Гиблое дело - Лорет Энн Уайт

Она кивнула, хотя во рту пересохло.

– Что ты можешь сказать о тех других следах, которые пересеклись с отпечатками ботинок Гаса? – спросил Джет, заменяя Мьюринн.

– Одни оставил мужчина. Туристические ботинки двенадцатого размера. Другие, похоже, были женскими. Нога примерно шестого размера.

– Женскими? Ты уверен? – уточнил Джет.

– Это мог быть молодой парень, но эти следы показались мне отпечатками подошвы женских кроссовок, да и походка больше похожа на женскую. Я думаю, что все было так: эта пара подошла к Гасу, они стояли и разговаривали. Затем они втроем направились обратно, в Содвану. Тут они остановились, и произошла драка. И с этого момента следы изменились. С одной стороны шла женщина, с другой – мужчина. Гас посередине. Плотным строем. Пара как бы наклонена к Гасу: они будто толкали его, конвоировали. А потом походка Гаса – глубина его отпечатков – меняется, как будто он идет нехотя. Отстает. Возможно, падает, прихрамывает.

Мьюринн сглотнула. Тошнота усилилась.

– К этому времени они приблизились к проходной, а их следы смешались со всеми другими, которые появились позже. Там также сверху видны следы лап полицейских собак.

Молчание.

Солнце снаружи припекало, и жара в хижине усилилась. Над головой Мьюринн противно пищал комар. Один из спящих у двери хаски тихо скулил и во сне подергивал лапами.

Джет нарушил тягостное молчание первым.

– Почему этот сценарий наводит тебя на мысль об убийстве, Джо?

– Потому что он говорит, что эти двое силой загнали Гаса в здание проходной, а оттуда – в шахту. Как я уже сказал, Гас ни за что не пошел бы туда один. – Джо снова пожал плечами. – Возможно, когда он оказался на глубине трехсот футов, в темноте и жаре, от стресса у него случился сердечный приступ. Дело в том, что эти двое так никому и не сказали, что он остался там, внизу. Как по мне, это убийство.

Мьюринн напряглась, на ее верхней губе выступили капельки пота.

– Что еще вы могли бы сказать, Джо?

– Следы вели к стволу шахты D – следы двух человек, на этот раз без Гаса. И они шли туда, где за главными зданиями шахты стояли две машины: в одну села женщина, в другую – мужчина. У обеих машин были стандартные грузовые шины, у одной из них – зимний протектор и сильная утечка масла: осталась черная лужа.

Мьюринн похолодела. Протечка масла! Зимние шины…

Машина Гаса?

Возможно, он приехал на рудник на машине, а один из тех двоих отогнал «Додж» назад к его дому, чтобы скрыть тот факт, что дед когда-либо был на руднике.

Мьюринн взглянула на Джета. Он не притронулся к своему кофе. Как и она.

Наклоняя кроны чахлых хвойных деревьев, снаружи пронесся ветерок; о металлическую крышу стукнула упавшая сосновая шишка.

Джет прочистил горло:

– Джо, домработница Гаса сказала, что он пропал за три дня до того, как его объявили пропавшим без вести. Затем прошло еще тринадцать дней, прежде чем мы нашли в шахте его тело. И ты говоришь, что смог узнать все это по следам, оставленным в день его смерти? Ведь этим следам было уже больше двух недель!

Джо прищурился.

– Промежуток времени – это то, что помогает мне рассказать историю: кто был там первым, кто пришел после. В ночь перед тем, как Гас отправился на рудник, шел дождь. Его следы, а также следы мужчины и женщины остались на влажном шахтном иле. Затем, в течение следующих нескольких недель, они запекались под жарким солнцем. Этот серый ледниковый ил пропекается, как чертова глина! Легко увидеть, какие следы появились поверх них.

Мьюринн вспомнился тонкий слой серого ила, на который указал Джет, когда пришел чинить машину Гаса. Его могли оставить ботинки одного из тех двоих, что заставили деда спуститься в шахту, после того как они, желая замести следы, пригнали машину обратно к дому.

– А почему полиция или спасательная служба ничего не искали? – внезапно спросила Мьюринн.

– Потому что никто не воспринимал это как место преступления, Мьюринн, – тихо сказал Джет. – Если честно, мы все искали эксцентричного старика, который мог где-то заблудиться.

Настроение Мьюринн испортилось.

– А откуда вы знаете, что эти два снимка были сделаны внутри рудника? – Она сердито указала на фото с места преступления, которые, по словам Джо, были сняты под землей.

– Земля там очень черная, особенно на нижних уровнях. Любой может увидеть, что это снято в туннеле.

– А что вы можете сказать об этих подземных следах? – От волнения голос Мьюринн сделался хриплым.

Траппер Джо рассматривал их с полминуты. Затем встал, открыл ящик, достал большую старомодную лупу и несколько секунд молча изучал один из снимков.

Мьюринн принялась отмахиваться от назойливой мошкары. По мере того как солнце вставало и жара усиливалась, воздух в хижине становился все более липким и удушающим.

– Вот, взгляните… – Джо указал ногтем с черной каймой грязи. – А теперь вот сюда. Видите гладкую подошву с одной стороны? Этот человек предпочитает опираться на правую ногу. Левая у него больная, и, судя по стоптанной подошве, это постоянная инвалидность.

Несмотря на духоту в хижине, по спине Джета пробежал холодок страха.

Джо мгновение смотрел им обоим в глаза и в ожидании реакции провел языком по зубам. Но и Мьюринн, и Джет ничего не добавили. Он хмыкнул и переключил внимание на следующее фото.

– Судя по линейке рядом с этим подземным следом, эти следы оставлены зимней обувью, ботинком десятого размера с подошвой от Vibram[17], стандартная шахтерская версия. Такие все еще можно купить в магазине рабочей одежды «Большой медведь» в Сэйв-Харборе на Мейн-стрит. Этот след оставил хорошо сложенный мужчина. Грузный, судя по глубине отпечатков ботинок. Он довольно высок, где-то под шесть футов, если взять за основу среднее соотношение между длиной стопы и ростом. Он очень сильно хромает – это заметит любой, кто увидит, как он ходит.

Джо со скрежетом отодвинул стул, встал и изобразил хромоту, воспроизводя на основе следов на фото походку мужчины. Один длинный шаг, перенос веса на левую ногу, затем короткий шаг, сопровождаемый подволакиванием стопы…

– И он явно начал уставать: вот так.

Джо начал еще сильнее волочить левую ногу.

Джет наблюдал за траппером, и его все сильнее бил озноб. Разум заполнил образ другого человека – того, что делал те же самые движения, что и Джо. Человека, который на глазах у него и Мьюринн только что, ковыляя, вышел из ангара.

Джет почувствовал на себе взгляд Мьюринн, но не осмелился посмотреть ей в глаза. Вместо этого он разглядывал стол, убеждая себя, что это ерунда: у многих горняков, работавших на руднике, были такие травмы, – не только у его отца. Это профессиональное увечье.

И без малого шесть футов – довольно распространенный рост.

Джо аккуратно сложил снимки и резко пододвинул их к Мьюринн.

– Будь я любителем делать ставки, – сказал он, пристально глядя на Джета, а затем на Мьюринн; при каждом его движении через стол доносился запах застоявшегося пота и выпивки, – я бы сказал, что владелец этих ботинок был горняком. Потому что, – он вновь в упор посмотрел на Джета, – если этот человек спустился в Содване на глубину восьмисот футов и прошел весь подземный путь к месту взрыва, он точно знал, куда направляется. Он