Кладбище прибыли - Вернер К. Л.

Оглушенного выстрелом капера немного пошатывало, в голове у него стоял звон. Не без усилий он доплелся до места, где упал Хоргарр. Капер заметил, что дуардин еще двигался. Он был жив.

— Свет! — крикнул Брокрин.

Готрамм обернулся: в коридоре позади него стоял весь их отряд. По приказу Брокрина один из арканавтов зажег эфирный факел и поднял его высоко над головой.

Как только свет проник на палубу, по коридору разнеслось эхо тревожных голосов. Готрамм развернулся.

Хоргарр лежал всего в нескольких футах впереди. Но по спине двиргателиста уже карабкался враг. Черношкурый скавен, скаливший на капера клыки. В руке он сжимал длинный зазубренный нож. Это единственное, что успел рассмотреть Готрамм, поскольку скавен резко совершил прыжок.

От столкновения капер упал, выронив пистолет. Нож скавена царапнул по броне. Доспех спас ему жизнь, но Готрамм знал: грязная тварь выискивала уязвимые места. Готрамм попытался вытащить меч, но скавен изменил положение и прижал обеими задними лапами его руку к полу. Над их головами просвистела пуля: кто-то из дуардинов решил сбить скавена выстрелом. Крысолюд в ответ прижался к груди капера, чтобы по нему было труднее попасть. Готрамм ощутил зловонное дыхание твари, жесткие вибриссы крысолюда царапали его щеки. Глаза-бусинки смотрели прямо в его собственные.

Не дожидаясь, пока скавен попытается укусить его за лицо, Готрамм нанес удар кулаком по морде противника. Враг отпрянул, и Готрамм той же рукой опустил маску шлема. Пускай он умрет, но будь он проклят, если его нос окажется в животе крысолюда.

Он услышал приближающийся звук шагов товарищей-дуардинов, и в нем загорелась надежда. Если он сможет задержать крысолюда хотя бы еще ненадолго, помощь придет. Скавен тоже это понял. Внезапно он потерял к Готрамму всякий интерес. Существо отскочило и бросилось к стене. Освободившейся рукой Готрамм попытался дотянуться до врага мечом. Клинок угодил в стену и высек сноп искр, лишь немного не до став до длинного лысого хвоста.

Готрамм упустил последний шанс нанести смертельный удар. Крысолюд вскарабкался по стене и, цепляясь когтями, пополз вдоль потолка прочь во тьму. Дуардины открыли огонь, но ни одна из пуль не попала в цель.

Отступавшего скавена Готрамм проводил коротким взглядом. Капер подбежал к Хоргарру, опасаясь худшего. Главный двиргателист лежал лицом вниз на полу у стены. Готрамм перевернул дуардина, и Хоргарр застонал от боли. Как бы плохо ему ни пришлось, двиргателист все еще был жив.

К ним подоспел Брокрин с лампой в руках. При свете они быстро обнаружили рану на плече двиргателиста, куда пришелся выстрел. В луже крови на полу плавали мелкие обломки костей, сама же кровь была странного цвета. Готрамм часто воевал со скавенами и распознал их грязный прием.

— Отравленная пуля, — гневно произнес он, оценивающе разглядывая рану. Но тут он заметил, как странно смотрел на него Брокрин.

— И не только она, — проговорил капитан и кивком указал на грудь капера.

Готрамм опустил глаза и заметил ядовитого цвета коррозию в том месте брони, куда пришелся кинжал крысолюда. Доспех разъело, словно на него плеснули кислотой. Капер представил, что будет, если яд доберется до кожи, и его передернуло. Он тут же достал нож и срезал ремни. Броня съехала на пол, и Готрамм пнул ее. Для верности.

— Надо вытащить Хоргарра отсюда, — приказал Брокрин. — Мы обратили скавенов в бегство, но это временно, скоро вожаки погонят их дальше портить нам кровь.

Брокрин посмотрел вглубь коридора и направил туда свет. В нескольких ярдах впереди пол покрывали тела убитых и раненых скавенов. У каждой твари за спиной находилась сплетенная из лоз корзинка, полнившаяся награбленным из кронтанкера.

— Значит, выживших нет, — выругался Готрамм, — лишь падаль, ищущая, чем бы поживиться.

Капер наклонился и помог Брокрину поднять Хоргарра с пола. Один из арканавтов перевязал рану лоскутом ткани. Керрум с громовержцами стояли на страже.

