Афганская война глазами военного хирурга - Александр Карелин

— Так, называется «Тоник», содержит практически все витамины, микроэлементы, незаменимые аминокислоты. Минуточку… Еще содержит…Никак не могу перевести…Вроде стрихнин, — закончил, наконец, перевод Сергей.

— Минуточку, ты сказал стрихнин? Это же сильнейший яд, помню с фармакологии, — откликнулся Александр Невский.

— Точно, я тоже помню, — поддержал Акбаров. — У нас прямо на лекциях показывали опыт на кошках: вводили стрихнин и смотрели все, как котяра умирал в страшных судорогах, а лектор вещал, мол, смотрите- запоминайте, не делайте ошибок в выборе дозы, мол, любое лекарство может быть ядом, важно правильно рассчитать.

— Точно такие же лекции и у нас проводили — кошек травили, — Невский был явно поражен — это сколько же кошек по Союзу загубили за все годы, чтобы медикам вдолбить истину в головы?

— Да ты че, кошек что ли жалеешь? — вступил в разговор Жора, — и у нас на лекциях такое же творилось, никто не плакал от жалости к тварям.

— А я хорошо помню, как девчонки ревели, просили спасти кисок, — это уже Акбаров.

— Как хоть принимать-то надо, для чего используют, не травиться же «духи» везли эти коробки? — Невский внимательно разглядывал пузырек.

— Слушайте дальше, перевожу: принимать строго по 1 десертной ложке 3 раза в день после еды. Есть пометка — превышать установленную дозу не рекомендуется. Принимают в качестве тонизирующего средства при больших физических нагрузках, особенно в высокогорных районах, после операций в период выздоровления, для поднятия аппетита, после тяжелых инфекционных заболеваний и т. д. и т. п. Да, забыл сказать, что алкоголь составляет до 30%.

— Вот с этого и надо было начинать, жучара, а-то про какой-то стрихнин мелет, а главного не сказал, — подвел итог «прений» Жора Кравченко.

Офицеры были явно озадачены. Никто не хотел принять решение. И тут точку поставил Жора. Он открутил свинчивающуюся крышку, понюхал содержимое, хмыкнул, потом решительно взял со стола мерную пластмассовую ложечку, налил ее до краев. Все смотрели на него, затаив дыхание. В Медроте давно все знали о его пристрастиях к злоупотреблениям: пил все, что попадалось, покуривал «травку», даже, поговаривали, колется. И вот новый опыт на себе…Он победно глянул на всех сразу, выпил, закатил глаза и уставился в потолок. Прошло несколько секунд, ничего… Вдруг он схватился за сердце и сделал вид, что сейчас упадет. Невский и Акбаров шагнули к нему. И тут Кравченко дико захохотал и крикнул: «Потрясающе, мужики! Как торкнуло! Хочу еще!»

— Хорошего понемногу, — Саша Тамару отнял у него флакончик. — Кто следующий?

Попробовать решились все. Один за другим медики подходили к Сашке, он отмеривал дозу и вливал в открытый рот. Это напоминало раздачу микстуры от кашля в детском саду. Переводчик последним получил дозу. Выпил и Тамару — «воспитательница». Спустя пару минут все загалдели, каждый, стараясь перекричать соседа, выражал восторг. Было, отчего радоваться: появилось ощущение легкости, ушла усталость, все органы чувств заработали в полную силу: зрение стало резче, слух — тоньше, нос улавливал новые неведомые запахи. Казалось, внутри каждого заработала ядерная установка. Это было настоящее чудо.

— Все ли ты перевел, может там есть наркотик, например кокаин? — наконец проявил опасение Толя.

— Нет, ничего больше не написано.

— А ведь это стрихнин так действует, ребята, он же является главным действующим компонентом. Но главное, помните о бедных кошках, не превышайте дозу. Я, пожалуй, уже пойду, скоро ужин. Давайте, разбираем по отделениям трофеи, я тут один представляю операционно-перевязочное отделение, значит, буду «временным бугром». Перевязочный материал: бинты, вату, салфетки делим с приемным отделением. Нет возражений, Жора?

— Саня-то Зыков куда пропал, — спросил Невского Ваня Сухар.

— Он ведь у нас начальник отделения, за всех отдувается, повез еще утром в госпиталь на консультацию раненого, которого мы оперировали с ним позавчера — не боевое ранение прямо на посту, помните? Наверное, притормозили в госпитале, взяли на операцию, ведь он хирург от Бога. А наш «ведущий» хирург уехал в Кабул, все себе новую должность выбивает…

— Его понять можно, надо майора получать, возраст поджимает, а здесь только капитанская должность. Комбриг его одногодок, тоже 34 года, а на днях уже полковника «обмывал» — впервые принял участие в разговоре начальник приемного отделения, капитан Васильков Витя.

Это был хмурый, вечно всем не довольный, коренастый, крепко сбитый человек, в прошлом боксер. О его занятиях боксом можно было даже не спрашивать — все буквально «отпечаталось» на лице — приплюснутый, не раз сломанный нос. Он постоянно смотрел исподлобья, казалось, он выбирает момент для своего решающего хука. Ему тоже давно пора быть майором, а должность не позволяет. Еще он считал себя большим хирургом, которого обидели, поставив на приемное отделение. А здесь не пооперируешь, только «малая хирургия» — панариции, флегмоны, перевязки. Приходилось еще организовывать ежедневные приемы больных, ездить в аэропорт за ранеными по первому звонку — раненые ждать не должны.

Впрочем, за ранеными чаще ездил его подчиненный, прапорщик Олег Шлемов. Удивляло другое: почему он упорно отказывался от участия в операциях в стационаре, не хотел и слышать об этом, не «вел» хирургических больных, истории болезни не записывал. Одним словом, совершенно отказывался от помощи хирургам отделения, даже при массовом поступлении раненых. Парадокс…

Офицеры стали расходиться по отделениям, унося первые партии» даров с неба», потом стали приходить медсестры, легкораненые, легкобольные, они уносили пакеты, коробки. Комната быстро освобождалась, к большой радости Тамару, он очень не любил беспорядок на своем рабочем месте. Вскоре в комнате медсклада остались только коробки с «Тоником», офицеры лишь взяли каждый по флакону. Не обидели и переводчика — он унес целую коробку, будет знакомить с чудесным напитком своих друзей…

Уже на следующий день в Кандагарской бригаде с быстротой молнии разнеслась новость о чудодейственном напитке. Не мало этому способствовали сами офицеры-медики: их поведение на ужине в офицерской столовой явно не осталось без внимания — слишком возбуждены были, каждый просил добавки надоевшей всем «до чертиков» гречневой каши с тушенкой. Даже девчата — официантки выразили недовольство, не хотели по второму «кругу» обслуживать медиков.

Первый «ходок» появился уже через пару часов после утреннего построения бригады. Он обратился к своему знакомому терапевту Кравченко. Получил заветный «сосуд с эликсиром» (он сам так его назвал), ушел очень довольный. К обеду «ручеек» просителей вырос в полноводную «реку». Все хотели приобщиться к чуду. Медики щедро делились с однополчанами. Все это надоело прапорщику Тамару — постоянно открывать и закрывать склад. С помощью очередной группы офицеров он перенес несколько коробок с «Тоником» в комнату дежурного врача, теперь раздача пошла еще бойчее… Каждому вбивали в голову о необходимости строго соблюдать дозу, кое-кто даже пытался пересказать историю о несчастных погубленных кошках.