Гордячка - Валерия Аристова

бывших в коридоре не услышал, и что в суде будет рассматриваться высшая мера наказания. Поэтому я приехала, чтобы оправдать сэра Джона.

Сэр Джон смотрел на нее так, будто она спустилась с Небес. Зал грянул на сотни голосов.

— Мисс Ли, вы знаете, что бывает за ложь Высокому Суду?

Ванесса кивнула и заговорила снова, с трудом заставляя свой голос не дрожать:

— Да, Ваша Честь. То, что я откинула вуаль, должно убедить суд, что я говорю правду. Мне нечего скрывать, да и терять тоже нечего. Я честная девушка, и я никогда не врала. Потеряв жениха, я удалилась в провинцию, но мне тяжело видеть, как творится несправедливость относительно моего родственника. Я уверена, что он не убивал лорда Лайнела, ведь лорд Лайнел никогда не обижал меня, а для нашей семьи было бы огромной честью породниться с такой уважаемой и знатной семьей.

— Это абсолютная истина, Ваша Честь, — сказал адвокат, — шанс породниться с герцогским домом выпадает не так часто. Для сэра Джона брак его кузины был выгоден, как ни для кого более.

— Почему такие сведения были утаены от суда? — спросил судья, — сэр Джон?

Тот поднялся. Глаза его все так же сияли.

— Вы никогда не спрашивали об этом, Ваша Честь. Имя дамы не могло быть разглашено, потому что у меня только одна родственница подходящего возраста.

— Вы говорили о братской любви, сэр Джон? — уточнил судья, хмуря черные брови.

Сэр Джон посмотрел на Ванессу.

— Нет, Ваша Честь. Мисс Ли для меня больше, чем кузина, но я не мог помешать ее планам стать герцогиней. Как вы знаете, в этот вечер я напился. Но лорд Лайнел был для меня так же свят, как и мисс Ли, чье счастье он готов был составить.

— А вы, сэр, оказывается, умеете говорить, — усмехнулся судья.

В зале поднялся невообразимый шум. Все пытались переспорить друг друга. Женщины доказывали, что если бы сэр Джон врал, то обязательно воспользовался бы лазейкой, которую предоставил ему судья, сообщив, что испытывает к красивой мисс Ли только братские чувства, хотя по его лицу видно, что он влюблен в нее. Мужчины пытались доказать, что мисс Ли не имела права приходить на суд. Сэр Джон должен был запретить ей, даже смерть лучше, чем обсуждение чувств женщины в суде! Завтра все это окажется в газетах. Вон, журналисты уже зарисовывают ее лицо, которое она выставила на всеобщее обозрение! Теперь ей дорога только за границу, ведь каждый в Англии станет тыкать в нее пальцем! Но, возражали женщины, то, что она откинула вуаль, говорит о том, что ради справедливости она готова пожертвовать самым ценным, репутацией!

— Благодаря вновь открывшимся обстоятельствам приговор будет вынесен завтра, — судья встал и все поднялись вместе с ним.

Сэр Джон смотрел на Ванессу сияющими васильковыми глазами. Им не дали обменяться ни словом, быстро выведя его из зала. Она улыбнулась ему, и сложила ладони, как на молитве, показывая, что все будет хорошо. Уходя, он все время оборачивался, пока дверь за ним не закрылась, и зал, наблюдавший за их действиями, не взорвался шумом. Ванесса накинула вуаль, и следом за леди Анабель стала протискиваться к выходу. Репортеры бросились за ними, но тетушка оказалась проворнее, быстро запихав Ванессу в карету. Та только успела увидеть, как выбежал из здания суда мистер Остер, секретарь лорда Френсиса. Побежал докладывать хозяину, что что-то пошло не так, усмехнулась Несси про себя.

В карете она первым делом сняла с себя вуаль. Бедной кукле не придется так страдать. Она сделает ей вуаль из прозрачного кружева.

— Если сейчас лорд Френсис не перекупит судью, то, можно сказать, судебный процесс закончен, — леди Анабель откинулась на спинку дивана, — никаких улик! И ведь этот судья столько времени нас мурыжил! Но и сегодня лорд Френсис может предпринять попытку дать ему еще денег. Он боится за себя.

Ванесса закрыла глаза. Перед ее внутренним взором возник сэр Джон, именно таким, каким она видела его всего несколько минут назад — с сияющими глазами, счастливого. Ей остался последний шаг, и он будет свободен. Один шаг, но как же невероятно сложно сделать его!

— Не переживайте, леди Анабель, — она постаралась сделать беззаботный вид, — с лордом Френсисом я все улажу сама.

...

Ванесса ждала вечера с таким ужасом, что, когда стемнело, ей было трудно дышать и без вуали. Сообщив леди Анабель, что утомилась за день и поднявшись к себе, она сидела на кровати, вспоминая счастливое лицо сэра Джона. Битва ее не окончена, и она не может его подвести. Завтра судья огласит оправдательный приговор. Завтра сэр Джон будет свободен! Но сегодня... сегодня будет ночь падения Ванессы Ли.

Темные улицы ждали ее. Ванесса накинула темный плащ, вдохнула, будто собиралась нырнуть в холодную воду, и спустилась вниз по черной лестнице... На темных улицах было страшно и холодно, но вот ей удалось остановить кэб, и пьяный кучер отвез ее по указанному адресу.

Ванесса вышла из кэба напротив дома герцогов Нейфил. Оглядела его. Это мог бы быть ее дом, вспомнила она. Ванесса собралась, сжав руки. Не нужен ей этот дом. Не нужен, потому, что она врала сама себе. Она никогда не смогла бы полюбить лорда Лайнела. Пошло бы время, и он стал бы раздражать ее своей чопорной правильностью, тихим голосом, каждым выверенным движением... Она бы не смогла полюбить его, потому что сердце ее было занято. И даже благодарность за дом, сестер и положение в обществе не смогла бы исправить ее отношения к нему. Самой большой ее ошибкой была попытка выйти замуж без любви. Она закрыла глаза. Теперь она вообще никогда не выйдет замуж, так что свободна действовать так, как считает нужным.

Подойдя к двери, Несси взялась за молоток. Рука ее дрожала от волнения, но она постучала, замерев в ожидании шагов.

Дверь растворилась.

— Мисс Ли? — удивился дворецкий.

Ванесса улыбнулась, проскальзывая в холл.

— Лорд Френсис дома?

— Дома.

Лакей был послан за лордом Френсисом, и вскоре тот спустился к Ванессе, пригласив ее в библиотеку. Лицо его дрогнуло насмешкой, когда он затворил за ней дверь.

— Сказать по правде, я вас ждал, — он