Как только они направились к выходу, до их ушей донеслось тревожное предупреждение. Слова Агрило дуардины хотели услышать меньше всего:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Торопитесь, кэп! На верхней палубе полчища скавенов! Вас хотят отрезать!

Брокрин снова осветил палубу. На этот раз вдалеке они увидели несколько десятков красных глаз.

— Нет, — глухим от напряжения голосом ответил он, — не отрезать. Они хотят нас окружить.

Готрамм слышал, как по всему кораблю эхом разносился пронзительный стрекочущий смех скавенов. Соотношение сил не оставляло сомнений: у скавенов для смеха были все причины.

ГЛАВА 8

— Над тобой скавен! — крикнул Агрило и бросился к Эсмире.

Он развернул их проводницу и показал наверх. Из дыры в киле, прямо над брешью, через которую внутрь попали дуардины, выбирались полчища крысолюдов.

— Они их в клещи возьмут. Сделай что-нибудь!

Эсмира печально покачала головой.

— Бессильна я им помочь, — ответила она, трясясь так, что логистикатор почувствовал дрожь лежавшей на ее плече рукой.

Ее фатализм разгневал дуардина.

— Ты должна, — с нажимом произнес он. — Спой своим сорнякам. Прикажи им передушить этих крыс!

— Не выйдет, — упорствовала Эсмира.

Однако она закрыла глаза, и Агрило услышал тонкую мелодию ее пения.

В дальней части останков корабля растения пришли в движение. Зеленые щупальца метнулись к продолговатому разрыву в киле, из которого уже появилось несколько крысолюдов. Первый скавен угодил прямо в лозы, и его щуплое тело раздавила сокрушающая хватка. Шедшие следом даже не подумали спасать товарища, а вместо этого юркнули обратно во тьму мертвого корабля. Агрило победно сжал кулаки, уверенный, что лозы Эсмиры удержат крысолюдов внутри.

Но его радость от триумфа быстро увяла. Агрило заметил, что рядом с лозами что-то взорвалось и их окутало облаком желтого тумана. Растения затряслись, закорчились. Агрило увидел, как на стеблях проступили уродливые черные пятна. Листья скручивались и сохли прямо на глазах. Лоза, что продолжала сжимать дохлого скавена, обломилась, не выдержав его массы, и упала на палубу пересохшей оболочкой. Остальные лозы вяло попятились от киля.

Затем Агрило увидел, как из трещины высунулся непохожий на прочих скавен. На нем были замызганные, в масляных пятнах, накидка и фартук, а длинную морду полностью скрывал шлем с защитной маской. На спине был закреплен металлический цилиндр, а через плечо висела объемная кожаная сумка. Из этой сумки защищенной перчаткой рукой скавен вынул странную сферу. Агрило видел, как враг бросил стеклянный сосуд в отступавшие лозы. Сфера упала на палубу, впереди кончиков растений. Раздался звук разбивающегося стекла, и в воздухе расплылось новое облако такого же желтого тумана, накрывшего зелень. Под действием едкого пара лозы тут же усохли и отступили от киля окончательно.

Агрило понял, почему Эсмира сказала, что ничего не выйдет. Ей было известно, что у скавенов в распоряжении яд, способный справиться с растениями. И логистикатор видел, что скавен в маске махнул остальным крысолюдам рукой, приказывая продолжать наступление. По кораблю покатился коричневый ковер из грызунов.

— Им до нас даже дела нет, — негодовал Агрило. — Нас слишком мало, а на судне они могут окружить целую команду.

Ему было горько от собственных слов. Он сжимал меч, понимая, что если сейчас бросится в самую гущу скавенов, то не добьется ничего, кроме своей смерти. Он никак не мог помочь Брокрину и остальным.

Или мог? Агрило пришла на ум отчаянная мысль, и он сжал Эсмире руку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Твои лозы способны разорвать обшивку корабля?

— Чтобы ухватиться, щель им нужна...

Агрило довольно засиял. Занимаясь сбором наростов, он заметил, что узелки более крупные и встречаются чаще, иногда целыми скоплениями, у находившихся рядом с резервуарами трещин в корпусе, в которые давным-давно утекало золото. Отличная память услужливо напомнила логистикатору по меньшей мере о десятке таких течей. Агрило мигом нашел ту, которая была ему нужна. Он лишь надеялся, что зажатые внутри дуардины не отступили вглубь кронтанкера. Пока скавены осторожничали, но, когда крысолюды получат сигнал к атаке, их скорость и проворство сами по себе повергнут в оцепеняющий ужас.