Экзамен для Принцессы (СИ) - Киринина Катя

-Ты боишься, что у нас будут проблемы в университете? - обреченно спрашиваю я.

- Я не держусь за это место, и если меня уволят - не расстроюсь, но рушить твою жизнь и твое будущее - не стану, - Иван достает из кармана пачку сигарет и поддев пальцами одну, прикуривает. - Не нужно было переходить черту, но сейчас уже поздно об этом думать, все уже произошло, но заходить дальше - глупо. Но, Кать, еще не поздно взять себя в руки и включить голову, чтобы не стало все только хуже.

-Я хочу, чтобы это был ты, - капризно надуваю губы, для еще большей убедительности, не хватает топнуть ножкой.

-Прости малыш, так будет лучше, - безапелляционно отвечает он. - Я не могу тебя так подставлять, твоя жизнь только начинается, тебе не нужно это пятно на репутации, а оно будет, если ты свяжешься со мной.

В груди разрастается какая-то черная дыра, кругом одна пустота. Как он так может, ведь все же было хорошо, мы были на одной волне, нас тянет друг к другу, ведь он сам это говорил, что же за какую-то секунду изменилось?

-Зачем ты всю эту дружбу затеял? - горячие слезы катятся по моему лицу, понимаю, что выгляжу жалкой, но мне все равно.

-Хотел узнать тебя получше, - выдыхает он, стряхивая пепел в открытое окно. - Знаю, что нельзя нам быть вместе, но не мог тебя совсем отпустить. Сейчас понимаю, что это было неправильно.

Все это какой-то кошмар, вот правда. У меня нет больше слов, нет сил приводить какие-то аргументы, по сути он же прав, я тоже думала раньше, что это все неправильно, а потом влюбилась так быстро и так сильно, что теперь дыра в груди начинает засасывать все хорошее, что было до него в жизни.

-Отвези меня домой, - обнимаю себя за плечи и тихо плачу.

- Конечно, - Колесников выбрасывает окурок в окно и выключив аварийку, начинает движение.

На протяжении оставшегося пути до моего дома, никто из нас не произносит и слова. Это становилось уже привычным делом: мы ругались, мы выясняли отношения, мы просто молчали. В голове до мелочей  прокручиваю все наши встречи, и пытаюсь убедить себя, что в них ничего не было особенного. Да, мы целовались и не один раз, но это ни о чем еще не говорит, чтобы поцеловаться не нужны чувства. Или нужны? Мне раньше, казалось, это важным, а сейчас все то, что я считала важным обесценивалось. И это была лишь моя вина. Я позволила ему все это сделать.  Мне больше некого винить, кроме себя самой.

Припарковавшись у наших ворот, Иван посмотрел на дом. В окнах не горит свет, как и снаружи не включена подсветка. Это означает только то, что дома никого нет. Как всегда. Дом пустой и безжизненный, как и мое тело. Мне хочется просто свернуться калачиком и плакать, может даже и хорошо, что никого из домашних нет, никто не будет сегодня задавать вопросы, а завтра мне обязательно станет легче. Надеюсь.

- Дома никого нет? –  Иван еще раз посмотрел  на темные окна.

- Не знаю, скорее всего нет, – даже не сразу узнаю свой голос, он охрип. Видимо моя невысказанная боль, расцарапала горло. – Спасибо, что подвез. Я пойду.

- Подожди, – Колесников дотрагивается до моего плеча, и я непроизвольно дергаюсь. – Я не хочу оставлять тебя одну сейчас.

- Все нормально, у нас часто такое бывает. Скоро придет мама, – мне должна быть приятна его забота, но с учетом всего вышесказанного, это не производит должного эффекта, поэтому я медленно выхожу на улицу и нащупывая на ходу ключи, оборачиваюсь.

Мы смотрим друг на друга, немного дольше, чем должны, и никто из нас не знает, что делать дальше. Вроде уже все сказано и сделано. Добавить нечего.

Мне больно. И пустота в моем сердце становится еще больше, чем  прежде. Почему все получилось именно так? Неужели в жизни не бывает хэппи-эндов? Неужели будет всегда так больно? Зачем людям вообще нужна любовь, если она оставляет такую рану после себя. Зачем действительно люди в это сознательно ввязываются? Даже на какой-то процент поняла Ивана и его глубокие мысли по поводу любви.

