Финалом Злодейки может быть только смерть - Gwon Gyeoeul

но я думаю, у нас есть выбор, — посмотрев назад, Каллисто напряженно произнес: — Отобрать у нее зеркало или извлечь клык, вонзенный в драконью грудь.

— Это…

От его слов на автомате глянув на дракона, я кое-что вспомнила.

«Клыком Золотого Дракона, который сейчас в груди дракона, она должна была воскресить Лейл».

Кронпринц настаивал на том, чтобы его выдернуть.

— Нет, это слишком опасно! — немедленно затрясла я головой.

Но Каллисто твердо ответил:

— Я все равно должен выиграть время на то, чтобы ты могла избавиться от Лейлы. Разве у тебя осталось много зелий? Не можем же мы вечно возиться с драконом.

— Н-но…

— Вставай. Я прикрою твою спину.

— Ваше Высочество.

Каллисто подтолкнул меня ко входу в башню.

Я знала, что он справится, однако мне было непросто оставить его и уйти. Меня преследовало воспоминание об ужасно израненном, истекающем кровью Эклисе.

— Не волнуйся, — ухмыльнулся Каллисто, словно догадываясь о моих думах. — У меня при себе то, что ты мне как-то дала.

Он постучал себя по правому уху. Я увидела рубин. То была запонка с магией исцеления, которую я ему некогда подарила. К моему удивлению, это меня успокоило.

— Я пошла, — ответила я, собрав волю в кулак.

Пока у него есть эта вещь, он не погибнет, даже если его ранят.

— Береги себя.

Прощание вышло кратким. Бросив эту фразу, Каллисто повернулся ко мне спиной и поспешил прочь. Я обернулась и увидела, как он взобрался на драконью лапу, избегая выпущенного фаерболла.

Вот черт, винтовая лестница в башне выглядела бесконечной. Я вздохнула и начала подъем.

Сквозь лопнувшее стекло я увидела, как кронпринц сражался с драконом, однако усилием воли заставила себя смотреть только на ступеньки. Дракон извивался и вихлял, стараясь скинуть оседлавшего его человека.

Шарах, бах!

Сколько уже прошло времени с тех пор, как дракон жахнул по башне хвостом и когтями, проломив стену, и как долго я поднималась по этим хлипким ступеням? Наконец, показался конец лестницы.

Возможно, в этой башне располагалась караульная — на ее верху оказалась маленькая пустая комнатенка. Ивонна вполоборота сидела в оконном проеме без стекла, с интересом глядя наружу. В руках у нее сияло голубым светом зеркало.

— Ты пришла? — ласково поздоровалась она, обернувшись ко мне.

Я так запарилась, сюда карабкаясь, что ее расслабленный вид меня разозлил. Тяжело дыша, я открыла рот:

— Ха-а, ха-а… Закончила играть в прятки?

— Если ты о крысиных бегах, то они пока в самом разгаре, — Ивонна улыбнулась и спрыгнула с подоконника. — Ты умудрилась зайти так далеко и даже не умерла, Пенелопа. Я думала, ты сбежишь, как и раньше, так что я удивлена.

Я на миг задержала дыхание, чтобы унять свое пошедшее вразнос сердце, а затем спросила ледяным тоном:

— Зачем ты убила Эклиса?

Это было первым вопросом, который я хотела задать при встрече с Ивонной. Зачем она убила цель захвата? Разве она все еще не Ивонна? Пусть в скрытой концовке миру пришел конец, но она ведь завоевала всеобщую любовь, убив злодейку. Так почему…

— Я? Эклиса? — однако в ответ на мой вопрос Ивонна изобразила преувеличенное удивление и громко расхохоталась: — А-ха-ха! Нет, Пенелопа. Это не я убила Эклиса, это ты его убила, — стирая от смеха выступившую из глаз влагу, она добавила: — Это из-за тебя его насмерть пронзили драконьи когти.

— Драконом управляла ты. Ты могла остановить его в любой момент, так почему!..

— А ты? — спросила она, перебивая. — Почему ты не любила его и этим толкнула к гибели, словно мотылька?

— …Что?

— Если бы ты сказала, что любишь его, пусть даже это было бы ложью, он бы сделал для тебя что угодно. Почему ты не пошла простым путем?

Я пристально смотрела на Ивонну, выглядевшую точь-в-точь как Ивонна из игры.

«Ох, так вот как все было».

Перед моим внутренним взором, словно панорама, пронеслось ее поведение из нормального режима. Она пользовалась целями захвата, шепотом промывая им мозги и лживо признаваясь в любви, а затем, когда ее счастье достигало своего пика, всех убивала.

— Потому что я не такая, как ты.

Ответ пришел легко. Хоть я и использовала Эклиса, мои мотивы и действия совершенно отличались от Ивонниных.

— Я не хотела лгать ему до самого конца, а потом убить, так что разве не естественно было его оттолкнуть?

— Ты такая холодная, — Ивонна оскалилась, пожала плечами и шутливо добавила: — Ну, именно поэтому-то я и насладилась весельем.

— Ты наслаждаешься, когда люди умирают и страдают, да? Весело играть людьми, которым ты промыла мозги?

— Разумеется, это весело. Но… — в ответ на мой возмущенный крик женщина расхохоталась так, что, казалось, уголки ее губ вот-вот коснутся ушей. — Думаю, гораздо веселее то, что ты, так легко погибавшая в прошлом, все еще жива и барахтаешься, словно букашка, пребывая в напрасных надеждах.

— …

— Я не знаю, когда умрет моя добыча, поэтому отрываюсь на других людях. Какая жалость, — промурлыкала Ивонна так, словно это была шутка. Очевидно, что она пыталась меня спровоцировать.

Однако, странное дело, мой разум стал лишь яснее.

— Ты… такая мерзкая.

Я знала, кем была Ивонна, и продолжала думать, что что бы я ни делала, все равно героиня нормального режима игры купалась бы во всеобщем внимании и обожании. Но стоило мне отказаться от этого предубеждения, как все встало на свои места.

— Ладно. Поскольку я знаю, что сейчас ты не ведешь себя, как бешеная сука…

— …

— Давай покончим с этим.

Лишь теперь я увидела Ивонну в истинном свете. Не как главную героиню, а как злодейку.

— Лакрацио! — я немедленно проорала заклинание.

Вшух! Откуда-то появились несколько светящихся шаров размером с кулак, которые устремились к Ивонне. Я выбрала это заклинание, потому что мы находились в тесном помещении, а воспоминания о нашей прошлой драке были все еще свежи.

Однако Ивонна просто неподвижно стояла на месте и смотрела на меня со странной улыбкой.

«Что?!»

Вскоре причина стала ясна.

Все выпущенные мной светящиеся шары засосало в зеркало у Ивонны в руках.

— Как же тебе теперь быть? Больше ты ничего мне не можешь сделать древними заклинаниями, — она повернула ко мне голову и наигранно расхохоталась.

«Что? Почему магия…»

Я замерла с широко распахнутыми глазами.

Хоть Уинтер и говорил, что, как только зеркало будет полностью собрано, убить ее окажется непросто, однако я даже подумать не могла, что моя атака не оставит на ней ни царапины.

Зеркало Ивонны, только что поглотившее выпущенную мной древнюю магию, замерцало ярко-синим светом, напоминая глубокое море. Когда этот свет разгорелся настолько, что начал