Сильфида и дракон - Марина Кравцова

нашелся и продал старшему брату… Тогда я впервые ощутил прикосновение Дэм-Ре не просто как скольжение луча по лицу. Свет под закрытыми веками. Чувство, что я не один. Что кто-то разделяет мою боль… Даже на миг показалось, что я вижу в кровавом мраке золотистую женскую фигуру, которая пытается меня обнять. Можно бы объяснить это все бредом, но… То, что случилось потом… Ты не слышал случайно о тимлинских змеях?

— Нет…

— Это особый вид рептилий, искусственно выведенный мальвийскими магами на одном из наших островов. Не только змеи, но и ящерицы, даже карликовые крокодилы… Магические твари… Их укусы не только крайне болезненны, не просто обездвиживают… Самое кошмарное, что яд вызывают такие ужасные видения, что больше четырех суток не выдержать — сойдешь с ума. Пытка страхом — до такого же надо было еще додуматься, правда?

— Я, кажется, начинаю понимать, — пробормотал Тиан, — почему ваш мир разорвало на куски.

— Да… Не для того нам всем дана была магия. Ведь так?

— Так. Но как один брат мог подвергнуть другого такому испытанию?

— Мой смог. Я просто взбесил его, когда в отчаянье выкрикнул все, что о нем думаю. Тогда впервые ко мне поднесли тимлинсую змею…

— Дин. Думаю, я все понял. Твой нынешний страх перед рептилиями… Если тебе тяжело — не рассказывай.

— Но я не все еще сказал про Дэм-Ре. В то время Айн-Ри, прослышав о смерти отца, вернулся в Мальвис. Тайно. Он подозревал брата в кознях. Я не знаю, как Айн сумел склонить окружение Лахх-Ри на свою сторону. Не знаю, что он сделал с ним самим. Думаю, того уже нет в живых. Но прошла неделя с тех пор, как меня бросили в земляную яму и стали по одной кидать сверху черных змей и ящериц… Укусы вызывали временный паралич… я смотрел, как рептилии ползают по мне и ничего не мог сделать. А потом приходили кошмары… Когда я очнулся на кровати в своей спальне и увидел любимого брата, безумно обрадовался. И не понял, почему у него такое скорбное лицо — ведь я жив! А он изумился. И все время спрашивал: как я сохранил рассудок, если на мне живого места нет от укусов черных тварей? «Это невозможно!» — твердил он. С трудом поверил очевидному. И был счастлив за меня.

— Тебя спасла Дэм-Ре, — понял дракон.

— Да… Вот что произошло… Когда в той жуткой яме я прощался не только с рассудком, но и с жизнью, девушка явилась прямо из воздуха и подошла ко мне… Живая, теплая. С каштановыми кудрями и золотистыми крылышками, как у мотылька. Она склонилась надо мной… Я никогда не забуду ее круглое лицо с мягкими чертами, искрящиеся светлые глаза… И губы… она поцеловала меня.

— Младшая сестра-созидательница…

— Это могла быть только она. Потому что, влив в меня с поцелуем новые силы, укрепив и успокоив, девушка превратилась в солнечный луч… Я не стал рассказывать об этом брату. Не хотел, чтобы он думал, что я все-таки повредился умом.

— Как же это… удивительно! Но почему же ты тогда ушел? Тебе ведь больше ничего не угрожало.

— Не скажи. Среди придворных и военных были люди, фанатично преданные как мне, так и Айн-Ри. Состряпать заговор за спинами обоих, убрать одного из нас — да запросто. Пока я выздоравливал, брат правил Мальвисом. А я думал, как мне поступить. Король-владыка назначил меня преемником, такова была его воля… И словно в ответ на сомнения, на свет вспыли доказательства того, что Лахх-Ри оклеветал Айна перед отцом. Несправедливо… Мой умница-брат, как и показали последующие четыре года, и вправду рожден королем. А я — нет. И когда я, глядя с высоты на дворцовые окрестности, просил Дэм-Ре помочь мне с выбором, она ответила. Солнце пробилось сквозь сгустившиеся облака и осветило маленький храм, куда Айн-Ри перенес Золотой свиток. Я с легким сердцем отправился туда, вычеркнул из свитка себя и вписал имя брата…

Дин приостановился ненадолго, его карие глаза мягко заблестели.

— Вернувшись в свою комнату, я обнаружил на кровати золотистый мальвис. Любимый цветок Дэм-Ре. Сразу понял, что он волшебный… Что это своеобразное оружие. Защита. И мне пора в путь… Я попрощался только с братом и с мамой, сел на корабль и отправился в долгое плаванье. Тиан, я не хотел оставаться наследным принцем. Скажу правду… краски родной страны потускнели после той черной недели с рептилиями. Меня тянул к себе север, родина матери. А еще — небо. И когда грифон Гардар выбрал меня своим наездником… это было такое счастье.

Тиан задумчиво кивнул.

— Наверное, твои семь дней длились дольше, чем мои три с половиной года.

— Ты о чем?

Дракон встрепенулся и слегка сжал плечо Дина.

— Потом обязательно расскажу. Печально… из-за того, что случилось с тобой, мой драконий облик тебя пугает.

— Прости за это…

— За что ты просишь прощения?

— Ты мой друг. Друг, Тиан, а не увеличенная в разы черная ящерица!

— Что-то в нас иногда не слушается разума. Дин, не переживай из-за этого. Оно того не стоит. И да. Я твой друг. Что бы ни случилось.

Глава 2

Огонь и лед

Кайми взмыл над деревьями, поднялся к туманному заграждению, впился в него ледяной стрелой… и был упруго отброшен вниз. Едва удержал равновесие в полете… Вторая и третья попытка закончились точно так же. Наконец разозленный сильф опустился к подножию дуба, на котором красовался небольшой открытый домик на ветвях — его нынешнее жилище.

— Что, развлекся? — хихикнула Кюбико. Девушка-лиса лежала на спине и лениво жевала какую-то травинку. Ее разметавшиеся длинные волосы казались пылающими водорослями в темно-зеленом океане травы.

— А ты забавляешься на мой счет? — буркнул Кайми.

— Почему бы и нет, если весело? Да ладно, не дуйся. Мы же оба понимаем, что ты просто упрямство демонстрируешь, а не всерьез пытаешься сбежать.

Сильф плюхнулся рядом с ней, преодолевая острое желание погладить змеистую рыжую прядь… или даже соблазнительно обнажившееся плечико.

— Я чувствую себя отвратительно! — заявил он.

— Тебе здесь не нравится, крылатый привереда?

— Представь себе — нравится! Лес пестрый, красивый, цветочки яркие такие, река… Кстати, а почему вода теплая? У вас что, тоже элементаль тут живет?

— Огненные рыбы.

— Что-что?

— Рыбы, говорю. Они раньше цветами были.