Гегемон Греции! - Chen Rui

Павсаний, другой спартанский царь, не имел предпочтений перед двумя наследниками трона Агиса, но он очень враждебно и настороженно относился к Лисандру, который когда-то хотел поколебать «двойное царствование». Поэтому он всегда выступал против всего, что поддерживал Лисандр.

Однако, согласно традиции, другой царь может присутствовать на собрании по поводу избрания нового царя, но не имеет права предлагать и голосовать. Поскольку в Спарте царит двоевластие и они хотели добиться взаимных сдержек и равновесия, царь должен избегать любых подозрений. Поэтому Павсаний может подать сигнал только старейшине, которому он доверял, — Гелиопиду.

Гелиопид поспешно встал и, заикаясь, сказал: «Спарта теперь владыка Греции, но если… царем Спарты будет… э-э-э… кто-то с физическими недостатками, это только заставит другие города-государства смеяться над Спартой, что уменьшит их почтение к нам. Более того, в Спарте за всю историю никогда не было царя с физическими недостатками! Никогда не было!».

Как только он закончил говорить, Лисандр тут же сказал: «Действительно, Агесилай хромой. Но он храбро сражался и был праведником. Его всегда уважали наши старейшины и народ, он традиционный и чистый СПАРТАНСКИЙ воин, и он не опозорил репутацию царской семьи! Но посмотрите на Леотихида, как вы думаете, на кого он похож?!».

Леотихид силен и красив, и свою внешность он унаследовал больше от матери. Однако под руководством слов Лисандра и под влиянием слухов, чем больше старейшины смотрят на него, тем больше им кажется, что он больше похож на красивого и обаятельного афинянина Алкивиада.

Увидев выражение лица собравшихся, Диопет немного встревожился и поспешно сказал: «Слухи о рождении Леотихида — это всего лишь слухи, распространяемые некоторыми людьми для достижения собственных целей, и нет никаких убедительных доказательств! И… и в нашей истории мы никогда не позволяли наследникам, имеющим первоочередное право наследования, падать с трона из-за ложных слухов!».

***

Глава 229

«Диопет, ты действительно спартанец?». — Лисандр усмехнулся: «Не забывай о Демарате».

Среди старейшин поднялся шум, Демарат — вечный позор спартанцев.

***

Хотя спартанские воины выступают за силу и ненавидят удовольствия, они не гнушаются красивых женщин. Если лучшим критерием для оценки их будущей жены является ее плодовитость, то красота и нравственность спартанских женщин — стандартный критерий для оценки того, станет ли она матерью их будущих детей. С детства спартанские женщины участвовали в тренировках вместе с мужчинами, что придало им свою неповторимую красоту.

У них длинные светлые волосы, крепкие тела и изящные ноги. Рождение некрасивой дочери заставит родителей расстроиться, однако у них еще есть шанс изменить свою дочь, то есть прийти в древнее святилище рядом с могилой Елены и помолиться бронзовой статуе Елены, которая, как говорят, заставит ребенка вырасти красивым.

Сто лет назад пара спартанских родителей молилась Елене о своей некрасивой дочери, а жрица, отвечавшая за святилище, схватила ребенка за длинные волосы и, увидев его внешность, предсказала: «Она станет самой красивой женщиной в Лакедемоне».

Со временем девочка стала знаменитой красавицей, очаровавшей даже спартанского царя, поэтому царь использовал свою власть, чтобы выкрасть ее у мужа. Но всего через семь месяцев после похищения царем новая царица родила сына. Кто же отец ребенка — царь или простолюдин? Однако спартанцы того времени не слишком углублялись в этот вопрос. Потом этот ребенок вырос и в конце концов стал царем, им оказался Демарат.

Когда Демарат стал царем, Клеомен, другой спартанский царь, находился на троне уже пять лет. Однако Клеомену было гораздо труднее занять престол, потому что его отец не мог сделать свою жену беременной, и эфоры попросили его развестись с женой и жениться снова. Однако он колебался и вместо этого выбрал двоеженство. Но затем первая жена родила Клеомена, а вторая — трех сыновей. Однако царь уже сильно любил свою вторую жену и, естественно, предпочитал ее детей, а Клеомен не пользовался благосклонностью отца.

Царь также обучил своего сводного брата Дория и назначил его законным наследником, и народ также считает, что Дорий был лучшим юношей среди своего поколения. Однако после внезапной смерти царя традиционные спартанцы считали, что Клеомен, рожденный от первой жены царя, имеет приоритет в наследовании трона, поэтому Клеомен, унаследовавший трон, изгнал своих братьев, послав Дориея колонизировать западное Средиземноморье. (T/N: Эта часть неверна. Во-первых, Клеомен — ребенок Анаксандрида II и его второй жены, а также старший среди братьев и сестер, в то время как первая жена Анаксандрида II родила 3 сыновей (Дорией, Леонида (да, легендарного Леонида), Клеомброта). Во-вторых, «традиционные спартанцы» сделали царем Клеомена, потому что он был самым старшим среди братьев. В-третьих, Клеомен не изгонял своих сводных братьев, это просто Дорией был импульсивным и не хотел быть под началом своего брата, поэтому он ушел, чтобы основать колонию, но дважды трагически потерпел неудачу).

Клеомен проницателен, находчив, честолюбив и жаждет власти. Как же мог Демарат, только что вступивший на престол, стать его соперником? И вот, Демарат, не имеющий никаких оснований, был побежден Клеоменом. И более 20 лет Клеомен единолично удерживал власть в Спарте, он победил Аргос, контролировал Аркадию, вмешивался в дела Дельф и даже вмешивался в политическую ситуацию в Афинах. Все это расширило власть Спарты до северной Греции.

В это время персидский царь Ксеркс был готов снова вторгнуться в Грецию, он также извлек уроки из ошибки Дария, поэтому он послал в Грецию большое количество шпионов, чтобы разделить и отдалить города-государства. Эгина, островное государство недалеко от полуострова Пелопоннес, предложила Персии землю и воду*, из-за чего Клеомен осудил это предательство и решил наказать Эгину (T/N: Земля и вода символизировали, что те, кто сдается Персии, отказываются от всех своих прав на землю и все продукты земли, а отдавая землю и воду, они признавали власть Персии над всем, даже их жизни теперь будут принадлежать царю Персии).

Жителям Эгины пришлось броситься за помощью к Демарату, другому спартанскому царю. Демарат был очень рад доставить неприятности своему политическому противнику, поэтому он тайно объединился со старейшинами в Герусии, которые не желали воевать с Персией, и активно оказывал им поддержку.

Это разозлило Клеомена и заставило его окончательно принять решение раз и навсегда решить эту невыносимую междоусобицу. Поэтому на заседании совета, которое инициировал Клеомен, он поставил под сомнение жизнь Демарата. Клеомен не только одержал победу над жителями Демарата и большинством старейшин, но и подкупил дельфийских жрецов, чтобы оракул, которого они просили, оказался вредным для Демарата. В результате Демарат был