Жил на свете человек. Как мы стали теми, с кем родители говорили не общаться - Ярослав Андреевич Соколов

Красота и уродство – не соперники друг другу в степени воздействия на наше зрительное внимание. Взгляд человека в равной степени привлечет как изящная кружевная церквушка, устремляющаяся ввысь над рядами одноэтажных деревенских домов, так и поросшие борщевиком и заваленные всяческим хламом развалины заброшенного недостроя или стихийная свалка посреди живописнейшего природного ландшафта. И несмотря на диаметрально противоположные эстетические впечатления, мысли и эмоции, которые у человека вызывают красота и уродство, причина, по которой они априори притягивают наше зрение, у них одна и та же – отличие чего-либо от привычной глазу нормы. То же самое и с людьми: мы с одинаковым любопытством будем пялиться на писаную красавицу и обезображенного калеку, а то и просто на человека в инвалидной коляске. Ибо они явным образом отличаются от облика среднестатистического гражданина, от нормы (как мы ее понимаем).

Однако нужно понимать, что зрение – всего лишь инструмент, способ получения информации о внешнем мире, дальше к ее обработке приступает мозг. И вот тут уже включаются другие механизмы оценки и реагирования на «отклонения от нормы» в мире людей. В первую очередь, культурные традиции общества и нравственные ориентиры личности. Кто знает, зачем Господь наделяет свои творения, созданные «по образу и подобию своему», неописуемой красотой или немыслимым уродством. Может быть, смысл в том, чтобы снова и снова привлекать наше внимание к этим понятиям, заставляя задумываться над Его и своим образом, учиться различать внешнее и внутреннее, учиться видеть красоту сквозь уродство, и наоборот. Здесь есть над чем поразмышлять, но спустимся с вершин абстрактных категорий к проблемам вполне земным и конкретным.

Мир, придуманный не нами

Организм человека – архисложная биологическая система, безусловно, прекрасная в своей изысканной гармоничности, но все тонкие нюансы ее функционирования нам и по сей день до конца не известны, а тем более законы и взаимосвязи этой гармонии. Ученые сегодня вплотную подошли к одной из наиболее острых граней познания тела человека – генной структуре его клеток. Однако какими суперпродвинутыми ни становились бы современные технологии, прогрессирующие не по дням, а по часам, и как далеко ни стремился бы зайти человек в своей жажде постичь непостижимое, некоторые тайны должны оставаться неприкосновенными и непознаваемыми. И в первую очередь те, что касаются микрокосмоса, именуемого словом «человек», образа и подобия Бога. Лично я так считаю. Но сейчас не об этом.

Безусловно, самыми значимыми системами в физическом теле человека были и остаются головной и спинной мозг. Именно их работа обеспечивает нам управление собственным организмом, наши возможности двигаться, говорить, слышать, видеть, думать – словом, всеми действиями, из которых, собственно, и складывается жизнь. Не случайно эти органы оснащены наиболее мощной защитой от внешних повреждений (костной тканью). Однако в современном мире тело человека не менее хрупко, чем в каменном веке, а опасностей, подстерегающих его на каждом шагу, становится все больше и больше.

Вот только сегодня в роли бешеных мамонтов и саблезубых тигров выступают творения наших собственных рук – технологии, машины и механизмы, а на смену деревянному копью пришел огнестрел.

Страшно представить, но каждый год в мире около полутора миллионов человек погибают в результате автомобильных аварий, при этом от 20 до 50 млн получают различного рода травмы. И самыми серьезными из них становятся черепно-мозговые и повреждения позвоночника, то есть те, которые причиняют наибольший ущерб человеку, лишая его возможности вести полноценную жизнь или существенно ограничивая их. Из всех болезней и травм, которым подвергается организм человека, самыми трагичными лично мне представляются те, которые приводят к полному параличу при ясном сознании.

Находясь в здравом уме и твердой памяти, быть запертым в собственном теле – что может быть более мучительным и беспросветным? Когда ты не можешь ничего сделать без посторонней помощи – ни попить, ни поесть, ни вытереть слюни, ни, пардон, в туалет сходить. Отдавать себе отчет, что твое тело не принадлежит тебе, что оно функционирует изолированно от твоего внутреннего мира, без какой-либо связи с сознанием и личностью. Выдержать подобное испытание не всякому под силу.

Непосильная ноша. Карина

«Говорят, Господь не посылает человеку ношу не по силам, и те испытания, которые выпадают на нашу долю, вовсе не означают наказания за грехи, в этой жизни или в прошлых. Раньше я этого никак не могла понять. И не могла принять».

Карина никогда не рассказывает о том дне, когда в автодорожной катастрофе на скоростной трассе погиб ее муж Игорь, а она сама получила тяжелейшие травмы. Перелом грудного отдела позвоночника, как показали исследования, повредил спинной мозг и стал затем причиной паралича всей нижней части тела. Помимо этого, женщина потеряла правую руку. Спасателям, прибывшим на место ДТП, долгое время не удавалось подобраться к пострадавшей и извлечь ее из-под груды покореженных машин. Руку в итоге пришлось ампутировать из-за синдрома длительного сдавления: быстро прогрессирующий токсикоз, некроз тканей и почечная недостаточность[31] не оставляли медикам иного выбора. Так в неполные 44 года женщина оказалась прикованной к инвалидному креслу.

«В тот день разбилась не только наша машина – вся жизнь слетела в пропасть, в ледяную реку судьбы. Я потеряла не только мужа, я потеряла все. Единственное, что тогда у меня оставалось, – наш сын Никита. Я благодарила Бога за то, что его не было тогда с нами в машине, он остался у бабушки, матери мужа, которую мы как раз навещали.

Никита для нас с мужем всегда был светом в окошке. Его рождения мы ждали так долго! Почти восемь лет ушло на лечение, и только в 31 у меня получилось забеременеть. И теперь похлеще тоски по мужу и утраченной счастливой жизни, сильнее физической боли меня изводило осознание того, что я не успела поставить сына на ноги и больше уже не могла ничего для него сделать. В свои 12 лет мальчик, по сути дела, остался сиротой. Мысли о том, что будет с сыном дальше, какая жизнь ожидает его впереди, стали моим навязчивым кошмаром.

Близких родных, кроме матери мужа, у нас не было, но она была уже старенькой и сама нуждалась в помощи, мы с мужем для того и выбирались к ней в деревню, раз или два в месяц, как получалось: привезти продуктов, прибраться, белье постирать и ее саму помыть, наколоть дров. Я не могла даже представить, как 76-летняя бабушка с больным сердцем будет справляться с внуком,