Вокруг света под водой (сборник) - Эдвард Бич

Анализируя это событие, мы предположили, что с юга в пролив Ломбок в течение некоторого времени поступали менее плотные воды Индийского океана, которые встретились с водами, идущими в пролив с севера. Этим, по-видимому, объяснялся и метровый гребень на поверхности воды, который мы недавно наблюдали впереди по курсу, и обнаруженные нами на глубине слои воды различной плотности, и непостоянство курсов тех кораблей и судов, за которыми мы следили через перископ. В том месте, где мы неожиданно не могли удержать корабль на перископной глубине, по-видимому, образовалось вертикальное течение сверху вниз в результате встречи вод Индийского океана с водами, поступающими в пролив с севера.

Находящийся у нас на борту сотрудник гидрографического управления Мэбри считает, что наше предположение, очевидно, правильное. Получилось так, что «Тритон» попал в своеобразную водяную яму, подобно тому как самолет попадает в воздушную яму. Размеры нашего корабля, большая прочность его корпуса и мощные двигатели гарантируют нас от опасных последствий в подобных случаях, особенно после того как мы усилили бдительность вахты. Подводная же лодка времен второй мировой войны, с более слабым корпусом и менее мощными аккумуляторными батареями, окажись она в аналогичных условиях, испытала бы значительно большие трудности.

Мне неоднократно приходилось иметь дело со слоями воды различной плотности и раньше, но никогда еще разность плотности слоев не была столь большой, а их воздействие на подводный корабль столь внезапным. В рассказах о действиях английских подводных лодок в Средиземном море во время второй мировой войны упоминается об аналогичных случаях, при этом некоторые авторы утверждают, что в отдельных случаях это явление приводило к серьезным потерям.

Табу на курение

Из вахтенного журнала:

16.30. Вошли в Индийский океан. Следующая остановка — мыс Доброй Надежды.

Среда, 6 апреля 1960 года. Сегодня у нас хорошая новость. Используя различные заменители и специально сконструированные самодельные инструменты и приспособления, наши электрики под руководством Хардмэна отремонтировали мотор воздушного компрессора. Эта кропотливая работа фактически превратилась в длинные практические занятия с электриками. Только на удаление сгоревшей обмотки якоря мотора и на чистку статора ушло более недели. Первое же испытание мотора после сборки показало, что он работает прекрасно.

В течение последних нескольких недель острота положения, порожденного отсутствием исправно действующего эхолота, несколько ослабла благодаря прекрасной работе активной гидролокационной аппаратуры. Поэтому мы легко примирились с полной неудачей наших попыток создать самодельный вибратор эхолота:

23.39. Пока производилась предыдущая запись, возникли новые причины для волнений и переживаний: мне доложили, что вышел из строя активный гидролокатор; неисправность еще не обнаружена. Этого доклада я опасался больше всего. Нам еще предстоит пройти тысячи миль по районам с малоисследованными глубинами. При отсутствии эхолота исправно действующий гидролокатор приобретает первостепенное значение.

Четверг, 7 апреля 1960 года. 00.50. Тщательный осмотр гидролокатора показал, что в нем оказалась неисправной одна из электронных ламп. После замены лампы аппаратура работает по-прежнему очень хорошо, поэтому Адамс, Балмер и я снова в хорошем настроении. Балмер, официально принявший на себя обязанности штурмана корабля, сразу после того как мы вышли из пролива Ломбок, шутя обвинял своего наставника в преднамеренной порче гидролокатора именно после того, как Балмер стал штурманом. Адамс, хитро улыбаясь, подтвердил, что, конечно, сделал это нарочно.

Воскресенье, 10 апреля 1960 года. 00.00. Тщательно провентилировали помещения корабля. Одна из задач похода состоит в том, чтобы провести испытания корабля в герметичном положении, то есть сделать наблюдения некоторых явлений при определенных регулируемых условиях. Время пребывания «Тритона» в герметичном положении не достигнет того количества часов, которые провел в таком положении «Сивулф» в 1958 году, главным образом из-за связанного с этим большого расхода кислорода; да в этом и нет особой необходимости, если иметь в виду характер испытаний, которые должны быть проведены на «Тритоне». Поскольку наш корабль совершенно новый, такое испытание нужно было провести просто для того, чтобы отработать технические приемы и определить лимитирующие факторы.

До настоящего момента, за исключением коротких периодов времени, в которые мы испытывали приборы, мы обычно каждый вечер всплывали на перископную глубину и примерно в течение часа вентилировали помещения лодки, чтобы люди могли дышать свежим морским воздухом. Сто восемьдесят три человека на борту «Тритона» дышали и постепенно поглощали в течение дня значительную часть кислорода из воздуха, заполнявшего помещения лодки. К концу дня кислорода становилось явно недостаточно и дышать было очень трудно.

С очисткой воздуха от двуокиси углерода дело обстояло хорошо, ибо у нас постоянно работал один или два аппарата, поглощавших этот ядовитый газ. Среднее же потребление кислорода работающим человеком составляет около 28 тысяч кубических сантиметров в час. Мы отметили тесную зависимость потребления кислорода людьми от характера их деятельности. Например, в субботу, когда на корабле не производилось никаких работ, кроме самых необходимых, потребление кислорода человеком составляло в среднем 20 тысяч кубических сантиметров в час. Пятница была днем авральных работ, в которых участвовал весь экипаж корабля, поэтому среднее потребление человеком кислорода в такие дни всегда составляло около 28 тысяч кубических сантиметров в час. Вследствие этого в дни авральных работ в течение нескольких последних часов до всплытия на перископную глубину и подъема трубы шноркеля для вентиляции помещений дышать было очень трудно.

Мы наблюдали и еще одно интересное явление. Увеличение давления во внутренних помещениях лодки не изменяет процентного содержания кислорода в воздухе, которым мы дышали, однако это же изменение давления влияет на общее содержание кислорода в каждом кубическом сантиметре воздуха. Таким образом, умышленно увеличивая давление в помещениях лодки приблизительно на 0,07 атмосферы, мы значительно повышали способность наших легких поглощать кислород, поэтому каждый из нас чувствовал себя лучше. Но как только мы начинали вентилировать помещения лодки, давление воздуха в них становилось нормальным. Если же мы оставались в атмосфере повышенного давления слишком долго, некоторые из нас временно могли подвергнуться отрицательному воздействию воздуха, не содержащего положенного минимума кислорода, еще до того, как вентиляторы удалят из лодки загрязненный воздух.