - Ткачук потянулся за коньяком, плеснул себе. Выпил, не чокаясь.

Игумнов оказался крепким орешком - приходилось менять тактику.

- Мне надо увидеться с Мосулом Авье. Его клиентом...

- Это ему решать, капитан.

Мент, в принципе, выдвинул вполне приемливое условие.

- Позвоните нигерийцу... - Игумнов протянул мобильник советнику. - С вами он будет говорить.

Холин кивнул в сторону генерала: ему требовалось указание руководства.

- Кроме того у меня нет его номера...

- Вот он... - Номер Игумнов получил от Ксении, пользовавшейся им

для связи с африканцами.

Генерал кивнул. Адъютант нажал кнопки.

В комнате стало тихо.

За Мосула Авье ответил автоответчик. Незнакомый, мужской голос заговорил сначала по-английски, потом по-русски, с акцентом:

"- Вы звоните по номеру... К сожалению мы не можем сейчас вам

ответить. Пожалуйста, оставьте информацию после гудка..."

- Morning! - Советник заговорил свободно. Игумнов с его скверным английским тем не менее уловил общий смысл.

- "Информация для господина Мосула Авье... С вами Александр Алексан

дрович. Вам позвонит господин Игумнов... Мы просим вас дать нужную ему информацию..."

- Дай-ка я припечатаю... - Ткачук поманил советника рукой. Полковник придвинулся, подал мобильник. Генерал прокашлялся.

- "Приветствую... Велкомм, Мосул!.. О кэй! Бай!"

Он оттолкнул руку с сотовым . Дружески мигнул Игумнову.

- Вот так, капитан. Теперь оно надежное...

Советник продублировал сообщение африканцу на пейджер. Но Игумнов

не заблуждался. Легкость, с которой Ткачук согласился выполнить его просьбу, объяснялась одним:

"Африканца держат взаперти и вне связи..."

Африканец был идеальный заложник, лучше не бывает: обратиться за

помощью в милицию он не мог...

Оставалось ждать, когда "Освальд" назначит за него сумму выкупа...

Ткачук счел вопрос решенным:

- Обдумай предложение насчет работы. Особо не тяни. На носу выборы губернатора. А там и думские... Запиши мой сотовый...

- Я запомню.

- Здесь ты прав: бумага она и есть бумага. Запоминай...

Прощаясь, Ткачук заметил благодушно:

- А Коржаков... Что же?! Отдыхает сейчас где-нибудь на Женевском озере...

Игумнов промолчал: заграничный паспорт Коржакова находился у старшего опера МУРа Самарского.

Теперь он был ещё более уверен:

"Мосула Авье похитил Коржаков! Возможно перевез его на Варсонофьевский - там никто не станет его искать. Не зря "фиат", у которого сейчас Качан, ещё теплый!"

Ткачук по его лицу догадался, что мент остался при своем мнении. Аудиенция закончилась. Генерал подал руку:

- Большие знания умножают печаль, капитан... Звони. - он обернулся к советнику. - Проводи капитана...

Игумнов и полковник были ещё на лестнице, а трескавший за генеральским столом азиатского вида телохранитель поднялся следом, на ходу вытер губы салфеткой, легко, словно в бесшумных ичигах, скользнул к двери.

Сспустившись на этаж ниже, Азиат прошел коридором в соседний подъезд, чтобы первым оказаться внизу.

Ткачук не поднял головы.Он ничего никому не приказал. Каждый посту

пал самостоятельно и из их автономных действий складывался общий, согла

сованный сценарий действий "Освальда".

Управление сотрудниками фирмы можно было сравнить с выездкой. Генерал не отдавал приказов. В одном случае молча кивнул, в другой раз пожал плечами или просто промолчал...

Это и было приказом.

И никаких следов. Ни на аудиокассете, ни на бумаге.

Когда один из эфэсбэшников как-то сообщил прессе, что приказ физически уничтожить олигарха он получил от начальства то ли на лестнице, то ли по дороге из туалета в кабинет, его подняли его на смех. "Такое важное указание... Начальник наверняка идел бы за столом!.." А между тем это и был естественный стиль отдания приказов такого рода. И соответствнные формулировки - ни в коем случае не "замочить", "прикончить" или "убрать", а только - "разобраться", "посмотреть по-пристальнее..."

Приезд Игумнова в санаторий был неприятным предвестием для фирмы.

"Освальд" нигде себя не рекламировал. Не было его и в только что изданном сборнике "Созвездия безопасности", включавшем всех главных лидеров Российского охранного бизнеса.

Ниша, занимаемая фирмой, была незаметной и насквозь криминальной: обеспечение охраны нигерийского наркобизнеса в Москве и блокирование действий конкурентов.

До этого Ткачук разрабатывал таджикско-афганские связи официально - по линии всем известного могущественного и весьма осведомленного ведомства. Все тамошние наработки оттуда пришлись весьма кстати "Освальду". Форватер был проложен. Фирма не без выгоды для себя смогла сдать большую часть своих клиентов и перейти на сторону их противников.

И теперь оказывалось, что это не осталось незамеченным.

До этого менты появлялись в фирме всего дважды. И оба раза в связи с исчезновением Коржакова. Старший опер МУРа , приезжавший первым, был плохо информирован, он собирался искать Коржакова - профессионального контрразведчика так же, как искал бы любого отдыхающего санатория, который ушел вечером и не вернулся к завтраку...

Сегодняшний гость оказался опасно осведомленным.

Капитану из линейной ментуры располагал сведениями из какого-то тайного источника, отслеживавшего охранный бизнес. Генерал Ткачук ничего не знал о "Лайнсе" и его девизе "Мы никогда не спим..."

"Большие знания умножают печаль, капитан..."

Сегодня слова иудейского царя знал каждый...

"Не надо совать нос не в свои дела..."

Поднявшийся вслед за ментом телохранитель должен был надолго отбить у ночного гостя охоту совать нос в дела генеральской фирмы.

Дверь в номер отворилась - это возвращался советник.

- Проводил?

- Да. Все в порядке.

Спускаясь с Игумновым в подъезд, полковник не проронил ни слова. Охранники внизу, заслышав шаги, побросали костяшки - имитировали служебное рвение.