Гарри Поттер и Лес Теней. - Constance_Ice

"Вы хотите убить всех нас?" - вырвалось у Гарри. - "Почему вы пытались воздействовать на нас своей магией? И почему ты так смотришь на меня?"

"Ты стал таким же, как он", - Глориан Глендэйл кивнул в сторону темной фигуры Снейпа. - "Все вы теперь такие. Что он сделал с вами? От вас пахнет кровью!" - выкрикнул он так громко, что испугал своего единорога, и тот испуганно прянул в сторону. - "Вы несете на себе печать смерти!"

"Все люди несут на себе печать смерти", - Гарри поднял глаза на исказившиеся черты Глориана. - "Мы - не Эльфы. И мы не вечны. Но если вы отказываетесь делать что-то, чтобы искоренить Зло, то кто-то должен делать грязную работу за вас".

По рядам Древних Эльфов точно прокатился ветерок. Снова повеяло чем-то тяжелым, пряным и тягуче сладким.

"Прикажи им остановиться", - Гарри продолжал смотреть на Глора. - "Ты же не хочешь нашей смерти. Ты не такой, как все они, ты слишком долго пробыл среди людей, и я не верю, что ты можешь нас всех так же презирать. Мы же жили в одном доме, мы были почти одной семьей, мы знаем друг друга".

"Но мы так и не стали одной семьей", - подбородок Глориана надменно дернулся вверх. Он взмахнул рукой, и, пока рассеивался душный аромат, продолжал смотреть на Гарри свысока, раздраженно кусая тонкие красивые губы. - "Почему вы нарушили наш договор? Почему вы, люди, всегда отказываетесь от того, что может принести вам добро? Почему Зло для вас так притягательно?!"

"Зачем тогда вы дали мне этот меч?" - нарушил испуганное молчание сзади Рон. Он подъехал поближе и протянул Глору волшебное оружие рукояткой вперед. - "Какая разница, что на нем написано, и кому он раньше принадлежал, если его судьба в руке любого его обладателя - проливать кровь, а значит с вашей точки зрения - творить Зло! Мне не нужна такая честь, чьим бы потомком я ни был!"

"Не мы решаем судьбы мира людей", - меланхолично проговорил Глориан Глендэйл. - "Даже предки моего отца были лишь хранителями этого меча. Мы не хотим видеть все Зло, которое вы творите своими безрассудными руками, будь вы волшебники или обыкновенные люди".

"Не виждь зла, не слышь зла..." - тихо сказала Гермиона, и Гарри обернулся. - "Так нельзя. Нельзя для нас, людей. Мы просто не такие, как вы, мы слишком разные. И для меня, например, не меньшее Зло то, что вы собирались сделать со своим единственным ребенком, вашей плотью и кровью, вашей надеждой", - она раздраженно дернулась, а Глориан прикусил губу, словно от боли. - "Вы попытались извести его, как тех троллей!"

Гарри успокаивающе положил руку на шею Гермиониной лошади.

"Чтобы понять, что такое Зло, и как с ним бороться, нужно испытать его", - прошептал он, глядя на Глориана. - "Я испытал это. И не пожелаю такого никому другому, понимаешь?"

С минуту Глориан Глендэйл внимательно вглядывался во что-то внутри Гарри, а затем длинные ресницы тенями опустились, закрывая фиолетовые глаза.

"Неважно, как ты это себе объясняешь, Гарри. Тьма - внутри тебя, и она уже не исчезнет никогда. Впрочем, вы, люди, всегда привыкаете жить с ней в ладу. Теперь ты такой же, как и остальные. И ты привыкнешь. К сожалению. Она", - тонкие пальцы Глора болезненно сжались в острый кулак, - "так не хотела, чтобы это произошло с тобой. Если бы она осталась на Инисавале, то и для нее, и для тебя все сложилось бы иначе. Но теперь все кончено. Ее больше нет, тебя поглотило Зло, как и этого когда-то", - он посмотрел Снейпу прямо в лицо. Тот презрительно скривился. - "А теперь и Инисаваля больше нет".

