Да! Да! Да! - Мэгги Осборн

Разумеется, мужчин никогда не устраивают пикники в компании себе подобных, и Зоя поняла, что Том давно обдумывал свое приглашение, строил планы, приготовил еду для ленча. Могла ли она с чистой совестью принять его приглашение? Лицо Зои стало напряженным и хмурым. Она нащупала обручальное кольцо сквозь перчатку. В самом деле, могла ли она считать себя замужней дамой? Она не знала законов, положение ее было двусмысленным. Ведь факты были таковы, что она обменялась брачными обетами с человеком, который, как она полагала, еще не умер и с которым она не была разведена. У нее был муж, занимавшийся где-то на Клондайке поисками золота.

– Зоя?

– Я думаю.

Его губы тронула ленивая улыбка.

– Это не столь уж трудное решение.

– На самом деле очень трудное.

– У тебя есть другие неотложные дела? Обязательства? Деловые свидания?

Том прекрасно знал, что единственным ее занятием было дожидаться его индейцев, чтобы закончить переход от Каньон-Сити в Овечий лагерь.

– С нами еще кто-нибудь отправится на этот пикник?

– Нет.

Зоя пошевелила пальцами в перчатках, потом отряхнула юбку. Конечно, она уже достаточно взрослая, чтобы отправиться с ним на пикник без дуэньи. Но замужней женщине не пристало отправляться на прогулку в обществе молодого мужчины, конечно, если ее репутация и доброе имя ей дороги.

– Я привез свежую рыбу, выловленную из Тайи нынче утром. У меня есть картофель, который можно зажарить или испечь. Есть бисквиты, приготовленные по моему особому рецепту, который я держу в секрете. И в довершение всего есть хлебный пудинг с изюмом. Поможет тебе это сообщение принять решение?

Когда Зоя увидела его улыбку, ей стало смешно - как глупо, должно быть, она выглядела со стороны. Особенно с его точки зрения. Том был другом их семьи. Что за беда, если они проведут этот день вдвоем? Он мог бы пригласить ее сопровождать его на экскурсию, чтобы осмотреть ледники, даже если бы знал, что она законная жена Жан-Жака. Приглашение его было всего лишь знаком дружбы, а не признаком ухаживания.

– Я бы с удовольствием посмотрела на ледники, - сказала она.

– Отлично. Так что же заставило тебя наконец принять решение: мое легендарное печенье или моя обезоруживающая улыбка?

– Ни то ни другое, - ответила Зоя со смехом. - Я начала писать письмо домой и в нем рассказываю матери, что случайно встретила тебя. Она, конечно, захочет узнать все о твоем деле и как давно ты на Аляске, а также каковы твои планы на будущее. Я не решаюсь отправить письмо, пока не узнаю всего о тебе, всех новостей и твоих планов.

Зоя надеялась, что упоминание о встрече с Томом смягчит удар, который ей придется нанести матери известием о том, что ее единственная дочь оказалась на Юконе и с ружьем гоняется за своим мужем. Мать умеет читать между строк и заподозрит, что с браком Зои не все благополучно.

– Тебе надо отправить почту до того, как мы покинем Овечий лагерь. Отсюда отправка почты нерегулярна, и это еще слабо сказано, на самом деле ее как бы и вовсе не существует.

Том толчком направил своего мерина к камню и принялся давать указания Зое, как встать на камень и взобраться на лошадь позади него. Поколебавшись с минуту, Зоя подняла юбку достаточно высоко, чтобы высвободить ногу и взобраться на лошадь. Он смотрел куда-то вперед и едва ли мог увидеть толстые шерстяные панталоны под ее юбкой, а если и заметил, то не подал виду.

Они отъехали от реки и двинулись по склону, поросшему редким лесом. Впрочем, одна сторона его была покрыта более густыми деревьями и кустарником, но сейчас деревья прятались в дыму, поднимавшемся от костров, и так было с первого момента, как только здесь началась «золотая лихорадка».

После того как Зоя чуть было не соскользнула с крупа мерина, она перестала дурить и обвила руками талию Тома, крепко прижавшись к нему. По правде говоря, она не ощущала его тела и чувствовала только прикосновение его тяжелой непромокаемой одежды, плотного плаща.

Они поднимались вверх по склону зигзагами, и это продолжалось до тех пор, пока палатки и телеграфные столбы не скрылись из виду под плотными слоями стелющегося дыма и низко нависших облаков.

– Слышишь ледники? - спросил Том через некоторое время.

– Кажется, слышу.

Слабый, но жуткий звук, нечто вроде скрипа или скрежета, напугал ее до того, что тело покрылось гусиной кожей. Она знала, что никогда не смогла бы описать этот таинственный и мрачный звук, похожий на стон потустороннего существа. До оцепенения напуганная этой ледяной массой, Зоя не издала ни звука, когда Том осадил своего коня в синей тени ледяной стены и помог ей спешиться.

– Как давно существует этот ледник?

– Почему ты говоришь шепотом?

– Не знаю, - ответила она, беря у него из рук скатерть и оглядывая местность в поисках плоского камня, на котором можно было бы ее расстелить. Когда-нибудь, еще очень не скоро, этот камень будет поглощен ледником, и не останется никакой памяти об этом их пикнике.

Пока Том разводил костер из дров, которые привез с собой, он рассказывал ей все, что знал о ледниках, и Зоя с интересом слушала.

– Тебе холодно? - спросил он, закончив свою работу.

– Немного, - призналась она.

– Подергай себя за нос, это помогает.

Смеясь, Зоя последовала его совету.

– Тебе нужна моя помощь, или ты сам приготовишь еду?

– Я ведь пригласил тебя, так что отдыхай.

Том сообщил ей, что две картофелины почти готовы, потом затолкал их в самые угли, под пламя.

– В моей фляжке есть горячее пиво.

Зоя подумала, что горячее пиво едва ли ей понравится, но она ошиблась. Теперь ей понравился бы любой горячий напиток.

Они чокнулись своими кружками, и Том сказал:

– За старую дружбу и за то, чтобы мы стали еще более близкими друзьями. - Он смотрел ей прямо в глаза и продолжал смотреть на нее, пока не отхлебнул из своей кружки добрый глоток. - Ты все еще самая хорошенькая девушка во всем Ньюкасле.

– Но ведь мы не в Ньюкасле, - возразила Зоя, однако покраснела от удовольствия. - Мать говаривала, что «этот паренек Прайс мог бы заговорить зубы и ангелу с крылышками», - с улыбкой добавила она. - Возможно, это комплимент тебе и предостережение мне.

Смутившись от этих слов, она принялась расставлять тарелки.

– Ты захватил соль?

– Соль и масло в моем мешке.

– Масло?

– Да, наслаждайся едой. Масло здесь большая редкость, а если ты и найдешь его, то оно будет стоить целое состояние.

Дожидаясь, пока картошка испечется, они сидели на камнях в тени ледника и пили горячее пиво.

– Скажи мне, что ты делаешь на Аляске, Том Прайс?

– Тебе, вероятно, известно, что я пошел работать на шахту одновременно с твоим братом Джеком. Я проработал там несколько лет, - сказал Том, снова наполняя их кружки из фляжки, - и поклялся себе, что выберусь из Ньюкасла и поищу удачи в другом месте. Но не торопился, ведь в Ньюкасле у меня были друзья, а это много для меня значило. В конце концов я перешел в другую штольню и стал брать в долг со складов компании.