Амундсен - Михаил Дьяконов

Путешественникам не раз приходилось оставлять свои сани и, перевязавшись альпийской веревкой, пускаться на разведку в поисках хоть сколько-нибудь проходимой местности. С большим трудом вышли путешественники на сносную поверхность, и поразительней всего, что и на обратном пути им удалось пройти весь этот лабиринт благополучно.

Названия, данные Амундсеном разным местностям на участке пути от 86° до 87° – „Чортов ледник“, „Ворота ада“, „Чортов танцевальный зал“—показывают, какие воспоминания связаны у путешественников с этой областью.

Наконец, 3 декабря на 87° 51 был достигнут наивысший пункт плато – 3 275 метров. Отсюда путь на юг к полюсу пролегал по ровной, слегка пологой местности. Здесь скорость продвижения опять повысилась, дойдя до сорока километров за дневной переход.

Еще через пять дней была пройдена самая южная точка, достигнутая в январе 1909 года Шеклтоном—88° 23 ю. ш. Это событие было отмечено под'емом на санях норвежского флага. Путешественники остановились здесь и обменялись крепкими рукопожатиями и взаимными поздравлениями. Минута была торжественная – теперь норвежцам предстояло проникнуть в область, где еще не ступала нога человека. Правда, это было до некоторой степени метафорой, так как Шеклтон шел значительно западнее и не проходил той областью, в которой норвежцы так боролись с препятствиями. Их путь был девственным и до 88° 23 ю. ш.

Амундсен не в силах был справиться с охватившим его волнением, слезы струились по его щекам. Теперь он бесспорно шел к победе! Он был первым, проникшим так далеко на юг. Справедливость требует заметить, что имена Эрнеста Шеклтона и его славных спутников не были забыты норвежцами в этот миг, и Амундсен не замедлил отметить достижения англичан, помянув их добрым словом.

На 88° 25 был оставлен последний склад. На другой день была отличная солнечная погода, и экспедиция легко прошла сорок пять километров. Амундсен быстро приближался к своей цели. Если не встретится никаких новых препятствий, то 15 декабря в полдень Южный полюс будет достигнут! Норвежцы немного нервничали: что увидят они там? Бесконечную ледяную пустыню, снежный покров, белизны которого еще не пятнала ничья нога? Или же… или? Нет, при той быстроте, с которой они продвигались вперед, было невероятно, чтобы кто-нибудь мог обогнать их и притти к полюсу раньше!

Однако, когда собаки почему-то обеспокоились и стали лаять, всех охватила тревога.

– Отчего это залаяла „Уруа“?

– Почему она лает в сторону юга? Уж не случилось ли чего…

Остальные собаки тоже проявляли какой-то подозрительный интерес и лаяли в южном направлении! Что они нашли там замечательного?

Но никаких причин к беспокойству не было. 12 декабря наблюдение дало 89° 15 ю. ш. 13 декабря – 89° 30. Погода была отличная, тихая, светило яркое солнце. Наст не оставлял желать ничего лучшего. 14 декабря полуденное наблюдение показало, что экспедиция находится на 89° 45. До полюса оставалось всего пятнадцать миль или двадцать восемь километров.

В этот вечер в палатке царило приподнятое настроение: завтра должно было произойти великое событие!

Карта похода Амундсена к Южному полюсу

Ночью Амундсен просыпался несколько раз „с тем чувством, какое у меня бывало в детстве—в ночь перед сочельником – пишет он, – взволнованное ожидание того, что должно случиться“.

Утром 15 декабря 1911 года[10] была великолепнейшая погода. К полудню экспедиция дошла до 89° 53. Оставшееся расстояние решено было пройти „одним махом“. В три часа дня все каюры, внимательно отсчитывавшие пройденное расстояние по одометрам, одновременно крикнули:

– Стоп!..

Цель была достигнута. Норвежцы стояли на Южном полюсе земли! Все собрались около начальника экспедиции и поздравили друг друга. Чувства Амундсена, переживаемые им в эту минуту, трудно описать. С юных лет он стремился в Арктику, к Северному полюсу, и очутился… на полюсе Южном.

– Пожалуй, никогда никто из людей не стоял, как я в данном случае, на месте… диаметрально противоположном цели своих желаний! – восклицает Амундсен.

Но местоположение полюса было определено только „по счислению“, т. е. по показаниям счетчика, с учетом изменений курса от последнего пункта астрономической обсервации, а не на основе астрономических наблюдений высоты солнца. К таким наблюдениям Амундсен предполагал приступить позднее, а пока путешественники перешли к самому важному и торжественному действию: надо было водрузить на полюсе норвежский флаг.

Амундсен справедливо решил, что честь достижения полюса должна принадлежать не одному ему, а всем его отважным спутникам. Поэтому пять мозолистых помороженных рук одновременно взялись за древко, подняли развевающийся флаг и водрузили его на самой южной точке земли. Впрочем позднее было определено, что полюс должен находиться на десять километров дальше.

На этом торжественная часть программы и закончилась. Жизнь вступила в свои права, надо было ставить палатку, убивать очередную собаку, готовить обед, заносить нужные сведения в путевой журнал и т. д. Конечно обед на полюсе был праздничным, хотя пробки из бутылок с шампанским не вылетали, и меню не отличалось особым разнообразием. Зато могли удовлетворить свою страсть курильщики – до сих пор курением не занимался никто, но сегодня было так приятно разрешить себе трубочку!

Погода, одно время испортившаяся и помешавшая произвести полуденное наблюдение, теперь опять разгулялась. В полночь снова было солнечно и ясно; произведенное наблюдение дало 89° 56 ю. ш. Для проверки полученных данных на другой день было произведено двенадцать наблюдений через каждый час. Такие же наблюдения, но уже в течение полных суток и тоже через каждый час, были сделаны и на третий день. После этого Амундсен и его спутники прошли по прежнему курсу еще десять километров.

Теперь уже можно было с большей определенностью считать, что географический Южный полюс достигнут. Здесь была поставлена небольшая палатка, на ней поднят норвежский флаг и вымпел „Фрама“. В палатке Амундсен оставил донесение на имя норвежского короля и письмо Роберту Скотту, с просьбой передать королю известие об открытии экспедицией Южного полюса – на случай, если норвежцы на обратном пути погибнут.

В ночь на 18 декабря Амундсен покинул место своей лагерной стоянки на полюсе и с двумя санями и шестнадцатью собаками двинулся в обратный путь, который протекал значительно быстрее и легче. Дневной переход сначала был установлен в двадцать восемь километров, чтобы не переутомить собак. Но на него тратилось всего пять-шесть часов, и слишком продолжительные отдыхи расслабляли путешественников. Поэтому, как только экспедиция вышла на Ледяной барьер, скорость продвижения была повышена. В среднем норвежцы делали в день тридцать шесть километров на обратном пути и двадцать пять километров на пути к полюсу.