Призраки прошлого - Арина Рей

Машу, которая была не в восторге от продажных работников. Ее взгляд осуждал эту жадную женщину. Деточка, это еще цветочки, настоящий ужас нас ждет впереди.

— Так, умерла она, — сказала она с невозмутимым лицом.

И тут я просто немного отключился. Как так, позвольте мне, спросить? Мы с Машей посмотрели друг на друга, явно ожидая другого. Я готов был разнести всю эту шарашкину контору, но увы.

— Как? Вы уверены?

— Да, приходил какой-то молодой человек, показал свидетельство о смерти и все. Бухгалтерия даже не успела отправить зарплату.

— Знаете, что за молодой человек?

— Нет, не знаю. Информации о родственниках нет. Есть только адрес, если нужно дам.

— Давайте, — ответила Маша раньше меня.

…

Мы сидели в машине, думая, что делать дальше. Информация особо ничего не дала, кроме того, что Веры больше нет. Есть адрес и на что он? Можно, конечно, съездить, поспрашивать у родственниках, если таковые проживают. Твою мать! Есть ребенок, нет ребенка, хрен его знает! Да, не может быть такого, что нет никаких следов!

— Я думаю, что ехать нужно на квартиру, может, там живет кто-то или у соседей поспрашивать, — неторопливо проговорила она.

Пока мы ехали по адресу, я уже был весь на нервах. Этот руль уже весь истерзал, надо сменить чехол. Ничего не помогало успокоиться, даже Маша, сидящая рядом. Ничего. Только множество вопросов в голове, на которые ответы я найти не могу.

— Я обещаю, что мы сможем найти хоть какую-нибудь зацепку, — Машка положила свою руку на мою, что мне придало некой уверенности. Такой маленький, но приятный жест. Когда-нибудь, ты станешь моей! Но сначала, я найду тварь, которая портит мне жизнь. Это только начало.

Глава 16. Квартира

Александр

Мы подъехали к девятиэтажке, где когда-то жила Вера. Район самый обычный, не могу сказать, что плохой, но ночью здесь лучше одному не ходить. Гопоты дофига. Зато озеленение проводили, вижу. И деревья, и кустарники и дорожки, мечта, а не район! Помнится мне, я здесь бывал. Честно, я себя порой чувствую идиотом, я о ней особо ничего не знал, только то, что брат у нее был и все. Наверно, он и завозил в сад свидетельство о смерти. Точно, брат! Как же я сразу не вспомнил. По крайней мере, тогда я не планировал искать ребенка ее, о котором и не задумывался. Видимо, я сейчас отрабатываю все свои грехи за прошлое. На лавочке сидели бабульки, небось, все и про всех знающие. Выглядят как самые настоящие бабки! Платки на голове и милые курточки. На улице холодно, а они сидят на лавочках, да кости всем моют. Мы, видимо, будем следующие. Сидят, что-то высматривают, вынюхивают. Местная охрана. Теперь, рассматривают тачку мою, конечно, когда здесь будут такие проезжать.

— А вы куда? Не местные вы, — спросила одна звонким, продолговатым голосом бабулька. Они все, что ли так говорят в старческом возрасте?

Мы ничего не ответили, а лишь прошли мимо, нечего обращать внимание. Пусть моют кости, если им так нравится. А мы сейчас пойдем в квартиру, где когда-то жила Вера. Да, хрущевки все такие же. Облезшие стены, граффити на стенах, и лестницы небольшие. Все, как всегда.

Дверь выглядела не лучшим образом. Тоже где-то оборванная, а эти цифры с того времени не изменились. Мы звонили в дверь, нам так никто и не открыл. Маша зачем-то стала дергать ручку и нахрена, спрашивается, будто откроется. Мышка хвостиком махнула, а яйцо упало и разбилось. Так, что ли?

— Открыла… — посмотрела она на меня удивленным выражением лица, от чего сам ахнул.

Действительно, открылась. Нифига себе! Мы аккуратно стали заходить внутрь, это может быть и ловушка, откуда же я знаю. Я Машу завел за спину. У меня всегда с собой пистолет, всегда. Я незаметно ухватился за него, как Маша начала кричать:

— Стоять! — побежала она, сломя голову.

Я увидел человека со спины, так, совсем немного. Крепкий мужик. Очень знакомый, не знаю, может, кажется, конечно. Этаж был 1, поэтому не высоко, этот придурок выпрыгнул через балкон и убежал куда-то за дом. Может, брат ее? Но зачем ему убегать? Наверняка, знает что-то. Хотя, если он видел меня, то мог подумать, что я хочу найти его сестру и ребенка, если он есть и забрать. Да ну, дебил, вот собираюсь я отнимать его от семьи. Я не настолько козел. Тогда появляется еще один вопрос, откуда он знает меня в лицо, если ни разу не виделись. Хм, если логически рассуждать, то Вера могла показать ему фото. Неужели, я настолько страшный? Возникает очень много вопросов, но ответов все меньше. Точнее, их вообще нет.

— Ты знаешь, Саш, такое ощущение, что я его знаю, только понять не могу, кто это, — Маша словно читала мои мысли. Как говорят: «Чуйка моя еще не подводила», тоже самое.

Мы осмотрели квартиру. Выглядит неплохо, но прослеживаются следы прошлых лет. Ох, уж этот чертов ковер на стене. Помнится, мне, и у бабушки когда-то такой был. Лежал, обводил эти узоры, а потом засыпал. Славное было время. А сейчас я должен искать девку. Сейчас бы полежать на кровати, да выспаться. Прижать эту девушку к себе с белыми волосами, нарожать детей и жить в свое удовольствие. Я смотрел на то, как она искренне пытается помочь найти ребенка, что мое сердце сейчас разорвется от милоты. Саш, все, спокойно, а то становится жарко, а сейчас совсем не время думать о таком. Мы с Машей немного пошарили по квартире в поисках документов, но ничего не нашли. Все забрали видимо, и этот беглец тоже что-то искал или бежал, фиг его знает. Я пошел в прихожую, чтобы одеваться, а Маша что-то пыталась найти.

— Маш, ладно, поехали домой, сейчас Илье позвоню, будем пытаться найти однофамильцев.

— По-до-ждии, — говорила она, словно, пыталась достать что-то.

— Ну что там еще?

— Я, кажись, нашла что-то.

Она побежала ко мне и отдала в руки белую штуку. Что это?

— Видимо, это пропуск, только фото нет, зато данные его: «Гусев Владимир Кириллович».

Это уже что-то.