Интуиция - Дэвид Майерс

А вот и другие классические маленькие задачи Уосона, которые стали предметом многочисленных исследований и споров: какие карты вы должны перевернуть, чтобы определить, является ли это правило истинным или ложным: «Если на одной стороне карты гласная, то на другой стороне будет четное число».

Подобно любому человеку, столкнувшемуся с этой проблемой, вам, возможно, захочется сначала перевернуть карточку А. Пока все идет нормально. Некоторые на этом останавливаются, но нам нужно перевернуть еще одну карту. Большинство людей, ищущих доказательства подтверждения правила, захотят перевернуть карточку 2, но если на оборотной стороне окажется согласная, то эта карточка не будет соответствовать правилу. (Если гласная на одной стороне...) Только 4% людей сделают правильный выбор и перевернут карточку 7. (Если на другой стороне окажется гласная, то правило ложно; если согласная, то верно.) Ошибка подтверждения относительно этих заданий заставляет предположить, что естественные человеческие рассуждения некорректны или, по меньшей мере, лучше приспособлены для оценки вероятности, нежели требования логики.

А что, если наши первоначальные интуитивные предположения или верования не подтверждаются и даже оказываются совершенно беспочвенными? Что, если ошибка обнаруживается? Несмотря ни на что, убеждение может сохраниться. В еще одном провокационном эксперименте Крэйг Андерсон, Марк Jleппep и Ли Росс просили людей подумать над тем, что лучше для пожарного рисковать или соблюдать осторожность. Затем исследователи рассказывали половине участников эксперимента о любителе риска, который был великолепным пожарным, и об одном осторожном человеке, который оказался посредственным пожарным. На основании этих историй участники эксперимента высказывали предположение о том, что люди, склонные к риску, являются лучшими пожарными. Когда испытуемых попросили объяснить свою точку зрения, один из них заявил, что «те, кто рискует, храбрее». Другие участники, которые сделали на основании этих историй прямо противоположный вывод, были склонны давать такие объяснения: «Осторожные люди думают, прежде чем действуют. Они менее склонны совершать глупые ошибки».

Затем исследователи разрушили фундамент для этих убеждений, открыв правду: рассказанные истории просто-напросто сочинили ради эксперимента. Однако поколебало ли это разоблачение сами убеждения? Очень незначительно, потому что участники продолжали придерживаться своих объяснений, почему это могло бы оказаться правильным. Доказательства исчезли, но теория выжила, и участники эксперимента ушли, продолжая твердо верить в то, что на самом деле лучшими пожарными являются любители риска (или осторожные люди).

Эти тревожащие исследования не говорят о том, что мы никогда не меняем своих убеждений. Скорее они демонстрируют, что чем больше мы исследуем свою интуицию и убеждения и объясняем, каким образом они могли бы оказаться истинными, тем ближе мы подходим к весьма тревожащей информации. Если уж

убеждение сформировалось, то для того, чтобы его разрушить, потребуются более убедительные доказательства, чем для того, чтобы оно появилось. Если мы сочли О. Дж. Симпсона виновным (или невиновным), как только мы объяснили себе, почему другая страна является недружественной (или враждебной) нам, как только у нас сформировалась философия, оправдывающая нашу веру в Бога (или атеизм), мы склонны с готовностью выслушивать подтверждающие доказательства и отвергать любые опровержения. Именно поэтому убеждения настолько устойчивы. Вот что писал Фрейд: «Сначала были только предположения, на основании которых я разработал свою теорию... но со временем они приобрели такую власть надо мной, что я больше не мог думать как-то иначе».

Существует ли лекарство от «устойчивости убеждений» — от сохранения убеждений даже тогда, когда разрушен их фундамент? Да, есть: объяснения прямо противоположного. Представьте и объясните, почему прямо противоположная теория может оказаться истинной — почему осторожный пожарный, а не любитель риска является лучшим профессионалом. Это уменьшит или уничтожит устойчивость убеждений. Чтобы люди открылись некой иной идее, не отстаивайте с пеной у рта свою точку зрения. Убедите их представить, почему у другого человека может быть прямо противоположная точка зрения. На самом деле, помня о нашей способности делать ошибки, нам не стоит забывать то заявление, которое Оливер Кромвель сделал в 1650 г. во время судебного процесса с Церковью Шотландии: «Я заклинаю вас во имя христианского милосердия представить, что вы можете ошибаться».

