Пробуждение - Иар Эльтеррус

— Сегодня рано утром получено сообщение от нашего агента в отряде Невидимок. Их командиру прислал письмо некий мастер Играм из городишки Шайда, командир зачитал это письмо на общем собрании личного состава отряда. Там говорилось, что пять дней назад мастера посетил странный юноша, назвавшийся Тарном ло'Крейди. Он приехал на двухвостом карайне без упряжи с целью приобрести эту самую упряжь и сказал, что принадлежит к отряду Невидимок. В списочном составе отряда такой человек не значится, да и выглядел он хилым и сутулым, чем и вызвал подозрения мастера. Мало того, смугл и черноволос, говорит с незнакомым акцентом. Описание Тарна ло'Крейди совпадает с описанием Кенрика Валльхайма, поэтому я посчитал необходимым сообщить о данном случае вам.

— Я крайне вам за это благодарен, аллери! — глаза ло'Тарди горели азартным огнем, руки подрагивали. — Ваше сообщение подтверждает наши предположения о наличии у разыскиваемого двухвостого карайна.

— Не за что, аллери, — тон секретаря стал чуть менее холодным. — Одно дело делаем. Хочу сообщить еще кое-что. Мастер Играм утверждает, что карайн самозванца ему знаком, что это карайн по кличке Тень, некогда принадлежавший погибшему три года назад командиру отряда Невидимок, капитану ло'Арлиди. Это предположение возмутило воинов отряда, они в один голос утверждали, что такое в принципе невозможно. Однако постановили немедленно разыскать ло'Крейди и выяснить, кто он такой. Пятеро лучших мастеров боя, все на двухвостых карайнах, попросили отпуск, который капитан им тут же предоставил, и отправились в Шайд.

— Я тоже считаю, что Играм ошибся, — покачал головой граф. — Никогда еще карайн не служил никому, кроме человека, которым был запечатлен. Да, он может везти еще кого-нибудь, но только вместе с хозяином. Это же общеизвестно!

— Судя по тому, что успел натворить Валльхайм, он еще и не на то способен, — со вздохом возразил ло'Валайри.

— Да, огульно отрицать ничего нельзя, — вынужден был согласиться ло'Тарди. — Мы немедленно отправляемся в Шайд. Не подскажете, где находится этот город?

— Миль на тридцать севернее дороги, связующей Кейд и Горт.

— Трое Благословенных! Так далеко?!

— Для двухвостого карайна это не расстояние, за день добежит, — с иронией уведомил секретарь.

— Вы правы, — поморщился граф. — Однохвостый, в общем, тоже, хоть и помедленнее — дня за полтора справится. Когда невидимки выдвинулись?

— Около двенадцати часов назад. Но им предстоит преодолеть впятеро большее расстояние, отряд в последнее время базируется в Исандине. Если поспешите, то опередите их.

— Ясно. Еще раз благодарю. Кстати, а как письмо так быстро дошло из Шайда до Исандина, несколько тысяч миль же?..

— Вы разве не в курсе, что королевская почта начала оказывать услуги амулетной связи? Письмо надиктовывается отправителем в почтовом отделении служащему, обладающему амулетом связи, другой такой же принимает его в месте назначения и записывает. Затем письмо доставляется адресату. Это недешевое удовольствие, но, видимо, Играм посчитал, что новость слишком важна, и не пожалел денег.

— Не знал, — буркнул граф. — Зря разрешили такое, быстрая связь должна оставаться прерогативой государства.

— Король… — тяжело вздохнул секретарь. — Аргументы герцога на него не подействовали, подписал приказ.

— Наградили же Трое таким королем… — скривился ло'Тарди. — Ладно, вернемся к нашим делам. В Шайде есть отделение варла?

— Есть, но совсем небольшое, всего три человека, — ответил ло'Валайри.

— Вы не могли бы связаться с ними и приказать допросить стражников, дежуривших на воротах в тот день? Играма пусть до моего приезда не трогают, знаю я топорную манеру работы провинциалов. Все испортят.

— Распоряжусь, но толку будет мало. В шайдском отделении нет портрета Валльхайма.

— Тогда лучше не надо, — отказался граф. — Сам допрошу.

— Хорошо, — отозвался секретарь. — Да, герцогу я тоже доложил о случившемся. Его приказ таков: если подтвердится, что это был Валльхайм, то прекращайте патрулирование границы леса. Вместо этого организуйте патрулирование основных дорог королевства.

— Оно уже организовано.

— Значит, усильте. Устройте засады возле каждого перекрестка.

— Сделаю, — пообещал граф. — Но беда в том, что карайну не нужны дороги…

— Это так, — согласился секретарь. — Однако Валльхайм не сможет не заезжать в города и поселки. Хотя бы за продуктами. Постарайтесь обнаружить его.

— Надеюсь, получится… — кисло сказал ло'Тарди.

— Желаю успеха! — голос ло'Валайри снова стал холодным. — Всего доброго.

И отключился.

Граф некоторое время молча сидел и смотрел в пол, по его щекам гуляли желваки. Нир прекрасно понимал его состояние — от успеха или неуспеха поимки Валльхайма зависит жизнь самого ло'Тарди. Мертвый Герцог не пощадит неудачника.

— Распорядись, чтобы за нами прибыли герольды на карайнах, — приказал граф, подняв голову, в его глазах горела ярость. — Захвати каких-нибудь припасов, остановок в дороге не будет.

Все тело ломило, и Нир едва сдержал стон. Больше полутора суток в седле за спиной герольда — это вам не шутки, господа! И позу не изменишь, на карайне можно ехать только полулежа. Но это у всадника седло удобное, а об удобстве пассажира никто не заботится. Герольды крайне недовольны тем, что им приходится возить людей второго аррала, но выбора не имеют — приказ. Однако гадят им с графом, как только могут. И таким образом, что не придерешься! Приказ ведь выполнен? Выполнен. Так какие претензии? Мелкие неудобства не в счет. Но из-за этих мелких неудобств юноша порой выть готов был — особенно когда они наваливались в комплексе.

Но все когда-нибудь кончается, и впереди наконец показались поросшие плющом, потрескавшиеся стены Шайда. Слава Троим! Карайны остановились у ворот, легли, и граф, кряхтя, как древний старик, сполз на землю и с трудом разогнулся. За ним наблюдали ухмыляющиеся стражники. Ничего, сейчас они перестанут ухмыляться…

— Внимание и повиновение! — ло'Тарди достал из кошеля белый жезл, украшенный рубином.

Лица стражников вытянулись. Никогда еще их городишко не посещал человек, имеющий такую власть. По одному приказу этого приезжего да-нери все население Шайда могут заживо сжечь! А ему и слова никто не скажет. Они тут же низко поклонились.

— Второй аррал! — рявкнул граф, радуясь возможности хоть на ком-то сорвать злость. — В чье дежурство здесь проезжал молодой человек на двухвостом карайне?

— В мое, да-нери! — выступил вперед седоусый сержант.