Невеста шотландского воина - Адриенна Бассо

Только через четверть мили Грейс смогла привести свои растроенные чувства в порядок. Успокоившись, она принялась оглядывать своих спутников, которые должны были охранять ее на протяжении всего пути до монастыря. Впереди ехал отряд воинов, по бокам тоже была охрана, а позади тащился обоз. Эдна, не пожелавшая оставить свою госпожу, ехала в этом самом обозе.

Кобыла под Грейс весело скакала, явно радуясь прогулке. Ловко управляя лошадью, Грейс мельком смотрела на лица ближайших воинов, не без удивления отметив про себя, что никого из них не знает.

Слегка озадаченная, она принялась осматривать других, ехавших впереди нее, и опять, как ни странно, ни одного знакомого лица. Присмотревшись внимательнее, она вдруг увидела впереди всех очень знакомую фигуру. Сначала Грейс просто не поверила своим глазам, потом несказанно удивилась, а затем – при этом сила ее эмоций шла по возрастающей – даже не возмутилась, а вознегодовала.

Нет, он не мог быть тут!

И тем не менее это был не кто иной, как сам Эван Гилрой. Дальше Грейс уже не соображала, что делает. Туго сжатая пружина возмущения распрямилась и помимо ее воли бросила вперед. Пришпорив лошадь, не обращая внимания на недовольные крики воинов, которым пришлось отскакивать в стороны, чтобы избежать столкновения, она помчалась в голову отряда.

Подскакав к Гилрою, который даже не повел бровью, Грейс возмущенно закричала:

– Что все это значит? Почему вы едете во главе отряда?

– Все очень просто, – как ни в чем не бывало отвечал Эван. – Вам нужен был конвой, а мне пора ехать восвояси. Все совпало как нельзя лучше.

– Так… так вы говорите – это совпадение? – Язык у Грейс едва не заплетался от ярости.

– Да, – согласился Эван.

– Это вы придумали? – Грейс старалась говорить как можно спокойнее, но у нее это получалось из рук вон плохо. Она снова сорвалась: – Конечно, нет! Тут не обошлось без вмешательства моего брата!

– Да, Маккенна первым предложил эту прекрасную идею, а я согласился с ним. Не мог же я отказать другу в таком пустяке? Вам, Грейс, не удастся так легко отделаться от меня. – Эван добродушно улыбнулся.

Грейс метнула в его сторону взгляд, который должен был изображать презрительное равнодушие, но ни он, ни она не обманывались на этот счет. Грейс ругала себя за то, что по наивности и простодушию попала в ловушку, расставленную хитрыми мужчинами. Но что ей оставалось делать в создавшемся положении? Не возвращаться же назад? Во-первых, это было крайне неудобно, а во-вторых, если бы она вернулась, то после этого Брайан вполне резонно мог бы неделями, а то и месяцами откладывать ее поездку в монастырь. Ее с трудом отпустили из замка, второй попытки могло бы попросту не быть.

Немного поразмыслив, Грейс решила прислушаться к голосу благоразумия. В конце концов, несколько дней в обществе Эвана Гилроя ровным счетом ничего не меняли, – ну и чего же она так кипятилась?! Совершенно успокоившись, Грейс прочитала молча молитву, в которой просила Господа о хорошей погоде, чтобы ее путешествие оказалось как можно короче.

Глава 8

Проезжая через лес, стоявший на земле Маккенны, всадники то и дело поглядывали на тучи и прислушивались к отдаленным раскатам грома. Дождь надвигался. Решительно повернув коня, Эван поскакал к Грейс.

– Думаю, если мы и дальше будем ехать с такой скоростью, то успеем до дождя добраться до замка Гленмор. Там же можно будет и переночевать.

– М-да?

– Хорошо, в таком случае можно сделать остановку пораньше. Сейчас пошлю Алека на разведку. Он подыщет удобное место для отдыха.

Грейс, не говоря ни слова, отрицательно замотала головой.

– Если вы проголодались, то у меня есть лепешки, сушеные фрукты и вино во фляге.

Грейс отбросила прядь волос со лба и, не разжимая губ, хмыкнула, что, должно быть, означало отказ. Эван терпеливо ждал, не объяснит ли она, что это все-таки значит, но Грейс больше не проронила ни звука.

– Грейс, почему вы не хотите разговаривать со мной? Это слишком тяжелое наказание, я вряд ли его заслуживаю.

Она шумно вздохнула и, подняв на него свои огромные серые глаза, произнесла:

– Думаю, вряд ли вам понравится то, что мне так хочется вам сказать.

– О, похоже, я впал в немилость? Грейс, ну будьте же благоразумны!

– Сэр Эван, не стоит притворно возмущаться или, еще хуже, иронизировать. Мы оба прекрасно знаем, чем вызвано мое неудовольствие и кто тому виной.

– Как это так? Я делаю услугу моему старому хорошему другу: берусь отвезти под охраной его сестру. И что в этом плохого?

– О, не стройте из себя рыцаря. Между настоящим рыцарем и вами нет ничего общего, ведь вы преследуете собственные цели, хорошо мне известные.

– Я не подозревал, насколько вы можете быть подозрительны. Впрочем, как приятно будет кое-кому осознать свою ошибку, а может, даже и две.

– О, я не раз ошибалась в моей жизни. Жаль, что я не умею ругаться, а то сказала бы вам все, что о вас думаю.

– Так в чем же дело? – ухмыльнулся Эван. – Позвольте мне преподать вам несколько уроков, чтобы вы потом могли облегчить свою душу.

Грейс, как и раньше, благочинно, пожалуй, даже молитвенно подняла глаза к небу, но Эван заметил, что по ее губам скользнула еле заметная усмешка, что обрадовало его. Итак, его веселый тон, хотя он не забывался и никогда не преступал границ приличия, оказывал желаемое действие. Постепенно сопротивление Грейс ослабевало, отчужденность уменьшалась, а впереди у него было целых четыре дня, а может быть, даже пять или шесть. Эван, много испытавший на своем коротком веку, очень ценил старую народную мудрость, которая гласила, что есть три вещи, которые никогда не возвращаются, – время, слово и возможность. Поэтому нельзя терять время, нужно уметь выбирать слова и не упускать возможности! Эван взглянул на грозовые, темно-серые тучи, предвещавшие затяжной дождь, и про себя горячо взмолился небесам, чтобы такая погода тянулась как можно дольше.

К замку Гленмор они добрались в сумерках. Самого хозяина лэрда Килкенни дома не оказалось, но как только часовым сообщили, что ночлега просит сестра Маккенны, ворота сразу гостеприимно распахнулись. Обоз въехал на широкий двор, где их поджидал Саймон, племянник Килкенни, невысокий, тучный, лысеющий мужчина. Он приветливо улыбнулся, но одной лишь Грейс, и поспешил помочь ей спуститься с лошади.

Увидев, как мясистые руки по-хозяйски обхватили Грейс за талию, Эван заскрипел зубами. А когда Саймон откинул вуаль с лица Грейс, ему нестерпимо захотелось выхватить меч и проткнуть насквозь брюхо толстяка.

– Спокойнее, – раздался вдруг над ухом Эвана голос Алека, который заметил, как крепко их командир стиснул рукой свой меч. – Мы же мирные путники, ищущие крова и ночлега.