"Как это - нет?" - поразился Гарри.

"Мы уходим", - просто сказал Глор, отбрасывая назад длинные пряди волос и открывая для всеобщего обозрения полупрозрачное острое ухо. - "Вокруг нашего мира сейчас проливается слишком много крови. Мы больше не в безопасности здесь. Но наши тайны не должны достаться людям, вы непременно обратите их во Зло. Инисаваль исчезает навсегда".

С этими словами Глориан обернулся и посмотрел на бледную стену плотного тумана, повисшего над водой. Дымка заколебалась, и начала тихо таять, обнажая темную воду озера все дальше и дальше к горизонту, а затем опустилась, и глазам Гарри предстало невероятное. Далекие черты Инисаваля расплывались за туманной грядой висевших низко облаков, стираясь в небе, точно мираж. Древняя земля Эльфов беззвучно оседала в мутную глубину озера, одновременно растворяясь в воздухе. На глазах Гарри крутые склоны на изгибах каменных кистей, поросшие лесом пальцы и ставшие почти прозрачными поля ладоней таяли, как тает на солнце удивительная ледяная скульптура неизвестного гениального архитектора. Не шевелилась вода. Над черной глубиной озера не было слышно ни единого звука. Инисаваль даже не тонул, он - уходил. Уходил куда-то далеко, по ту сторону таинственной магии, которой владели Древние Эльфы, куда-то, где уже никто не смог бы его найти и воспользоваться его тайнами; растворялся в вечности, которая когда-то в глубокой древности породила и его, и тот народ, который его населял. Потрясенный зрелищем, Гарри даже не заметил, как Рон оказался рядом с ним. В руке он все еще сжимал свой меч. "Невероятно", - прошептал он. - "Неужели это навсегда? И теперь никто никогда больше не найдет той пещеры? Того огромного круглого каменного стола?" "И могилы твоего предка", - тихо закончил Гарри. "Я больше не хочу зависеть от судьбы. И тем более - от судьбы моих предков", - отрезал Рон. Он снял меч вместе с перевязью, еще раз посмотрел на слова надписи, играющие на рукояти драгоценными искрами, погладил искристый металл, точно прощаясь с ним, а потом неожиданно размахнулся и швырнул меч далеко, в темную глубину озера. В оседающем на воду тумане сверкнула сталь клинка, послышался плеск, по воде растеклись неровные круги, а потом все стихло. Когда туман медленно рассеялся над окончательно успокоившейся водой, озеро, казалось, вновь спало под ярким полуденным солнцем, но гигантские руки Инисаваля уже исчезли, а темная вода начала осторожно отступать от берега, все больше и больше обнажая песчаное дно и свернувшие на нем мокрые комки водорослей, в которых бились, запутавшись, маленькие серебристые рыбки. Озеро тоже уходило, словно втягиваясь само в себя, точно таяло на палящем летнем солнце, под которым хрупкие тени Эльфов казались бледными, выцветшими картинками. Сзади всхлипнула Джинни. "Зачем они сделали это? Теперь Грааль потерян для людей навсегда". "Вы оказались не достойны получить навсегда эту драгоценность", - принес ветер холодный ответ Глора. - "То, что мы отдали вам Грааль, было большой ошибкой. Надежда людям никогда не была настолько нужна". "Нет!" - глаза Гермионы загорелись. - " Я уверена, Грааль еще вернется к людям. Когда он будет действительно нам нужен, он вернется. Даже сквозь толщу воды, сквозь исчезнувшие руки Инисаваля он будет возвращаться снова и снова, чтобы дарить надежду. Потому что магия надежды помогает бороться со Злом иногда лучше, чем любое оружие! И лучше, чем презрительное бездействие", - она не смотрела на Глора, но тот прекрасно понял, что Гермиона имеет в виду. "Кто знает, может быть, для вас еще не все потеряно. Боритесь, если