В горе и в радости - Джанет Дайли

— Я говорил, что никогда тебя не отпущу. — Его голос стал низким и зловещим, как раскат грома. — Но это губительно для нас обоих. Все-таки отец правильно поступил, когда выставил мою мать из дому. К чему ломать две жизни сразу? Ты свободна, Стейси. Я тебя больше не держу.

— Ч-что ты сказал? — Стейси вытерла зареванные глаза и пристально посмотрела в его каменное лицо.

— Ты свободна, — мрачно повторил Корд. — Можешь уезжать, когда тебя заблагорассудится. Хочешь — сегодня, хочешь — завтра или хоть прямо сейчас. Мне все равно.

Он всем телом навалился на костыли и собрался уходить. Стейси будто приросла к полу. То, что сейчас произошло, не укладывалось в ее сознании: даже в самые мрачные минуты их совместной жизни она никогда не думала, что Корд действительно может ее выгнать.

Она в недоумении глядела ему вслед. Корд медленно двигался на костылях в сторону кабинета. Стейси не могла просто так отпустить его, ей необходимо было выяснить все до конца. Коснувшись его плеча, она попыталась задержать мужа. Корд резко остановился и зарычал, не поворачивая головы:

— Я же сказал, что предоставляю тебе полную свободу. Что еще нужно?

— Я… я… — в нерешительности начала она, чувствуя между ним и собой мощную стену отчужденности. — Я должна знать, ты действительно этого хочешь?

Он крепко сжал челюсти и, свирепо глянув на нее, ответил:

— Стейси, ты вольна поступать так, как тебе угодно. Можешь уйти, можешь остаться. Только прошу тебя об одном: сделай так, чтобы я тебя больше не видел.

Убрав руку с его плеча и впившись ногтями себе в ладонь, Стейси гордо подняла подбородок и решила держаться с достоинством, как бы худо ей ни было.

— Скажи… скажи Марии, чтобы собрала мои вещи, — не шелохнувшись, выдавила она. — Позже я сообщу ей, куда их переправить.

— Хорошо. — Корд был краток. Стейси с болью посмотрела на него и бегом помчалась наверх. Побросав в сумочку, приготовленную еще накануне, самые необходимые мелочи, она выскочила из комнаты. А ведь ни она, ни он и словом не обмолвились о Джоше. Ну что ж, она покинет ранчо, но сына возьмет с собой.

В детской Стейси быстро собрала кое-что в небольшой чемоданчик и, оставив его у двери, подошла к кроватке, чтобы разбудить спящего малыша. Стейси тихонько потрясла сына за плечо, и он, недовольно потерев кулачками сонные глаза, пробормотал:

— Ма, я хочу спать.

— Джош, надо вставать прямо сейчас, — уговаривала она, усаживая его на постели. — Мы уезжаем.

Мальчик тут же оживился и с любопытством спросил:

— А куда мы отправимся?

Стейси колебалась: пока еще рано сообщать ему всю правду, особенно если она хочет, чтобы ее план удался. Самое главное — Корд не должен ничего узнать раньше времени. Она принялась одевать его.

— Мы собираемся в путешествие. — Это все, что Стейси могла ему сказать.

— А куда?

Она и сама еще не знала, а с ходу ничего подходящего придумать не смогла. Да и какая разница — куда, — Там увидишь, — таинственно сказала она, словно речь шла о забавном приключении.

Взяв Джоша за руку и подхватив чемодан, она торопливо спустилась по лестнице. В кабинете стояла тишина, и невозможно было догадаться, там Корд или нет. Стейси, не останавливаясь, проскочила мимо.

На улице Джош смущенно взглянул на нее.

— А папа разве не поедет с нами?

— Не сейчас. — У нее перехватило дыхание, и она поспешила усадить сына в машину.

Не оборачиваясь назад, Стейси вывела автомобиль из гаража и выехала на дорогу. Она не отважилась последний раз взглянуть на дом, иначе бы растеряла последние крохи решимости.

В мыслях царил полный хаос, она была не в силах сразу найти верное решение. Стейси ехала довольно быстро, не отдавая себе отчета в том, куда держит путь и что из этого выйдет. Глаза были сухими — наверно, все слезы уже выплакала. Тупо глядя вперед, она ничего перед собой не видела и даже не заметила, как остановила машину.

— Ма, зачем мы тут остановились? Джош положил ручонку ей на плечо. Не отпуская руля, она попыталась стряхнуть охватившее ее оцепенение.

— Почему мы приехали к Мэри? Мы же собирались путешествовать?

Так вот где они оказались — у дома Баченанов. Слова сына доносились до Стейси как из густого тумана, и она постаралась сосредоточить взгляд на знакомом особняке. Она чувствовала, как внутри у нее все дрожит, и поняла, что должна немедленно повидаться с подругой, прежде чем решить, как ей быть дальше.

— Пошли, Джош.

Она выключила мотор и вылезла из машины. Сбитый с толку малыш последовал за ней, но Стейси уже не замечала его. Она словно робот поднялась на крыльцо и позвонила в дверь. Ей сразу открыли, и она увидела приветливо улыбающуюся хозяйку.

— Стейси! Вот так сюрприз! — с неподдельной радостью воскликнула Мэри и распахнула дверь пошире. — Проходите. Правда, у меня тут жуткий беспорядок, так что извини. Затеяла уборку…

Стейси крепко сжала руку сынишки.

— Ты можешь нас приютить? — Ее голос звенел от отчаяния.

Мэри в изумлении открыла рот.

— Конечно, о чем ты говоришь! А что у тебя стряслось?

— Я ушла от Корда, — ответила Стейси.

— Что?! — Мэри ушам своим не поверила. — Стейси, я не ослышалась? Но почему? Отвечай же, Бога ради!

Стейси всю затрясло, и черная пустота разверзлась перед глазами. Она потеряла сознание, так и не успев ничего объяснить.

Темнота окутала ее защитным коконом, оберегая измученную душу от непосильных страданий. Время от времени образ Корда всплывал в черной мгле, и она окликала его. Видение приближалось, он смотрел на нее с укоризной и бесследно пропадал.

Однажды призрак взял ее за пуку и печально сказал:

— Стейси, я всегда буду рядом с тобой. Я никогда тебя не оставлю.

— Нет! — запротестовала она, отвергая такую грустную участь. Она боялась нечистой силы.

— Тише, милая, — успокоил знакомый голос. — Тебе надо отдыхать.

И привидение растаяло в пелене тумана, а Стейси погрузилась в небытие. Черная пустота была избавлением от мучений, только в ее мрачном чреве можно было скрыться от Корда.

Довольно долго Стейси находилась без сознания. И вдруг она почувствовала, как кто-то приподнимает ее руку, словно пытаясь втащить назад, в реальный мир. Ее веки затрепетали, сопротивляясь возвращению к жизни, которая без Корда была и невыносима, и бессмысленна.

— Ну что, Стейси, ты раздумала нас покидать? — ласково спросил мужской голос.

Она нахмурила лоб. С ней говорил не Корд, и не его она увидела, когда открыла глаза и пришла в себя, а Билла Баченана. Пока врач держал ее запястье, слушая пульс, Стейси недоуменно смотрела на него.