Чародей - Елена Ежеменская

На шум прибежали все, кто не валялся сейчас на кровати с прокушенным животом и разбитой рожей. Мыш летал под самым потолком, не понимая, что происходит.

– Что, черт побери, ты тут устроил Дэрриен? - незамедлительно наехал на меня Стюарт.

Я открыл рот, чтобы ответить ему в подобающем стиле, но почувствовал едва уловимое движение воздуха вокруг меня. Я рухнул на колени, чтобы меня не было видно из окна. Не знаю, что меня подвигло на этот поступок. Интуиция?

– Ты чего? - уставился на меня бармен. Он, наивный, думал, что я сейчас начну вопить: "Пожалуйста, не бей меня!". Щас. Не дождется.

Аменохеприти правильно истолковал мой жест и накинулся на Стюарта.

– Закрой окно! Немедленно!

– Лучше всего с той стороны, - не удержался я.

– Лэйвери, ты…

– Я сказал, закрой окно, Стюарт! - рявкнул мыш.

Тот, ворча, поднял карниз и с помощью Шайтана приладил его на место. Спасительная штора вновь закрыла от меня стекло. Только тогда я рискнул подняться на ноги. Правое колено заныло - видно, хорошо я на него бухнулся.

– Мальчики, может, вы мне объясните, что тут происходит? - подала голос Волчица.

– За окном бродит какое-то существо, которое мечтает заполучить Дэрриена. - жизнерадостно выпалил Джимми.

Шайтан осуждающе покосился на него, но пацан и ухом не повел. Эх, классный возраст - четырнадцать лет…

Аменохеприти летал рядом со мной. Я изловчился и схватил его, сжав в кулаке. На свободе остались только уши. А что вы хотели, у меня кулак не такой как у Стюарта - тот вообще от мыша чуть мокрое место не оставил.

– Итак, мы не договорили, - обратился я к ушам. - Чем я такой особенный, что ты боишься меня учить?

– Я не боюсь, - сердито отозвался мыш. - Я вообще ничего не боюсь. Я же все-таки…

– …самый могущественный жрец, - закончил я за него.

– Именно. Как, по-твоему, я должен отвечать, когда ты меня вот так схватил?

– А как хочешь. Давай поиграем в "вопрос - ответ".

Мыш что-то буркнул, что должно было означать отрицательный ответ.

– Ну как же так? - прошипел я. - Ты же мой учитель. А учитель должен отвечать на вопросы ученика, это правило еще в начальной школе устанавливается.

Аменохеприти опять что-то пробурчал.

– Первый вопрос: что нафиг происходит? Почему каждый встречный-поперечный твердит, что боится меня до смерти?

– Откуда мне знать? Почему бы тебе не спросить у тех, кто так говорит?

– Я спрашиваю тебя. Ты ведь тоже не в восторге, так?

– Я уже говорил: дело в твоем возрасте.

– А поподробней?

– Человека очень трудно обучить, когда ему переваливает за двадцать. В моей практике таких случаев еще не было. Естественно, что мне страшновато. Доволен?

– Нет.

Непродолжительное молчание.

– Что тебе еще надо?

Мне показалось, или голос у мыша был слегка испуганный?

– Много чего. Как мне научиться контролировать свою силу?

– Это сложный вопрос, - а теперь нескрываемое облегчение. Да что, черт побери, он от меня скрывает?

– У нас немало времени. Итак?

– Для начала отпусти меня.

Я так и сделал, хотя был не прочь помучить его еще чуток. Аменохеприти попросил Волчицу принести свечу. Затем выгнал всех из комнаты и обратился ко мне:

– Зажги ее.

– Спички дашь?

– Очень смешно, Дэрриен. Просто сосредоточься на фитильке.

Я вспомнил, как строил стену с помощью воображения и решил испробовать тот же способ. Я представил, что на кончике фитиля расцветает огонек.

Таращился я на свечу минут пять. Ничего не происходило.

– Не получается! - в отчаянии выкрикнул я.

– Это потому, что ты слишком напряжен, - назидательно поднял крыло Амен. - Я же тебе говорил, что нужно успокоиться, расслабиться…

– Нет времени, - перебил его я. - Скоро сюда ворвется плохой дядя и пооткусывает нам всем по какой-нибудь части тела. Снегирю еще повезло, что монстр предпочел его живот.

– Успокойся хотя бы на миг, - отчеканил жрец.

Успокоиться, значит. Ладно.

Я глубоко вдохнул и выдохнул. Затем медленно сосчитал до десяти и снова уставился на свечку.

Прошло не меньше минуты. Я уже хотел прекратить это занятие, как вдруг свеча расплавилась. Без огня. Просто осела на стол бесформенной массой.

– Упс, - я виновато улыбнулся. - Кажись, я перестарался.

– Ничего, это бывает, - весь вид Амена говорил о том, что он жутко доволен. - Мой прошлый ученик спалил дом. Так что не беспокойся - тебе до него далеко.

– Тогда я действительно молодец, - ухмыльнулся я. - Что дальше? Попросим Волчицу принести еще свечку?

– Нет, не стоит. Тебе лучше сначала научиться управлять огнем. Так безопасней. Потом поработаем над его созданием. Похоже, ты пиротехник.

– Ясен пень, - я широко ухмыльнулся. - Где я ни появлюсь - там огонь. Даже Ракел, черт возьми, это поняла, - дальнейшие ее слова я решил не передавать.

– Ракел? Та красотка?

Я кивнул.

– Эх, хороша… - протянул Амен, почесывая за ухом. - Кстати, чего она от тебя хотела?

Секса. Но об этом я тоже благоразумно решил умолчать.

– А пес ее знает.

– Пиротехником я назвал тебя неслучайно. Все маги делятся на четыре категории, все зависит от стихии, которой они могут управлять. Твоя стихия - огонь.

– А остальные? Водопроводчики, стеклодувы и могильщики?

– Не иронизируй. Тебе, между прочим, будет сложнее, чем остальным. Огонь - самая неуправляемая и опасная стихия.

Вот спасибо.

ГЛАВА 14

Джемал сидел в кресле, рядом стояла Волчица с уже знакомым мне пузырьком. Немудрено, вид у негра был просто кошмарный: одежда обгорела, в волосах застряли хлопья пепла, очки треснули. Запах гари почти выветрился, но от него самого несло не лучше: пот, кровь… Очки он держал в руке, так что я мог видеть глаза, уставившиеся вперед. Белесые зрачки не шевелились, но мне казалось, что Джемал не спускает с меня взгляда. Как знаменитый портрет Дориана Грея: глаза следят за тобой, куда бы ты ни двинулся. Классную штуку придумал Уайльд. Или это был Гоголь? Черт, да какая разница? Кстати, я сам, бывало, замечал такую особенность у портретов.

Или у статуй, которую сейчас и изображал Джемал. Иногда мне казалось, что он даже не дышит - так неподвижно он сидел. Я вспомнил себя, дергающегося, корчащегося от боли при малейшем движении. Все-таки его выдержка неподвластна моему пониманию.

Он уже рассказал нам, что смог выбраться из бара, убив того амбала собственноручно, без помощи магии. Как он объяснил, любая магия, кроме мысленных ударов, на него почему-то не действовала. Но на это тратилось слишком много сил. Чтобы не рисковать, пришлось прирезать амбала его же собственным мечом.