Записки безумной оптимистки - Дарья Донцова

Дом в Переделкине уже отобрали, требовалось снять дачу.

Сначала я побегала по писательскому поселку, но вскоре поняла, что снять там дом на лето нам совершенно не по карману, следовало найти что-то, подъемное по цене. И оно нашлось в деревне Глебовка, расположенной в семидесяти километрах от Москвы.

Несмотря на относительную близость к столице, это был настоящий медвежий угол: ни газа, ни водопровода, ни канализации. Хозяева отдали нам крохотную пеналообразную комнатушку с двумя кроватями и не менее маленькую верандочку. Сами понимаете, что Александр Иванович мог приезжать только на субботу и воскресенье, я оказалась в деревне одна и поняла, что никогда не знала трудностей, во всяком случае, бытовых. Для начала возник вопрос: «Как привезти воду?» Ближайший колодец был у ворот, но оттуда вы доставали полведра песка, поэтому за водой ходили далеко в колодец на пригорке.

Хозяйка милостиво разрешила мне пользоваться огромной, пятидесятилитровой емкостью.

— Нальешь в бидон воды, — объяснила она, — поставишь его на тележку и толкай себе помаленьку.

Усвоив теоретическую часть, я отправилась к колодцу и тут же поняла, что практика очень часто расходится с научными знаниями. Впрочем, первую часть операции я выполнила без проблем, примерно через час, наполнив алюминиевый бидон, поддела его крюком, поставила на колеса и, толкая тележку за длинную ручку, еле-еле добралась до того места, где начинался спуск с пригорка.

Тяжелую повозку поволокло вниз, я полетела за бидоном, словно былинка. Разогнавшись, «водовозка» сломала плетень, пронеслась по грядкам и врезалась в дом. Я вломилась в стену и вся покрылась синяками.

Хозяйка, тихо матюгаясь, починила забор и восстановила порушенную плантацию.

Через пару дней я, учтя печальный опыт, решила не толкать тележку, а тащить ее за собой. На верху пригорка ручка поддала мне под зад, и я въехала в стену дома верхом на баклажке. Теперь синей стала еще и спина.

Хозяйка, увидав снова поваленную изгородь, обозлилась и отобрала у меня «водовозку» со словами: «Экая ты безрукая.»

Пришлось носить воду в ведрах, что тоже у меня получалось плохо, руки выламывались из плечей, а поясница немела.

Не меньшим испытанием был и поход в туалет, причем не только для меня. Самые настоящие страдания испытывала кошка Клеопатра. Наша киска существо аккуратное, дома исправно пользовалась унитазом. Просто запрыгивала туда, а потом подходила к хозяйке, кратко сообщая: «Мяу.» И я знала, что следует пойти спустить воду. Попав в Глебовку, Клепа сначала мирно спала на терраске, а потом принялась бегать между комнатой и верандой. Я, поняв ее проблему, распахнула дверь на улицу и велела:

— Ступай под дерево.

— Мяу, — нервничала киска.

— Мяу тут в огороде, — попыталась я втолковать кошке, но та, чуть не плача, металась по избе.

Тогда я, взяв ее на руки, оттащила к зеленой будке и посадила около дырки в полу.

— Вот, пожалуйста! Мяу!

Клеопатра обозрела пейзаж, потом глянула на хозяйку. В ее чуть раскосых зеленых глазах плескался откровенный ужас. Кошка посидела пару мгновений молча, а потом с возмущением заорала:

— Мяуууу?!

В этом вопле было отвращение, смешанное с негодованием, омерзением и гневом. Переводить ее «мяуууу» на человеческий язык следовало так: «Предлагаете мне, аккуратной, интеллигентной кошке пользоваться ЭТИМ?»

К слову сказать, несчастная Клеопатра стала ходить в будку, она не могла себе позволить осквернить участок. Вот Снапу было наплевать на коммунальные удобства, он в Глебовке чувствовал себя просто прекрасно. В особенности лучезарное настроение овладело им, когда начала поспевать клубника. Ничтоже сумняшеся Снапун рано утром выскальзывал за дверь и бежал к грядкам, на которых наливались соком ягоды. Там он быстро объедал пару кустиков и летел назад. Хитрый пес понимал, что шумная хозяйка не одобрит его набегов, и производил их в тот момент, когда ее не было на огороде. Снап страстно обожал клубнику, но, трезво оценивая ситуацию, никогда не совершал двух налетов в день. Он «пасся» только утром, когда хозяйка уходила завтракать.

Особые трудности поджидали того, кто решил принять душ. В дальнем углу огорода у хозяйки стоял… автобус, невесть где добытый рачительным дедом. Естественно, он был не на ходу, один остов. В той части, где сидят пассажиры, дед складировал дрова, а на месте водителя мы мылись. На крыше «Пазика» громоздилась железная бочка, куда наливали воду. Мне это было не под силу, но бабка иногда приходила на терраску и сообщала:

— Беги скорей, я уже ополоснулась, тама ищо воды много осталося!

Один раз я увидела, каким образом дед греет воду для душа, и чуть не умерла от ужаса. Сначала он, как всегда пьяный, притащил ведро, потом взял огромный кипятильник, опустил его в воду… Если вы думаете, что он воткнул вилку в розетку и стал ждать, когда водичка потеплеет, то ошибаетесь. Электричество оно, знаете ли, денег стоит. Кто же его тратит, если рядом у избы маячит столб?

Дед приволок лестницу, кое-как взгромоздился на нее и стал «врезаться» в электролинию, подсоединяя кипятильник непосредственно к источнику тока, минуя счетчик. Старика мотало и шатало, его руки тряслись, провода никак не хотели соединяться, я жалась к избе. Господи, его же сейчас убьет током. Ну нельзя же быть таким жадным. Но ничего не случилось. Дедок, кряхтя, сполз с лестницы, кипятильник заработал. Потом я узнала, что хозяин таким образом греет воду, а хозяйка гладит, кипятит чайник на плитке и смотрит телевизор. Все электробытовые приборы в их избе имели длинные-длинные шнуры.

Приехав осенью в город, я, сев в рейсовый автобус, подавила в себе желание раздеться и поймала себя на том, что ищу глазами мочалку.

Маню мыть в «автобусе» оказалось невозможно, ребенка приходилось таскать в райцентр в баню примерно километров пять от Глебовки.

В крохотный городок ходила маршрутка, дребезжащий всеми частями «Лиаз», очень старый и постоянно ломавшийся.

Один раз мы с Маруськой, попарившись в баньке, пришли на остановку и узнали, что колымага в очередной раз скончалась, нам предстояло шлепать пешком.

Машка мгновенно заныла:

— Ножки устали, идти не хотят, глазки давно спят.

Я взвалила дочь на плечи, схватила в обе руки сумки с продуктами, купленными в торговом центре, прошагала с полкилометра и поняла, что нужно искать попутку.

Но все машины пролетали мимо, никто из водителей не хотел подбирать женщину с ребенком. Я приуныла и тут возле нас притормозила странная конструкция. Нечто, больше всего похожее на железный короб, впереди имелся намек на кабину, сверху торчала изогнутая железная труба, нависающая над водителем, крыши не наблюдалось.