Кукла - Маша Драч

перекатилась к низу живота. Остатки сна тут же рассеялись. Девушка открыла глаза и перевернулась на спину. Смятые вокруг простыни свидетельствовали о том, что минувшая ночь прошла бурно. Стало неловко.

Анька глянула в окно, где уже ярко светило солнце, а по небу медленно плыли облака, что больше напоминали сахарную вату. Эта ночь однозначно изменила всё восприятие девушки об окружающем ее мире и о себе в частности. Отчаянно хотелось возродить в памяти все эти жаркие моменты, но было очень стыдно. Будто кто-то в любую минут мог подсмотреть за Аниными размышлениями, а после этого уличить ее в безнравственности.

Дело было не только в самом факте секса, а в восприятии тех чувств, что будоражили сознание. Всё было так ярко и так чувственно. Но почему именно с этим человеком? Аня нахмурилась. Она любила Сашку всем сердцем, но близость с ним была для нее бледной и лишённой удовольствия, это девушка поняла только сейчас. А со Стасом всё совсем наоборот – Аня не испытывала к нему любви или подобных нежных чувств, но их страсть оказалась настолько мощной и сладкой. Это не могло не пугать. На душе вмиг стало как-то тяжело и горько, Анька опустилась до того, что переспала с мужчиной только потому, что он ей помог. Но хуже всего то, что ей понравилось с ним спать. В горле образовался ком.

Только слез здесь еще не хватало. Аня глубоко вздохнула и, встав с кровати, почувствовала, что боль внизу живота лишь усилилась. Девушка поморщилась и неспешно прошла в ванную комнату. Несмотря на то, что прошедший секс был самым ярким и удивительным, но последствия некоторые всё же приносили определенный дискомфорт. Не стоило Стасу вести себя так… Жестко. Чувство полного удовлетворения граничило с ощущением абсолютного бессилия. Хотелось искупаться, поесть и просто немного полежать.

Наспех приняв душ, Аня закуталась в большое мягкое полотенце и подошла к овальному зеркалу, что висело над раковиной. В отражении была видна молодая девушка с нежным румянцем на щеках и карими глазами, в которых отчетливо читалось замешательство и радость. Влажные волосы казались сейчас совсем черными, а кожа наоборот – уж очень бледной, особенно на фоне россыпи багровых синяков и внушительного укуса на плече. Сначала Аня решила, что ей показалось, но прикоснувшись к укусу, она ощутила болезненную пульсацию. На шеи проступили следы чужих пальцев, их было так много, что на это стало даже страшно смотреть.

Девушка отвернулась от зеркала и инстинктивно схватилась за горло. Неужели удовольствие должно быть таким уродливым? С трудом верилось в то, что именно Стас оставил на Анином теле все эти жуткие отметины. Он же ведь казался таким обходительным и внимательным. Недавнее сравнение себя с куклой вновь всплыло в сознании и больно полоснуло сознание.

Внезапно дверь в ванную комнату открылась, и на пороге появился Стас. Он уже был полностью одет, побрит и свеж. Аня, увидев его непроизвольно сжалась. Она была растеряна и потеряна сама в себе. Ей было и хорошо, и страшно, и немного грустно. Девушка хотела оставаться всё той же благоразумной Аннушкой, которой ее все всегда считали. Но о каком благоразумии может идти речь, когда позволяешь мужчине играться твоим телом? Приговор под названием «Кукла» периодически сменялся в Аниных мыслях словом «Шлюха».

Буду рада вашей поддержки))

Глава 16.

— Я приготовил завтрак, — первым заговорил Стас. – У меня через полтора часа деловая встреча и нужно уже скоро выезжать.

Аня почувствовала, что тот ком боли, который сосредоточился в области живота, медленно переместился к горлу. Комок настолько казался большим, что девушка опасалась вот-вот расплакаться, словно маленький ребенок. А чего она собственно ожидала от взрослого мужчины, у которого таких, как она целый вагон? Ласки? Заботы? Стас получил то, чего вероятней всего хотел с самого начала на этом всё. А она получила оплату вперед в виде помощи с поступлением, даже проценты есть – уродливые синяки и укус.

— Всё в норме? – спросил Быстриц, спрятав ладони в карманах брюк.

Аня не могла сказать ни слова, если бы она это сделала, то точно расплакалась. Не хотелось в очередной раз показывать свою слабость перед этим человеком. Хотя главная ее слабость была продемонстрирована этой ночью. Еще большего унижения Анька бы не выдержала. Спрятав лицо в складах мягкого полотенца, девушка положительно кивнула.

— Завтрак тебя ждет, — сухо бросил Стас и ушел.

На ничтожную долю секунды Аня смела подумать, что он сейчас подойдет и обнимет ее. Ненужно никаких высокопарных речей, просто хотелось почувствовать, что это нормально наслаждаться сексом и теми чувствами, что он дарит с человеком, о котором не так уж много знаешь. Но надуманного чуда не произошло.

На столе уже по сложившейся традиции стояли тарелки с ароматными блюдами. Салат из свежих овощей и слабосолёной рыбы, блинчики с фруктами, прохладный лимонный чай, конфеты и еще много чего так и манили к себе. Таким «скромным» завтраком можно было накормить целую семью. Похоже, Стас не привык себе отказывать хоть в чем-нибудь.

Аня сидела, склонив голову над своим салатом. Желудок настойчиво требовал пищи, но девушка ничего не могла положить в рот – аппетит пропал. Да и вообще сейчас ей было совершенно не до еды. Хотелось поговорить со Стасом и всё окончательно выяснить. Кто она теперь для него? Изменила ли эта ночь что-то между ними? И самое важное, зачем Быстриц оставил на теле Ани эти жуткие следы?

Стас в свою очередь не был похож на человека, который озабочен подобными мыслями. Он пил свой черный кофе без сахара и просматривал на ноутбуке образцы договора, что скоро нужно будет заключить с партнёром. Пожалуй, именно эта беззаботность в каждом движение и взгляде Стаса больше всего поражала Аню. Похоже, она возложила на их интимную близость слишком большую ответственность. Подумаешь, секс какой-то! Люди по всему миру занимаются этим и ничего, нормально себя чувствуют и не делают из этого какую-то проблему вселенского масштаба. Нужно ко всему относиться проще, но дело в том, что Аня не умеет по-другому, она всегда заморачивается по любому поводу. В ее понимании секс – это не то, к чему нужно халатно относиться. Хотя Стас