Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

— Э-э-э, Айнура, я тебя хотел попросить… нет, не забыл, просто хотелось ещё разок тебя поцеловать… Да помню я!.. Понимаешь, мне письма надо получать — желательно, втайне. Прости, сейчас объясню чётче… отвлекаться от тебя не хочется, — честно признался он. — Так вот, Айнура, я тебе говорил, что отправляю собранные любопытные слухи и факты о Файханасах и о том, что делается в их владениях. Ну и ответы получаю, само собой… точнее, сначала я получаю письмо, потом отправляю ответ. Мне присылают магических «письмоносцев», многоразовых, а для простого бродячего менестреля это несколько подозрительно. Сразу наводит на мысли о шпионстве, а нас, менестрелей, и так в нём традиционно обвиняют.

Тианор усмехнулся. Что скрывать, из менестрелей порой получались почти идеальные шпионы, но далеко не каждый был способен этим заниматься. Люди творческие — народ особый, чувствительный, мараться шпионством не всякий захочет. Правда, бывает так, что выбора не остаётся, но у Тианора, похоже, не тот случай.

— Я не профессиональный шпион, вообще это дело не люблю и согласился только потому, что попросили, я говорил.

— Охотно верю.

— Если честно, я ужасно боюсь попасться.

— В чём? — приподняла брови магесса. — В краже тайных документов, в подделке печатей, в передаче тайных сведений об обеденных пристрастиях герцога злобному соседнему королевству?

— Не смешно, — кисло сказал он и поёрзал в постели, будто под него хлебная крошка попала. — Я, правда, боюсь, хотя ничего такого вроде бы не делаю. Подумаешь, болтаю со служаночками или пью с герцогскими гвардейцами, они ребята компанейские.

— Ну вот видишь, сам признаёшь, что не занимаешься ничем предосудительным.

— Да, а герцог или его сыночек ненаглядный иной раз так посмотрят… будто всего меня насквозь видят. Впрочем, сыночек вряд ли, это он просто отца копирует и фамильный взгляд с прищуром тренирует, а вот его светлость — человек умный и проницательный. В общем, не хотелось бы вызвать его подозрения и потом отвечать на разные неприятные вопросы. Трусоват я для шпионской деятельности, как оказалось, — с кривоватой улыбочкой признался он и даже слегка покраснел. — А эти проклятые «письмоносцы» способны доставить мне проблемы. Мы договорились переписываться раз в пять дней, если нет ничего срочного. Если случится что-то непредвиденное, так у меня с собой несколько заготовок «письмоносцев», сам я их создавать так и не научился. Несколько раз мне специально присылали розовенькие, надушенные «письмоносцы», якобы от моей слегка заброшенной дамы сердца. Я же ветреный и непостоянный.

Менестрель лукаво улыбнулся, отчего на щеках опять заиграли ямочки. В последнее время среди знатных дам появилась новая мода: «письмоносцы», которыми они пользовались, были разноцветными, чаще пламенно-красными или романтично-розовыми, вдобавок магические конвертики можно было ароматизировать собственными духами.

— Я старался получать такие письма в присутствии других людей. У нас оговорено примерное время прибытия «письмоносца», так что я в эти моменты сидел со своими гвардейскими приятелями или находился в таверне. Надушенные письма хорошо получать изредка, но если они будут приходить регулярно, то это уже подозрительно. В остальное время я уходил куда-нибудь в лес, чтобы никто не мог увидеть, как ко мне прилетает «письмоносец». Живу я в деревне, снимаю комнату у пожилой пары. Они люди неплохие, но ужасно любопытные и сплетничать обожают, так что про мои письма на другой день пол-Кайдараха знало бы. Вот поэтому я хотел попросить тебя о помощи, Айнура. Если я буду получать «письмоносцы», когда нахожусь у тебя, это никого не удивит. Все будут думать, что письма приходят к тебе. Ты же маг, такой способ переписки для тебя — обыденность, а не дорогая экзотика, как для меня. Ты как, не возражаешь?

— Да пожалуйста, мне не жалко. Когда следующее письмо?

— Завтра около пяти вечера. Так что, если тебя это не стеснит, я снова нанесу тебе визит. Буду в четыре, дождусь «письмоносца» — и в «Свиную голову», петь.

— Если вздумаешь опять верещать у меня под окнами, испепелю, — любезно предупредила его Айриэ.

— Ка-а-ак, тебе не понравилась самая модная в этом году любовная песенка? Да её и при дворе поют! Дамы в восторге, между прочим! — шутливо возмутился менестрель. В его глазах прыгали весёлые золотистые искорки.

— Вот пусть и дальше восторгаются. Без меня, — категорично отрезала магесса и потянулась погасить магический светильник.

— Айнура, любовь моя, а ты не хочешь ещё разок… — начал было менестрель ласково-насмешливо, но был безжалостно прерван.

— Завтра утром. Если буду в настроении.

Ответом ей послужил нарочито тяжкий вздох любовника, но его рука бережно обвила талию магессы и притянула даму поближе. Отодвигаться Айриэ было лень, так она и уснула.

Глава 7

На следующий день Айриэ отправилась к мельнице, опять оставив Шоко пастись на берегу реки. Мельник был дома и занят своим непосредственным делом. Возле мельницы стояли три телеги, нагруженные мешками с зерном, которые несколько работников таскали на самый верх мельницы. Зерно по жёлобу сыпалось вниз, на жернова, откуда, уже в виде муки, просеивалось и шло по другому жёлобу на нижний этаж, в подготовленные мешки. Во дворе крутилась дочка мельника, которой магесса приветственно махнула рукой. Лесок на другой стороне был зелен, свеж и спокоен, даруя желанную прохладу после пыльной, залитой солнцем дороги.

Бродила она по лесу больше часа: лизиаллиния нашлась далеко не сразу, да и торопиться было некуда, зелье готовится недолго. В лесу было сухо, но приятно пахло разогретой смолой и вереском. Набредя на кусты ежевики, Айриэ с радостью освежилась кисловатыми тёмно-фиолетовыми ягодами. Из грибов попадались разве что мумифицировавшиеся на корню сыроежки, а жаль: магесса не побрезговала бы самолично насобирать грибочков, чтобы потом отдать Тайре, приготовить на ужин. Но грибов теперь не будет до осени, пока землю как следует не промочат обильные, частые и короткие осенние дожди.

Шла Айриэ неторопливо и, по привычке, бесшумно. Поэтому её не услышали, а она уловила два голоса, мужской и женский, и только теперь вспомнила, что юный ухажёр мельничихи уговаривался встретиться на другой день. Поняв, что вышла к вчерашней полянке, Айриэ решила обойти парочку по широкой дуге: вчера их разговоров наслушалась, а вмешиваться в чужие дела она не намеревалась. Однако в женском голосе вдруг прорезалась тревога, перешедшая в откровенный испуг:

— Нет, мэор!.. Не-е-е-т!.. Да пустите же меня, что вы сегодня?..