Брэкстен - К. С. Линн

— Прости за вторжение. Твой отец сказал, что я могу найти тебя здесь. — Она заправляет прядь светлых волос за ухо, — фирменный жест, заставляющий мой член встать по стойке смирно.

— Никакого вторжения, Алиса, когда речь идет о тебе, я всегда хочу, чтобы ты была рядом.

Улыбнувшись, она проходит внутрь, с большим любопытством осматривая помещение.

— Так вот где творится волшебство, да?

— Да, вроде того.

Она бродит по просторной комнате, обращая внимание на диван и зону отдыха, а затем подходит к столу и нежно проводит пальцами по холодной стали, достигая нынешнего шедевра Нокса.

Она обращает ко мне вопросительный взгляд.

— Незавершенная работа, — объясняю я.

Алиса переходит к другому изделию на конце длинной столешницы, рядом с мониторами видеонаблюдения, и находит мать всех орудий. Гатлинг. Один из лучших экземпляров своего времени. Скорострельный пулемет, с гравитационной подачей боеприпасов и ручным приводом. Он мог бы уничтожить целую армию за полсекунды.

Она снова смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Этот выглядит серьезно.

— Очень серьезно, — подтверждаю я, забавляясь. — Это для более, скажем так… опытных.

Она не упускает двойного смысла, ее щеки розовеют.

— Для опытных, значит?

Я киваю, радуясь, что она заглотила наживку. Это как воспламенитель, разжигающий пламя, которое постоянно тлеет между нами.

— Итак, что бы ты предложил для кого-то вроде меня? — тихо спрашивает она. — Кого-то… менее опытного.

Двусмысленность вопроса пронзает мое тело, как касание к проводу под напряжением, образ ее со смертоносным оружием в руках вызывает у меня дикий стояк.

Подойдя к краю стола, встаю за ней, намеренно задевая ее плечо, и ухмыляюсь, услышав, как у нее перехватывает дыхание.

Напряжение между нами нарастало весь день, дразня всем, чего я желаю, но я не уверен, что она готова.

Коснувшись потайного местечка под столешницей, позволяю компьютеру считать отпечаток моего пальца. Раздается звуковой сигнал, и крышка поднимается, являя запас, который мы прячем под ней.

— Ух, ты. — Она подходит ближе, очарованная открывшимся видом.

Сунув руку внутрь, достаю пистолет поменьше и направляю ствол вверх, прежде чем передернуть затвор.

— Маленький для удержания и легкий для переноски, но не менее эффективный.

Она нерешительно смотрит на оружие, но также нельзя отрицать скрытое в ее взгляде очарование.

— Подойди сюда.

Она выполняет команду, приближается и становится передо мной.

Подойдя ближе, оттесняю ее назад и вкладываю оружие в изящные руки. В ответ ее тело трепещет, пальцы дрожат, когда она берет его.

Прижавшись щекой к ее щеке, слегка поворачиваю голову, касаясь носом нежной кожи.

— Нервничаешь?

— Немного, — шепчет она.

— Не стоит. С оружием в руках ты получаешь полный контроль. У тебя есть возможность устранить любую угрозу, украсть последний вздох врага. Нет никакого страха. Никакой боли. Только сила.

Быстрым движением поворачиваю наши тела, прицеливаюсь в мишень, прикрепленную к доске, и нажимаю на спусковой крючок. Алиса вздрагивает от щелчка, у нее вырывается «ох», прежде чем она понимает, что пуль нет.

Опуская наши руки, касаюсь губами ее уха.

— Однажды, детка, я вложу в твои руки заряженный пистолет, но не раньше, чем ты поправишься и будешь готова.

— Может, я уже готова, — срывается с ее губ, скрытый смысл разжигает кровь, которая пульсирует в моих венах.

Держа пистолет в одной руке, поднимаю другую и осторожно обхватываю ее горло, заставляя ее голову откинуться на мое плечо.

— Будь осторожна с тем, что вылетает с твоего хорошенького ротика, Алиса. Здесь только ты и я. На этот раз рядом нет никого, кто мог бы тебя спасти от меня.

Быстрые, неглубокие вдохи вырываются из ее слегка приоткрытых губ.

— Что, если я не хочу, чтобы меня от тебя спасали?

— Что, если ты не готова для меня?

Это мой самый большой страх — взять ее слишком рано и все испортить.

— А что, если готова? — парирует она, несмотря на то, что нервозность приглушает голос.

Из моей груди вырывается полусмешок, полустон.

— Проклятье, Страна Чудес, ты сейчас ужасно храбрая.

— На самом деле, я в ужасе, — тихо признается она. — Но это не меняет того, чего я хочу.

— Да? И чего же ты хочешь, Алиса, хммм? Ты вообще знаешь?

Ее ответ либо создаст, либо разрушит этот момент.

— Не совсем, но я знаю, что мне нравится быть рядом с тобой. Мне… мне нравится то, что я чувствую, когда я с тобой.

Признание заставляет меня притянуть ее ближе, каждая частичка моего тела жаждет прикоснуться к ней.

— И что же ты чувствуешь, когда ты со мной?

— Тепло, — признается она. — Мне всегда тепло, когда ты рядом, и холодно, когда тебя нет.

Эти слова потрясают меня до глубины души.

— И еще я чувствую себя в безопасности. Будто, пока я с тобой, никогда не узнаю боли.

Моя челюсть сжимается от уязвимости, сквозящей в ее голосе. Прильнув щекой к ее щеке, впитываю тепло ее кожи.

— Это потому, что со мной ты в безопасности, детка. Я бы никогда никому не позволил причинить тебе боль. Я бы убил любого, кто попытался бы это сделать.

Она глубже расслабляется во мне, ее доверие такое же чистое и невинное, как и она сама.

— Скажи мне, Алиса, что еще ты чувствуешь. — Я хочу знать все. Каждую мысль, каждое желание, каждую потребность, чтобы мог воплотить их все в жизнь.

— То, чего не могу объяснить. Думаю, я никогда раньше не испытывала подобного, — шепчет она, выказывая свою нервозность. — Например, иногда, от того, как ты смотришь на меня, у меня замирает сердце. И когда ты очень близко, как сейчас, мне становится трудно дышать, не говоря уже о том, чтобы думать. Даже от твоего малейшего прикосновения у меня перехватывает дыхание.

От искренности ее слов мои глаза закрываются.

— Но больше всего, — мягко продолжает она. — Я испытываю эти чувства, которые поглощают каждую часть моего тела, и мне становится…

— Больно? — заканчиваю я за нее.

Прикусив нижнюю губу, она кивает.

— Где? — рычу я.

Тишина захватывает момент, прежде чем Алиса произносит:

— Везде.

Решаю проверить истину ее слов. Подняв пистолет, касаюсь холодным металлом ее шеи сбоку.

Ее резкий вдох пронзает воздух, я веду кончиком ствола по ее горлу, ключице, пока не достигаю декольте сарафана. Пистолет задерживается на выпуклости грудей, они быстро поднимаются и опускаются.

— Здесь?

Шумно сглотнув, она снова кивает.

Опускаю ствол в вырез, скользя сталью по заостренному соску.

— А здесь?

— Да, — выдыхает она, пылкий звук несется прямо к моему члену.

Вынув пистолет, опускаю его к ее ноге, проникаю под подол и медленно веду холодным металлом по внутренней стороне ее обнаженного бедра.

Ее тело