Гача-игры до добра не доводят - Loron Li

class="p1">Видимо, кулинария была не её коньком, поскольку подобная серая кашица была безвкусной и даже желеобразной. Когда кусочки пищи проваливались в желудок, то ощущалось заметное насыщение. Съев небольшую порцию, я ощутил себя так, словно проглотил всё со стола, что приготовила мама Марта, но какой-либо тяжести не чувствовалось. Поэтому, поднявшись, я попрощался и пошёл домой.

Вообще, время летит так быстро, когда весь день чем-то занят: вот я подметаю пол в доме, после пробежка вокруг деревни, и вот я снова на тренировке. Снова разминка и растяжка. Теперь во время дыхания я должен погрузиться в своё тело и ощутить его как можно отчётливее и при этом не уснуть.

— Мастер, старайтесь лучше, я слышу, что вы ещё немного и заснёте! — резко дёрнувшись, я запутался в ногах и плюхнулся на спину. Эсмеральда запрыгнула мне на грудь, начав мурлыкать и ожидая поглаживаний.

— Видимо, я действительно глубоко погрузился в себя… — вздохнув, я, всё так же лёжа на полу, чесал кошку за ухом, пока второй рукой наглаживал её спинку. Когда уже близится завершение недели и к деревенскому каравану должен уже вернуться со дня на день.

— Эсма, я волнуюсь… Сложно сохранять хороший настрой, когда половина взрослых мужчин непонятно где, а если случится что-то плохое? — Из-за того, что я стал больше вслушиваться в своё тело, я тут же заметил, как ускорилось моё сердце.

— Твоё волнение кому-то помочь может? Лучше тренируйся усерднее, и станешь такой же сильной, как я! — Продолжая мурлыкать и немного потянувшись, она завалилась на другой бок, чтобы я погладил теперь её с другой стороны, и тем самым я успокаивался.

— Да, ты права, не стоит грузить на плечи то, что не сможешь поднять… — Ещё немного полежав, я снова принял позу для медитации, продолжая размеренно дышать, что несло покой телу и разуму.

Глава 14

Божественный артефакт упал, и что будет дальше?

На восьмой день вернулись деревенские, и теперь понятно, почему они задержались. Некоторые из них были перемотаны бинтами: у одного была плотно перевязана грудь, у второго — нога, у третьего — обе руки.

Мой дядя был цел и здоров, только уставший и явно голодный. Пока он разгружал телегу, мы с братьями переносили содержимое домой. В телеге была клеть с молодым петухом, тройка кур и выводок цыплят, новый топор, рулоны неплохой ткани, а также целый мешок с солью и новая глиняная утварь с ручной росписью.

Он никому не доверил нести это сокровище, лично отнеся явный подарок жене. Уверен, что у кого-то будет бурная ночь, и определённо скоро появится новый член нашей семьи. Были и другие вещи: новые крючки для пряжи, ремни и хорошая верёвка.

Может, я что-то упустил, но не один я всё домой таскал. В деревню привели аж трёх коров и быка, ещё молодых поросят, около пяти коз и одного козла. Видимо, деревня неплохо смогла продать свой урожай и после закупить всё необходимое, чему поспособствовала компенсация от барона за причинённый ущерб.

Вечером Марта расстаралась и наготовила много вкусного. Всё же питаться безвкусным желе у травницы очень сытно, но питаться подобным слишком утомительно, и приходится каждый раз пересиливать себя, чтобы всё съесть.

Немного вздрогнув, я покачал головой, наслаждаясь праздничным ужином с едой, в которой есть соль и немного специй, что делает даже простой суп просто божественным. Я съел столько, что хоть уже был сытым, хотелось ещё одну лишнюю порцию.

Ложась спать, я был даже счастлив, но уснуть помешали звуки за стенкой. Вдохнув, я решил выйти на крыльцо. Сидя и любуясь на удивление чистым небом, я подумал о том, что сейчас осень и часто идут дожди, и небо закрыто облаками.

Некоторое время наслаждаясь ночным небом, я наконец посмотрел на недельные квесты.

1: заняться медитацией 5 раз

Награда 3 эфиров и 1 обычный бесплатный призыв снаряжения

2: пробежать 10 километров.

Награда 3 эфиров и 1 обычный бесплатный призыв снаряжения

3: заниматься растяжкой 5 раз.

Награда 3 эфиров и 1 обычный бесплатный призыв

— Кажется, система подталкивает меня к дальнейшим тренировкам… — сказал я очевидное и потянулся, наслаждаясь безмятежностью и спокойствием. А то может случиться так, что придётся выгрызать каждую секунду жизни в этом опасном мире.

— И как же без основы моей силы…! — я пакостно вытянул руку, совершил бесплатный призыв предмета, и в моей руке вскоре оказались ржавые ножницы. Призванным существом оказалась белка. Пожав плечами, я пошёл спать, не собираясь шастать в поиске неприятностей.

Всё началось как-то плавно: я понемногу втягивался в новый способ усиления, посвящая тренировкам всё больше свободного времени. Чувство, что я развиваюсь, становлюсь сильнее и выносливее, было как наркотик.

Так начали пролетать дни: я вставал, делал работу по дому, бегал вокруг деревни, постепенно увеличивая дистанцию, приходил к травнице, занимался медитациями, растяжками, всё более серьёзными разминочными комплексами, и так снова и снова. День за днём я жил по графику, следовал ему, отбросив лень и детские забавы. Даже эмоции ушли на второй план.

Я попал в цикл, которых так всегда боялся, — бездумное повторение одних и тех же действий. Триггером, который стал моим спусковым крючком, стало выпадение снега. Внезапно, пробегая уже не знаю какой круг вокруг деревни в утеплённой одежде, я вдруг заметил, как пара белых снежинок попала мне в лицо.

Но некоторое время я всё ещё продолжал бежать, словно погрузившийся в туман разум не желал так быстро выныривать из медитативного состояния, где ничего не мешало моему развитию и тренировкам. Однако я начал затормаживать.

Замерев, я вдруг оглянулся назад и увидел лишь пожухлую траву. На улице было прохладно, но из-за закалки это ощущалось слабо. Словно очнувшись от сна, я теперь медленно шёл, чувствуя лишь усталость и почему-то грусть.

Я брёл по протоптанной мной тропинке, не осознавая окружения, будто с моих глаз стянули очки, показывающие путь вперёд. Сейчас я чувствовал себя максимально потерянным и одиноким.

— Что произошло, почему я так сильно увлёкся…? — возвращались эмоции, самые разные: от непомерной грусти и злости за то, что потерял контроль над желанием стать лучше, до веселья, поскольку я считал себя самым необычным иномирцем, а в итоге, словно как и все, начал тренировки, граничащие с маниакальным желанием стать хоть кем-то.

По лицу текли слёзы, рот кривился в злорадной усмешке, а кулаки были плотно сжаты в кожаных перчатках, которые хранились