'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

из виду, окликала Гая и Велеса, коего уже не было в нави, звала Константина, хозяина потустороннего кровожадного существа.

Звала даже Барбару, будто она пугала меня меньше, но могла вот-вот выйти из одного из зеркал и помочь мне. Защитить меня.

На миг показалось, что я слышу стук каблуков, пока не раздался звон бьющегося стекла – костлявые пальцы, цепко ухватившие меня, вдруг с силой оттолкнули. Я упала на пол в нескольких метрах от чудовища и, широко распахнув глаза, с оцепенением и замешательством смотрела на то, как из окна, кроша раму, рассыпая стеклянные осколки по полу, осыпая ими мое тело, царапая кожу… и в стены замка врывается другое чудовище, куда более страшное, чем костомаха.

Огромный волк с горящими красными глазами.

Острыми мерцающими клыками он разрывает костомаху пополам, и пока я как в замедленной съемке за этим наблюдаю, не в силах пошевелиться, произошедшее минуту назад предстает передо мной в ином свете: моя безотчетная тревога, предупреждающая о надвигающейся опасности, Кинли, показывающий носом мне что-то через стекло, летящие костомахи в небе… одна из которых стучит, предупреждая и советуя убираться подальше, а другая, пытающаяся не напасть на меня, а утащить в безопасное место, сейчас погибала, в эту самую секунду разваливалась на части и растворялась в воздухе синими искрами потухающего пепла.

Спустя мгновение волк поворачивается ко мне. Я больше не кричу. Не могу даже сделать вдох или выдох. Его красные глаза вперились в меня, и рычание, которое как я думала, принадлежит другому существу, вырывается из глотки.

Это был он. Волки были здесь.

Громадная лапа с заостренными когтями тянется ко мне, но внезапно оборотень отвлекается и оборачивается. Слышу знакомый шум – шелест маленьких крыльев. Кинли извергает столб огня, поджигая темную шкуру. Пламя стремительно бежит вверх по хвосту зверя.

Волколак несколько раз ударяет им о паркет, притушивая языки огня, но Кинли продолжает атаку, давая мне возможность отползти назад, а затем вскочить на ноги и скрыться. Но как только я принимаю вертикальное положение, то не двигаюсь с места, поскольку волколак замахивается подпаленным хвостом на моего дракона и сносит его с места, отшвыривая, прибивая маленькое тельце к стене.

Кинли бездыханно падает на пол. Непроизвольно вскрикиваю, привлекая тем самым внимание, но когда хищник поворачивается, его ослепляет яркая белая вспышка. Мой слух улавливает цокот каблуков, который усиливается, хотя я упускала все это время.

Светящийся призрак встает между мной и мохнатой оскалившейся мордой, принимая человеческий облик.

Барбара.

У меня есть в запасе несколько секунд, прежде чем волк вцепится в нее клыками – и на сей раз я их использую, чтобы сбежать. Оставляя позади и королеву, и лежащего ничком Кинли. Не заметив, как двинулась с места, не успевая думать, движимая лишь инстинктами, я вылетаю из золотого зала, оглядываясь на ходу, и вижу, как тело прекрасной Барбары перекусывают белые сверкающие зубы, но вместо того, чтобы вспыхнуть голубыми искрами, возвещающими о расщеплении, плоть растворяется белым паром.

Барбара превращается в привидение, не давая себя поймать. Крылышки начинают хлопать в воздухе – Кинли выпархивает через разбитую оконную раму во двор.

* * *

Я шумно и учащенно дышу, проносясь по коридору. Знаю, что меня преследуют, чувствую приближение горячего горького дыхания пса и не даю себе шанса замедлиться. Представляю, как гигантский зверь мчится за мной, едва вмещаясь в узкие переходы замка: наверное, это немного замедляет его.

Но вдруг понимаю, что ощущаю еще чье-то присутствие. И действительно, из смежного коридора раздается вой. Неожиданно улавливаю эхо, звук обратного схлопывания, чересчур характерный, чтобы не узнать его – волколак, еще один волколак обернулся в человека, и теперь гулкие шаги настигают меня, но не быстрее, чем кинжал, который он использовал для превращения, со свистом пролетающий мимо, почти задевший мой левый бок, и вонзающийся в деревянное полотно: ведь я уже достигла двери и пытаюсь ее отворить.

Умудряюсь схватиться за рукоятку, но у меня не хватает сил отцепить нож. Не имея времени, ныряю в дверной проем, и свист проносится над моей головой – пролетев мимо, клинок падает на паркет, отрикошетив к стене.

Слышу громкие голоса, в комнате кто-то есть. И снова звук схлопывания – синий и черный туман задымляет помещение, бьет молниями по глазам. Не успеваю сообразить, что происходит, но волк рычит всего мгновение, а затем скулит. Грохот перебивает звериный вой – рушится стена замка. Высокие полотки просторного зала не вмещают в себя трех сверхъестественных существ: оборотня и двух драконов, ярко-красного и асфальтово-серого. Это ни Ян, ни Валентина, ни Константин.

Я не знала цвета Алексея и Александры, равно как и Вольги, но, когда в пробитую щель в стене, кроме ночи и ветра, прорвалось существо с лохматой шерстью, я поняла, что у меня нет нужды выяснять, кто эти драконы. Зал наполнился веянием огня – яркого, раскаленного, обжигающего. Подцепив с пола клинок, не задумываясь, куда бегу, оглушенная стуком собственного сердца, я направляюсь дальше, надеясь хоть где-нибудь найти укрытие.

Вой разносился по замку, просачивался с улицы, гремел в сознании и памяти. Я скользила в пространстве, упрямо просачиваясь сквозь сгустившийся воздух нави, пробираясь через дебри страхов, цепляясь за жажду жить. Под ногами сменялись ступеньки, паркет и ковры, мелькали всполохи драконьего огня, летели осколки стекла и камней, откалывающихся от стен и рушившегося потолка, сновали силуэты костомах, драконов в человеческих обличьях, возможно, волколаков, огромных цмоков и волков. Чужие руки хватали меня и отпускали, костлявые пальцы тянули за одежду и резко растворялись в небытие, превращаясь в голубой пепел: он витал по дворцу и смешивался с воздухом, с гарью, которые я вдыхала. Мои окровавленные пальцы, порезанные осколками, сжимали бесполезный кинжал. Я не знала, отчего увлажнилась кожа лица – от слез, собственной крови или лихорадочного пота.

Замок, реальность вокруг меня рушились. В некоторых залах был пробит потолок, паркет и мрамор устилались свежим снегом и даже не расщепленными телами. Я очутилась на верхнем этаже, под самой крышей, когда услышала свое имя, произнесенное тонким женским голосом. Не сразу узнала его.

Вольга. Кажется, полудракон звала меня. Я еще не обернулась, уцепившись взглядом за ножи, ровно расставленные на полу теми, кто сумел пробраться в нашу обитель, направленные лезвиями вверх, как если бы были воткнуты в землю. Но тут, в стенах дворца, удерживались в вертикальном положении магией, чарами человека, точнее, волколака, бога или полубога, находящегося в нескольких метрах от меня. Он вот-вот собирался перекидываться через них, чтобы обернуться. А напротив застыл силуэт,