Сказки старого дракона (СИ) - Бердичева Екатерина Павловна

Я выпрыгнул из кровати и встал у окна, готовый к любому развитию событий: и драться, и быстро бежать. Ведь как бы я не храбрился, справиться со взрослым мужчиной труднее, чем с парой неопытных в бою сверстников.

"Что ты хочешь?" - Тихо спросил он.

Знаешь, феечка, я не узнал его голос. Если бы не был уверен, что на кровати сидит брат, мог бы поручиться, что слышу старика. Да и фигура сгорбилась, а плечи опустились. Хорошо, что тогда, в темноте, не видел его лица...

"Хочу больше никогда тебя не видеть и не слышать. Ты испоганил мое детство, лишив меня матери и друзей. Поэтому после разговора мы с тобой расстанемся. Ты можешь спокойно, не боясь поранить мою детскую душу, жениться, а я начну жить без тебя. Даже не представляешь, какое это блаженство!"

"Хорошо. - Сказал он тем же голосом. - Ты волен делать все, что считаешь нужным. Ты, действительно, взрослый, самостоятельный парень и не мне тебе мешать. Монеты под реализацию твоих амбиций я тебе дам. Так что не стоит с этой просьбой обращаться к Колиэлю. Но, все-таки, моя совесть требует рассказать, почему я так тебя берег, зарабатывая твою ненависть... История эта берет начало в твоем рождении. Все дело в том, что мы с тобой не родные, а сводные братья. Матушка у нас одна, а отцы - разные. Она тебе не говорила? Удивительно". - Он уселся поудобнее и откашлялся. - "Все дело в том, что, выйдя замуж за моего отца, гвардейского офицера Его Величества Мелидара Териделя, она не ушла со своей службы в штате его супруги. Да, Руст, мама была фрейлиной. Она и в молодые годы выделялась своей красотой, и до сих пор легко пленяет мужские сердца. Но тогда все сходили по ней с ума. В том числе и отец, который каким-то образом уговорил первую красавицу выйти за него замуж. Подозреваю, что я тоже не его родной сын... - Горько сказал Войт. - Но он любил и баловал меня, как свою собственную кровинку. Прошло время. Когда я уже ходил в школу и с восторгом надевал на занятия кадетскую форму, в наши края с визитом приехал принц Вековечного Леса. Он был чертовски хорош собой. О, нет, - улыбнулся Войтэл, - это не мое мнение. Просто о его прекрасных глазах щебетали все горничные и фрейлины дворца, в котором мы тоже несли первую военную службу. Дальнейшее я могу рассказать только со слов отца, поскольку по младости лет к роли подсвечника не допускался. Думаю, наша мамочка потому приняла предложение ничем не примечательного гвардейца, что одним из условий их брака была ее вольная жизнь и любовные интрижки с посторонними мужчинами. Но он ее обожал, поэтому пошел на этот шаг, радуясь пусть кратковременному, но все же, обладанию ее роскошным телом. Но все-таки вернемся к визиту принца. Нынешний наш Король Тонимэл в те далекие времена был изгоем и болтался по долинам, зарабатывая себе на жизнь. Да, мой мальчик, вернее, уже не мой, сие удивительно для правящего дома Териделей. Но Тонимэл был слишком гордым, а его отец - чересчур жестким. Позже помирил их сын Тонимэла, наш замечательный принц Йожеф.

Если тогдашние лесные Короли относились к друг другу с прохладцей, то младший сын нашего монарха Тириэл и сын Короля Элисиля были весьма дружны. И наш с тобой официально признанный и давший нам свою фамилию отец в их компании был третьим, равным другом. Ну так вот... Когда в очередной раз принц Элисиль посетил нашу столицу, матушка, впрочем, как и всегда, полагаю, заскочила в покои принца засвидетельствовать свое к нему почтение, да там и осталась. Конечно, наш отец об этом узнал. Не знаю всех тонкостей переломного момента в отношениях друзей, но папа ей, как обычно, все простил, а принц быстро собрался и уехал. Однако, с тех пор мать больше не ночевала в нашем городском доме, оставаясь во дворце. Конечно, мы с ней иногда встречались... Но теплыми наши отношения назвать было сложно. Я в ее планы никоим образом не входил. Поэтому однажды удивился, увидев в нижней гостиной ее зонт и шаль. Встретившись с ней за ужином, я увидел большой живот и понял, что рожать она вернулась в дом мужа. Чтобы все выглядело пристойно в глазах наблюдающих за чужим непорядком светских сплетников. Вот так ты появился на свет. Мать, немного оклемавшись, снова убежала во дворец, оставив тебя в семье и любящих руках нашей старой няньки. Ты был забавным малышом. Терпеливым и скрывающим свои грязные делишки в пеленках до тех пор, пока кто-то не обнаруживал их по запаху.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Все было просто замечательно, пока не началась подготовка к войне. Знаешь, мне кажется, отец чувствовал, что оттуда назад не вернется. Он продал наш столичный дом и, уволившись со службы, купил ферму с козами и начал учить меня за ними ухаживать. Ты, вместе с нашей нянюшкой, отправился с нами. Выстроив дело так, чтобы я мог самостоятельно вести дела, он попросил своего друга детства, живущего в столице, помогать мне со сбытом продукции. Друга звали Колиэль. Несмотря на последовавшие в результате войны определенные финансовые трудности и потери, он помогал нам, чем только мог. Думаю, ты не раз обвинял этого чудесного эльфа в воровстве наших средств. Нет, малыш. Он делал все, чтобы мы могли выжить. После смерти отца он даже предлагал нас с тобой усыновить. Но я отказал ему так же, как и воспылавшей к тебе любовью матушке. Ты спросишь, в чем подвох? Может, я сошел с ума, пряча в четырех стенах единственную привязанность? Да... со стороны так оно, наверное, всем казалось. Но перед уходом отец мне доверил тайну, которую я обещал поведать тебе в день твоего совершеннолетия. Ты немного поторопил события. Хотя... несколько дней уже погоды не сделают.