Эвристика: быстрое и экономное мышление

Каждый день мы принимаем на лету бесчисленное множество решений. Нужно ли брать зонтик? Стоит ли мне опасаться этого оборванца? Что безопаснее: ехать в Чикаго на машине или лететь самолетом? Обычно в этих случаях мы просто руководствуемся своей интуицией. После проведения опроса среди членов правительства, деятелей бизнеса и сферы образования социальный психолог Ирвин Джейнис пришел к выводу о том, что «они тоже зачастую не пользуются методом, подразумевающим обдумывание проблемы. Каким образом они обычно приходят к решению? Если вы спросите их об этом, они скажут, что "высиживают" свое решение».

Это немного странно, говорят эволюционные психологи. Наши далекие предки развивали в процессе эволюции мыслительные стратегии, которые помогали им собирать пищу, выживать и размножаться. У них (и у нас) был мозг, предназначенный для постоянного принятия решений относительно того, не подкрадывается ли сзади лев, или листья шуршат просто потому, что на них села птица. Разум работает по принципу «Делай или умри», а не по принципу «Не рассуждай или узнай почему», — отмечает Роберт Орнстейн. Разум никогда не развивался в том направлении, чтобы интуитивно предсказывать колебания на рынке ценных бумаг, оптимальную политику социального обеспечения или относительную безопасность вождения по сравнению с полетами на самолете. Следовательно, быстрый скачок к заключениям может лучше работать в тех ситуациях, с которыми сталкивался наш вид в процессе своего становления, а не в тех, с которыми он сталкивается сейчас.

Многим решениям, которые мы «высиживаем», помогает «эвристика» нашего разума — простые правила из нашего когнитивного арсенала, которые берлинские психологи Герд Гигеренцер и Петер Тодд называют «быстрыми и экономными» и которые делают нас интуитивно сообразительными. Другие исследователи могут называть эвристику «быстрыми и грязными» короткими путями психической деятельности, которые иногда ведут к ошибкам. Однако большинство согласится с тем, что эвристика — это своего рода стимулы для нашего восприятия, которые обычно хорошо срабатывают, но иногда рождают иллюзии или ошибки восприятия. Наш мозг интуитивно предполагает, что неясные объекты находятся дальше, чем четко различимые, и обычно они действительно располагаются гораздо дальше. Но туманным утром автомобиль, едущий впереди вас, может оказаться гораздо ближе, чем вам кажется.

Эвристика репрезентативности. А вот еще несколько развлечений и игр.

• Некий человек рассказывает о низкорослом, щуплом любителе поэзии, а затем предлагает вам предположить, на кого больше похож герой его рассказа — выпускника элитарного университета, профессора классической литературы или водителя грузовика. Руководствуясь своей интуицией, какое предположение вы сделаете?

• Вот описание некоего человека. Студентам Орегонского университета сказали, что этого человека случайным образом отобрали из выборки, состоящей из 30 инженеров и 70 адвокатов: «Фрэнк дважды разведен. Большую часть своего времени он проводит в загородных клубах. Его разговоры в барах, как правило, посвящены его сожалениям относительно того, что он последовал совету отца и пошел по его стопам. Он потратил бесчисленное множество часов на монотонную академическую рутину — лучше бы он потратил это время на то, чтобы научиться получше ладить с окружающими». Вопрос. «Какова вероятность того, что Фрэнк является адвокатом, а не инженером?»

• Наконец, давайте поговорим о Линде. Ей 31 год, она одинока, очень откровенна и талантлива. В колледже она специализировалась на изучении философии. В студенческие годы она интересовалась вопросами дискриминации и прочими социальными проблемами и участвовала в демонстрациях против ядерного оружия. Исходя из этого описания, на кого она больше всего, на ваш взгляд, похожа?

а) Линда — страховой агент;

б) Линда — банковский кассир;

в) Линда — банковский кассир и активистка феминистского движения[14].