Требуется помощница. Неприятности гарантированы - Ася Оболенская

которая не прячется под толстым панцирем, которая не загоняет себя в какие-то рамки. Она нравится мне воодушевленной, с горящими глазами.

Да у меня крышу от нее сносит, если быть уж совсем честным.

Боги, какая она, когда по-настоящему чем-то заинтересована, увлечена, когда не пытается себя сдерживать, когда показывает себя настоящую — уверенную, смелую, иногда дерзкую, но неизбежно милую.

К моей беде, я не являюсь гением в вопросе человеческих отношений, поэтому единственный способ отключить Верины тормоза, который пришел мне в голову, наверное, сложно назвать гениальным. Но согласитесь, раз за разом вытряхивая ее из зоны комфорта, мне удалось добиться некоторых результатов.

И да, согласен, гораздо проще и логичней было бы просто ей во всем признаться, но, когда тебя вдруг осеняет, что стоящая в твоей спальне в одном белье девушка, которая вообще-то не должна тут стоять, и черт знает, как вообще в моей квартире оказалась, тебе нравится, тут уж как-то не до признаний.

Конечно, всегда существует вероятность того, что из-за выбранной модели поведения она меня пошлет, но, как я уже говорил, я привык добиваться своих целей.

Тем более, что уже давно пришло время заканчивать этот детский сад.

Я возвращаюсь в спальню минут через пятнадцать. Как мне казалось, абсолютно спокойный. Как оказалось на самом деле — нихрена не спокойный. Одного взгляда на Веру хватило для того, чтобы понять — насчет склонности к мазохизму я не ошибся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌На этот раз она на самом деле спала. Уверен, если бы не отсутствие контроля над собственным телом, она бы ни за что не повернулась лицом к моей стороне кровати.

Ложусь рядом и не сразу могу отвернуться, еще несколько минут наблюдаю за спящей девушкой, убеждаясь в том, что помимо наличия мазохистских наклонностей я действительно еще и местами извращенец.

Когда нахожу в себе силы и отворачиваюсь, долго не могу уснуть. Еще раз пятнадцать вспоминаю о диване и лишь потом вырубаюсь, чтобы абсолютно не выспавшись, услышать очередную трель мобильника. На этот раз мне уже хочется убить звонящего, однако желание пропадает, едва удается разлепить глаза и сфокусироваться на экране.

— Да, Игорь?

— Доброе утро, Сережа.

— Доброе.

— Не буду ходить вокруг да около, Лера заболела, за ночь лучше не стало. Ты знаешь, как у нее это бывает.

— Угу. — соглашаюсь, параллельно обдумывая сказанное мужчиной.

Слышал я эти истории про то, как Валерия, простыв, может по паре недель лежать с температурой и слабостью.

— В общем, сам понимаешь, товарищи для развлечений мы сейчас так себе, так что решили улететь сегодня.

Дальше Игорь сообщает о том, что в аэропорт они поедут прямо с парома, я желаю Валерии скорейшего выздоровления, а мой собеседник в ответ передает привет Вере и заверяет, что это точно не последняя наша поездка.

Сбросив вызов, перевожу взгляд на Веру, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, болеть, в принципе, паршиво. Болеть на отдыхе — паршиво вдвойне. Жену Игоря, конечно, жаль.

Но с другой стороны…

Растягиваю губы в улыбке и смотрю на лежащую рядом девушку, которая недавно открыла глаза и теперь с неким непониманием смотрит на меня:

— Доброе утро, Вера.

Вера

— Доброе утро. — отвечаю шефу и не спешу отворачиваться.

Точно ведь что-то сказать хочет, по взгляду понятно. И это что-то мне явно не понравится, понимаю по все тому же взгляду.

— Как спалось?

— Отлично! — вру с улыбкой и тут же начинаю бояться, что ответила слишком поспешно.

Сергею Дмитриевичу совершенно нежелательно знать, что большую часть ночи я пялилась в потолок, занимаясь самокопанием.

— Вот и славно. — мужчина кивает, а затем возвращает внимание к телефону. Несколько секунд молчит и лишь затем добавляет. — Валерии не полегчало за ночь, наоборот, лишь сильнее заболела. Они с Игорем улетают домой ближайшим рейсом.

— Как жаль. — говорю искренне. Мне действительно жаль жену верховного партнера, даже позвонить ей хочется, пожелать скорейшего выздоровления.

— Да. — соглашается Сергей Дмитриевич и выдерживает очередную паузу, чтобы через некоторое время вновь заговорить. — В связи с этим обстоятельством я предлагаю тебе право выбора.

Голос шефа без тени издевки, и это, если честно, заставляет немного теряться.

— Выбора чего? — уточняю.

— Что делать дальше. Улететь домой вечерним рейсом, чтобы не пересечься с Игорем, или провести остаток поездки так, как и планировалось изначально, но вдвоем.

И вновь ни грамма сарказма в тоне.

А еще по ушам очень бьет слово «вдвоем».

Нет, меня такая версия босса совершенно не устраивает. Сергей Дмитриевич образца вчерашнего дня уже бы раза три воспользовался ситуацией.

Во-первых, он бы обязательно прокомментировал наше пробуждение в одной кровати.

Во-вторых, напомнил бы о вчерашнем.

В-третьих, отпустил бы несколько шуточек про остаток отдыха в его компании.

К такому развитию событий я была готова. Я знала, что отвечать. Знала, как себя вести.

Да блин, я всю ночь к этим вопросам готовилась! Представляла в голове именно такое развитие событий.

А сейчас… Сейчас я только и могу судорожно соображать, что ответить, но не находить достойных вариантов.

— Улететь домой или провести остаток выходных, как планировалось? — повторяю я.

Браво! Из всех тупых вариантов ответа я выбрала самый тупой. Блестяще!

Однако даже это не смущает мужчину, он совершенно ровно говорит:

— Именно. И еще, Вера, если ты все-таки решишь остаться, я предлагаю ненадолго зарыть топор нашей очень странной войны и просто отдохнуть.

— Просто отдохнуть?

Все, кажется, это был контрольный в голову. Меня даже собственная заторможенная реакция после такого поворота перестает раздражать и как-либо смущать.

— Ага.

— А в чем подвох?

— Ни в чем. — шеф пожимает плечами и поднимает на меня глаза, во взгляде которых без труда читается ожидание моего ответа.

Ответа, которого я по-прежнему не знаю.

Но, раз уж босс сказал, что подвоха нет, спрашиваю честно:

— Я могу сходить в душ, а потом ответить?

На самом деле подсознательно я жду его смеха и ответа в стиле: «А не слишком ли ты много выделываешься, Вера?», но ни того, ни другого не следует. Сергей Дмитриевич кивает, и я скрываюсь за дверью ванной комнаты.

Сказать, что я в полном непонимании — это ничего не сказать. Всю ночь я спала какими-то урывками: старалась провалиться в дрему, чтобы не анализировать то, что произошло вечером, но раз за разом возвращалась в реальность, чтобы подумать о том, как быть дальше.

И да, если быть предельно честной, мне было бы куда проще, если бы босс продолжил вести себя так, как раньше — провоцировать меня, в каких-то местах выходя далеко за рамки деловых отношений.

Потому что