Пока ты мирно спал в кроватке, отец подал мне карточку банка долины Саламандр, оформленную на твое имя и сказал: "Руст - не мой сын, хоть во всех его метриках отцом вписан я. Его настоящий отец - мой бывший друг, принц Элисиль. Он не стал брать мальчика к себе. Ты же знаешь, как эльфийская знать относится к бастардам... Но, когда он вырастет, просто отдай ему эту карту. На ней лежат средства, выделенные для него родным отцом. Монет хватит на безбедную жизнь, даже если он не захочет работать. Однако, в этих деньгах заложена и угроза существованию малыша. Наверняка мать попытается стребовать с Элисиля обеспечение для себя, шантажируя того ребенком. Боюсь, принц не станет молчать и расскажет ей про карту. Так что будь осторожен и не спускай с мальчика глаз до совершеннолетия. А еще мне кажется, если мир после этой войны выживет, то значительно обеднеет". "Отец, - взмолился я, - может, ты не пойдешь на эту войну, а останешься с нами?" "Ну кто-то же должен защитить от даймонов нашу прекрасную землю и моих милых ребят..." - Усмехнулся он. Вот таким я его и запомнил. С тоской в глазах и карточкой в руке. А потом случилась война. Я работал, как проклятый, чтобы прокормить нас троих. Ведь цены на наш товар резко упали. Твоя человеческая нянюшка умерла, и я вынужден был либо запирать тебя дома, либо всюду таскать за собой. И тут, как прозорливо угадал отец, появилась наша очаровательная матушка с предложением усыновить сироток. Я вежливо отказался. Чтобы не заставлять соседей и отцова друга докапываться до причины моего нежелания воссоединяться с матерью, пришлось изображать чрезмерную братскую любовь. Хотя... я действительно безумно тебя любил".

Брат вздохнул и встал. Мне кажется, ему страшно хотелось пить. А может, выпить. На столе, в кувшине, стоял яблочный морс. Он взял кувшин и жадно стал глотать прямо из него теплый отвар. Я стоял, уперев в подоконник ладони, и боялся пошевелиться. Когда он поставил кувшин на стол, в темноте я увидел его глаза... Мне стало страшно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

"Кстати... - Брат садиться не стал, лишь привалился к столу бедром. - Ты не помнишь, как тебя похитили?"

Я отрицательно помотал головой.

"Ты тогда еще не ходил в школу. Стояла чудесная летняя погода. В один из дней мне нужно было поехать на ферму и раздать зарплату рабочим. Я посадил тебя в телегу и отправился в путь. Дорога, петляя между холмов и подлеска, потихоньку обрастала толстыми стволами. Ты спал, свернувшись клубочком на сене. Лошадка хорошо знала эту дорогу, так что я тоже, разморенный полуденным зноем, немного задремал. Проснулся от того, что недалеко с треском сломалась ветка. Если в лесу прятался хищный зверь, лошадка бы занервничала. Но она все также спокойно продолжала идти вперед. И тогда я оглянулся. Тебя в телеге не было. Испугавшись, что ты, пока я спал, мог по дороге спрыгнуть, я развернул телегу и погнал обратно, выискивая в пыли детские следы. Но увидел только отпечатки мужской ноги и копыт крупного коня. В принципе, я сразу понял, в чем дело. И, вернувшись в поселок, начал ждать известий, в нетерпении обгрызая заусенцы на пальцах. Неведением я мучился недолго. Уже вечером почтальон принес письмо, в котором мне предлагалось отдать карточку в обмен на тебя. Свидание мне было назначено на одиннадцать вечера следующего дня в одном из трактиров столицы. Знаешь, Руст, когда я был в кадетском корпусе, нас тоже учили бою. Не только рукопашному, но и на саблях и ножах. Поэтому, приладив перевязь с ножом под куртку, я закрыл дом и отправился в путь. Сняв комнату в доме напротив места встречи, я начал ждать, наблюдая в окно за входной дверью. Мне было интересно, смогу ли я узнать доверенного курьера похитителя. Знаешь, это было забавно... Они так тряслись над тайной твоего вклада, что притащились туда вдвоем. Он пошел на встречу со мной, а мамочка, надев капюшон, осталась в экипаже за углом дома. Конечно же, я выбрал общение с возлюбленной родственницей. "Ну и куда вы девали моего мальчика?" - поинтересовался я, осторожно забираясь в ее ландо с другой стороны. Конечно, она попыталась закатить скандал, но, когда я чиркнул ножом по ее запястью, и пообещал тоже самое проделать с горлом, она испугалась. Отправив кучера подышать свежим воздухом в густой тенек под ивой ударом кулака и последующим перемещением тела в пространстве, я сел вперед и взял в руки вожжи. "Если ты задумаешь еще раз нечто подобное, я тебя убью". - Сообщил ей по дороге. Она прониклась. Потом мы долго петляли по улочкам и, в конце концов, остановились у невзрачного домика на окраине. "Я сейчас его вынесу". - Дернулась с сидения мать. "Пойдем вместе". - Улыбнулся я и предложил ей руку. Конечно, мне тебя отдали. Опоенного каким-то снадобьем, после которого ты долго не мог встать на ноги. Думаю, если бы я, испугавшись за твою жизнь, отдал им карточку, ты не дожил бы до следующего утра".