Древо мира. Вехи будущего - Евгения Решетова

– Я хочу поговорить со всеми, с отцом, с генералами, с магами. И с тобой тоже, Гай, – я смотрела в глаза брату, и мне было стыдно, что я собираюсь возложить на его плечи непосильную ношу.

– Хорошо, – улыбнулся брат, даже не подозревая об этом.

Все собрались очень быстро, словно ожидали, когда я приду в себя. Отец был хмурым, почти злым, но увидев меня, улыбнулся. Жаль, что мы не стали с ним близки, но в этом не только моя вина.

Сейчас всё изменилось, и мне нужно сделать хоть что-то, чтобы потом не жалеть о своем решении. Я подошла и обняла его, удивив всех присутствующих. Даже отец не сразу обнял меня в ответ, будто не поверил, что я могла так сделать, особенно после того, что он совершил.

– Ты просила, чтобы мы все собрались, – напомнил он.

– Да, – я улыбнулась, – конечно.

Здесь были все, кого я знала. И это было необычно, но возможность попрощаться радовала, это то, чего я хотела.

Улыбнулась Филете, той женщине, которая показала мне этот мир, привезла домой, не зная, кто я на самом деле. Бросила мимолетный взгляд на БайлерМи и получила в ответ недовольную гримасу. Маг огня не воевал вместе с моим отцом, он считал, как и я, что тот поступает неправильно. Что ж, надеюсь, он будет рад моему решению.

Я отстранилась от отца, который меня поддерживал, вышла на середину большого кабинета, пытаясь подавить возникший страх, и произнесла:

– Я очень рада видеть вас всех. Эти времена принесли нам много печали, но я рада, что все мы живы и можем гордиться тем, что на землю Древа Мира пришёл покой. Думаю, вы все уже знаете, что тёмный бог решил, что мой отец не должен править Праймом и Дэйвернотом. Я наследница, его старшая дочь, по праву крови вся власть переходит ко мне, и я становлюсь королевой. Но вся моя жизнь, вся моя сознательная жизнь пошла далеко от этих земель. Я не знаю, чем живут люди, о чём они мечтают, чего хотят. Я не знаю, какие надежды в их сердцах. Я не знаю, чего они ждут от меня, чего будут ждать. И понимаю, что это всего лишь слова, которые могут немного, но всё же хочу, чтобы вы услышать меня, приняли моё желание… Я знаю, что так можно. И сегодня перед лицом тех, кто вершит судьбу нашего королевства, я хочу сказать, что отрекаюсь от престола и отдаю всё своему брату, который достойнее, смелее, умнее, чем я.

Я замолчала, слушая тишину, опустившуюся на кабинет после моих слов, ожидая ответа, но все молчали. Кажется, никто не мог поверить, что я могла такое произнести. Вряд ли кто-то из королей отказывался раньше от короны, но это не страшно, я готова быть первой.

– Эми, ты сошла с ума! – воскликнул Гай. – Даже не думай, я не позволю тебе испортить свою жизнь.

– Наоборот, я получу, то чего хочу, то, о чем всегда мечтала. Спокойствие. Я прошу у тебя прощения, потому что понимаю, быть королем – это не шутка, это большая ответственность, и я перекладываю её на тебя.

Отец вдруг засмеялся, и я удивлённо вздрогнула, посмотрела на него.

– Я знал, что ты нас ещё удивишь, – пояснил он. – Сын, она права, ее никогда не готовили к этому. Но ты и сам знаешь, это тебя всегда готовили принять корону.

– Я не готов!

– А это не имеет значения. Ты должен выполнить свой долг.

В этом я была согласна с отцом.

Все вдруг начали спорить, и только мы с Рэном молчали.

– Но как вы будете жить? – вдруг спросила Филета, и после ее вопроса воцарилась тишина.

– Я так далеко не загадывала, – обернулась к любимому и поразилась его немного виноватой улыбке.

– Я сын тёмного бога, – произнес он. – До того, как Ааронд вернулся к началу, он был королем и владел всеми темными территориями. Полагаю, что, то, каким он стал сейчас, не имеет значения, он всё такой же правитель, просто отошедший от дел. А я его сын.

– Дочь светлого короля будут править тёмными? – воскликнул отец. – Немыслимо!

– Вероятно, что так всё и будет. Божественная шутка, чтобы светлые и темные больше никогда не воевали.

Вот так. Побег от ответственности вдруг превратился в нечто большее. Теперь я не могла сказать, что мне не хочется быть королевой. У меня не осталось выбора. Я не думала об этом, но одно дело оставить людей на того, кому всецело доверяешь, и совсем другое, бросить на произвол судьбы.

Обсуждение затянулось надолго. Решали, что делать дальше.

А жизнь продолжалась.

Ночь опустилась на замок, когда мы покинули кабинет. Решили всё, что только было возможно, но прекрасно понимали, что предусмотреть каждую мелочь практически нельзя. И всё же у меня оставалось еще одно дело, которое было необходимо решить.

Я нашла своих друзей у комнаты, где оставила их. Они ждали меня, уже зная, что я решила. Никто из них не говорил, не убеждал, что я поступаю неверно. Эти суровые мужчины, которые пережили столько трудностей, войн, боли и поражений, еще верили в любовь. Только Торо недовольно покачал головой и пробурчал нечто очень похожее на: «придётся присматривать за птичкой, а то опять влипнет в неприятности». Но я была не против.

Очень беспокоила печальная судьба Лина. Я оставила его тогда в палатке – израненного, изуродованного, и теперь не знала, что с ним. Мне очень хотелось верить, что всё наладится, но я боялась.

– Да с ним всё лучше всех! – успокоил меня Сарим, хохотнул в своей обычной грубоватой манере. – Помнишь ту драуку, которая держала трактир? Она ухаживает за ним, так что у этого волчонка всё лучше всех, несмотря на разукрашенную морду.

Я вздохнула с облегчением. Сегодня последний день, когда я могу расслабиться в кругу друзей. Уже завтра мы с Рэном отправимся на тёмные территории, восстанавливать то, что было разрушено. Моя жизнь никогда не будет прежней, но я к этому и не стремлюсь. Лучше быть нужной, чем красть внимание тех, для кого ты – никто.

– Значит, отправитесь со мной? – спросила я.

– Ну, не бросим же мы тебя одну, – тут же сообщил Сарим.

– А твоей дочери? – обернулась к