Белые хранители - Юлия Таланова

— Будешь так держаться, слетишь на первом же повороте. Крепче!

Обхватив демона руками и буквально прижавшись к нему под тихий смех вампирши, я спрятала алеющее лицо за крыльями Сирна. Демон усмехнулся, хлопнул волчицу, и мы поехали!

О, Боги… Какое там держаться! Через пять минут я готова была привязать себя к Сирну, а ещё лучше слиться с ним в одно целое, лишь бы не упасть! Волчица бежала, казалось, со скоростью ветра, мимо только проносились серо-коричневые мазки яблонь, я даже не успевала удивляться, как мы не врезаемся. Сирн хохотал в голос, я тихо скулила, не отрывая лицо от его спины, иначе встречный ветер тут же выбивал слёзы, и глаза начинало щипать. Где-то сбоку вопили вампиры. Похоже, мы ещё и соревновались в скорости.

Сад быстро кончился, замелькала сухая трава, потом комьями полетел сырой песок, и я услышала недовольный рокот моря.

— Мягче, Шарра! — приказал Сирн.

Волчица резко перешла на спокойный шаг. Я судорожно вздохнула. Море катило крутые, серые с зеленью, волны, с шипением разбивающиеся о берег белой пеной. В сером небе, подсвеченном красноватым отсветом, с криками носились белые чайки. Я обернулась. Позади неспешно трусил барс, а его догонял ленивыми скачками медведь, оставляя в песке глубокие рытвины.

— А сразу так нельзя было?! — возмутилась я.

— Ты что! — неподдельно изумился демон. — Всё удовольствие в скорости!

Волчица согласно рыкнула.

— Лар! — позвала я.

Рядом соткался из белого света ястреб.

— Звала, Хозяйка?

— Думаю, тебе это понравится, — я кивнула на чаек.

Ястреб сверкнул глазами.

— Еда! — кровожадно возопил хранитель и стрелой помчался над морем. Чайки завопили, бестолково заметались над самой водой. Лар выбрал птицу пожирнее и погнал её в сторону берега, настигая её то снизу, то сверху, то уходя в сторону. Наконец, он схватил чайку за спину, крепко впиваясь когтями, и быстро тюкнул клювом несчастную в голову. Лапы птицы безвольно повисли, а серо-белые помятые крылья затрепыхались на ветру. Лар промчался к лесу, потом заложил вираж вокруг острой скалы и уселся где-то на её вершине, безжалостно потроша птицу.

Я вздохнула. Сирн внимательно наблюдал за охотой и довольно хмыкнул, когда ястреб скрылся из виду.

— Ловко он.

— Хищная птица, — согласилась я.

— Интересно, почему такой неумехе как ты, достался такой хранитель? — насмешливо фыркнул Сирн.

— Откуда ты знаешь, кем я стану? — я дёрнула демона за волосы.

— Ай!

— Ты в невыгодном положении! — усмехнулась я.

— А ты на спине моего хранителя. И у меня есть крылья. Что с тобой будет, если я прикажу ей исчезнуть? — вкрадчиво спросил демон.

Я мигом примолкла, представив, как кубарем покачусь по песку.

— То-то же!

Я снова дёрнула его за волосы. Легонько, опасаясь выполнения угрозы, но чтобы не расслаблялся и знал, что я всё запомню. Демон хмыкнул, мотая головой.

С нами поравнялся барс. Сиелла, крепко обнимая Ролма, прищурилась.

— Вы что, дерётесь?

— Нет, выясняем отношения!

— Кнеса шутит! Правда? — Сирн пихнул меня локтем.

— Угу, — буркнула я, незаметно щипая его за крыло. Демон захихикал:

— Кнеса, перестань, щекотно же!

Пропустив восторженное "О-о-о!" со стороны Сиеллы, я недовольно скрестила руки на груди. В следующее мгновение волчица поддала задом, чуть не отправив меня в полёт, если бы я не успела уцепиться за демона.

Проехав скалу, мы повернули назад. Время подходило к ужину, и небо уже начало темнеть. К тому же, Сиелла сказала, что девушкам, то есть ей и мне, нужно привести себя в порядок перед праздником.

Лара пришлось отпустить: ястреб предпочитал поспать после сытной еды. Я с тоской проследила за тем, как силуэт хранителя растаял в воздухе. Связь между нами начала ощутимо укрепляться и я уже начала скучать по хранителю.

Проехав через сад, мы нарвали обещанных яблок. Плоды были холодные и хрустящие с кисло-сладким соком. Крупные, едва вмещающиеся в ладонь и маленькие, с половину пальца, горько-сладкие, вяжущие.

Вскоре за деревьями замелькали светящиеся окна.

Дом встретил теплом и вкусными запахами праздничного стола. За время нашего отсутствия особняк украсили традиционные гирлянды из яблочных листьев с плодами, множество маленьких бумажных фонариков, парящих в воздухе и коричный аромат, который издавали ароматические лампы, спрятанные в нишах стен. Музыкой служил треск каминов, заменяющих костры, которые было принято разжигать в Праздник Яблок, как символы священного огня.

Сиелла тут же сцапала меня за плечи и повела наверх "наряжаться". На мой невинный вопрос "во что?" вампирша просто расхохоталась. Оказалось, что она уже приготовила всё необходимое, захватив из академии даже пару платьев. Туфли на пыточно — высоком каблуке нашлись у мамы Ролма. Сиелла не слушая возражений, втянула меня к себе в комнату и усадила перед зеркалом на белый пуфик. На кровати и правда уже лежали приготовленные платья: серебристое для вампирши и тёмно-зелёное, с голубыми летами для меня. Ну, конечно… Мама тоже всегда выбирала мне зелёное, оправдываясь тем, что этот цвет как нельзя лучше подходит к рыжей шевелюре.

Дождавшись, пока я неуклюже влезу в платье, Сиелла мигом застегнула крючки на спине, до которых я не смогла дотянуться и снова заставила занять пуфик. Я обречённо уставилась на своё бледное отражение, пытаясь найти хоть одно рациональное зерно в том, что со мной собираются делать. Повертев в руках расчёску, я жалобно оглянулась на вампиршу, но та, не обратив на это ни малейшего внимания, мигом скрутила мои волосы в нечто невообразимое и в ход пошли острые шпильки. Я с благоговейным ужасом следила за её ловкими руками, представляя, как стану всё это распутывать. Напоследок, идеально уложенные волосы украсили заколки с зеленоватыми камушками. Чуть подтянув шнуровку на платье, Сиелла, наконец, соизволила меня отпустить и заняла зеркало. Едва выйдя за дверь, я тут же припомнила простенькое бытовое заклинание по смене цвета: бархат платья приобрёл благородный тёмно-коричневый оттенок, а ленты на шнуровке и под грудью — золотистый. Туфли изменению цвета поддаваться почему-то не пожелали и остались ярко-зелёными. Полюбовавшись на этот кошмар, я просто одернула подол и резво спустилась вниз, пока Сиелла не заметила такого непотребства.

Внизу, лениво прислонившись к стеночке и скрестив руки на груди, стоял Сирн. Заметив, что он не сменил простой чёрной формы, я почувствовала себя разнаряженой крестьянкой на приёме у лорда. Демон окинул меня внимательным взглядом, прищурился, но ничего не сказал, оставив терзаться сомнениями. Зато, в поддержку мне, со второго этажа спустились Ролм и Сиелла. Оба в серебристо-чёрном, чинные и величественные. У меня мелькнула мысль, что они вот так же неплохо смотрелись где-нибудь в эльфийском лесу, под вековыми деревьями, пронизанными солнечным светом.