Одно я знаю точно: так как прежде уже не будет, да и не может быть. Сам того не зная, и не подозревая Ваня открыл перед мной какой-то другой мир. Мир, где нет места уже детским переживаниям. Мир, где ты сам принимаешь решение, или по крайней мере, делаешь выбор принять ли вообще это самое решение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В доме действительно пусто и темно, поэтому я сразу бреду в свою комнату и ложусь на кровать. Мои мысли витают как мухи, хаотично и беспорядочно. Еще пару часов назад, была решительно настроена внести изменения в наше общение, а сейчас я хочу все забыть. Не знаю, сколько времени так лежу, но неожиданно, мой телефон запиликал. Не хочу смотреть, что там, ничего нового он мне не скажет, а в том, что это Колесников, даже не сомневаюсь. Никому другому не придет в голову мне писать посреди ночи.

«Мне очень жаль», - высвечивается на экране.

Больше ни слова не смог добавить. Жаль ему. А мне как жаль, что хочется застрелиться.

Сначала хочу ответить, мол все нормально, с кем не бывает. Но поборов резкий порыв, решаю просто удалить это сообщение и его номер разом. Если ставить точку, то начинать нужно именно сейчас. Отложив телефон на тумбочку, я встаю и иду в душ, пытаясь смыть с себя запах мужчины, который в попытке не сделать мне больно, однозначно меня уничтожил.

24.

Понедельник я встречаю безрадостно.

Мне настолько паршиво, что даже сложно встать и выключить будильник. Подумываю продолжить лежать в своей кровати весь день и никуда не идти.

Все чем я занималась остаток выходных – лежала на диване и была занята поеданием шоколада и мороженого, не обращая внимания на мамины расспросы и внушения, что как-то странно себя веду. На самом деле, в моем поведении ничего странного не было, всего лишь парень бросил, разбив при этом мое сердце, но делиться с кем-то своими неудачами, желания как такового не возникло.

Паршиво. И тошно. Однако идей, как перебороть себя особо нет, поэтому я решаю стать прекрасным овощем, который не собирается определенное время что-то с собой делать. Был порыв пойти в зал, и отдаться танцу, но я не смогла себя заставить. Боль и обида, это все что я чувствовала все это время.

Все же, выключаю будильник и встаю с постели. Неужели сегодня собираюсь идти в университет, где увижу его? Это самый большой труд, с которым я столкнулась за всю свою жизнь, можно даже сказать - геройский поступок. И как назло, именно сегодня у нас было практическое занятие: маленькая аудитория и только наша группа, мы все у преподавателя как на ладони. Как представлю, аж бесит. Может не идти и прогулять? Тогда, я смогу выиграть время и успеть залечить кровоточащие раны. Но это в любом случае, только сегодня, в среду у нас лекция. Допустим, смогу выдержать, но что будет со мной дальше? Смогу ли беспристрастно реагировать на появление этого мужчины до конца семестра? Эти вопросы не покидают мою голову уже второй день, но решение так и не приходит. Увы.

Если меня не будет на паре, он решит, что я слабая и лишний раз начнет меня жалеть, я не могу этого допустить. Мне нужно взять себя в руки и показать, что я не маленькое несчастное существо, а личность. Сильная девушка с волевым характером. Да. Именно такой я и обязана быть.

Спустя полтора часа, без настроения подъезжаю к университету. Погода скажем так, как раз под мое состояние: унылая серая масса вместо неба, а из-за тумана не видно впереди стоящего. «Обожаю» позднюю осень, за такой чудесный фон. Даже если у тебя в жизни все хорошо, погода покажет, что ты полный неудачник.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Первые две лекции каким-то образом выдерживаю, даже умудряюсь пообщаться без напряга с подругой, а вот третья пара у нас последняя, и она по дипломатическому праву. Идти совершенно не хочется, но я понимаю, что обратной дороги нет. Сама себя втянула в этот спектакль и мне придется определенным образом дотянуть до конца семестра. Затем, надеюсь мы не будем часто видеться с Иваном. По крайней мере, хочется в это верить.