можете, вашими человеческими способами. Но мы, Эльфы, будем жить так, как считаем правильным мы. Можете уходить", - он поднял руку, и ряды его соплеменников расступились. - "Прощайте, люди". "Прощай... Эльф", - Гарри, помедлив, протянул Глориану руку, но то, казалось, даже не заметил этого. Позади него Годрик, кряхтя, взбирался на коня. "Живей, Поттер, не задерживайте других", - знакомо прорычали сзади. Пришлось поторопиться. Гарри тихо вел коня мимо одинаково прекрасных и таких же одинаково холодных фигур Древних Эльфов и в последний раз пытался разглядеть на их лицах хоть какое-то проявление чувств, но ни в преисполненном спокойного безразличия облике Куно Глендэйла, обрамленном абсолютно седыми волосами, ни в прозрачно-сиреневом взгляде Гвеннол Дивир, стоявшей рядом с Глорианом, ни в лицах остальных Эльфов он не увидел ни тепла, ни участия, ни сочувствия. На какое-то мгновение Гарри оскорбленно и даже мстительно подумал о том, что теперь, когда эти ледяные, бесчувственные существа лишили себя дома, они поймут, каково было им, затерянным в чуждом мире и чуждом времени, пытающимся выжить, но потом вспомнил, что Глор уже был в будущем и видел результаты всех попыток Эльфов спасти свой род. И он пожалел их - таинственных, могучих той магией, что недоступна людям, решительных и даже жестоких, и в то же время - потерянных, бессмысленно и непреодолимо вырождающихся, вымирающих, несмотря на все старания спасти свою семью и свое племя. Что бы ни делали Древние, осознал Гарри, их действия обречены на неудачу. Для них все кончено, на какие бы неприятные для себя эксперименты и компромиссы они бы ни пошли. Он больше не оглядывался. Часа два они еще ехали по извилистым заросшим тропинкам Леса Теней, поворачивая то вправо, то влево, огибая толстенные столетние дубы, буки и осины. Из-за узости дороги их кавалькада растянулась чуть ли не на четверть мили, и старостам, следившим за младшими, приходилось то и дело поворачивать назад и протискиваться навстречу остальным едущим вперед ребятам, чтобы снова и снова пересчитывать учеников. Несколько раз мимо них на крупной рыжей лошади проезжал Блаунт, с шумом давя кусты и вполголоса ругая столпившихся на дороге хуффльпуффцев. Алистер периодически застывал в центре колонны, создавая затор, внимательно оглядывал детей и что-то бормотал про себя, бросая настороженные взгляд в чащу леса. Тео тоже старательно загибал пальцы, считая младших, но как только их запас на одной руке истощался, он сбивался и в отчаянии начинал снова. Гарри каждый раз открывал рот, когда Сьюзен проезжала мимо, но ее прикушенная губа и замкнутый вид замораживали у Гарри в горле все рвущиеся наружу слова. Солнце было еще высоко, хотя и ощутимо склонялось к западу, когда поляны, поросшие свежей травой, стали попадаться все чаще, а глухие переплетения терновника и ежевики - реже. Столетние грабы, покрытые мрачными старческими пятнами лишайников и склизкими наслоениями волшебного мха, постепенно остались позади, и теперь над головой у путников вытягивались стройные мачты сосен, перемежающиеся коренастыми дубами, усыпанными мелкими, зелеными узелками желудей. Клара, ехавшая рядом с Гарри, нарвала их по дороге целую горсть и теперь старательно потчевала ими Северину. Белка покачивалась у нее на плече в такт шагам лошади и капризно плевалась продолговатыми коробочками желудей прямо под ноги Невиллову коню. Невилл тяжело и устало пыхтел, обмирающим взглядом обозревая окрестности и вцепившись в уздечку, чтобы не упасть на неожиданно ставших холмистыми поворотах. Остальные тоже измучились. Спереди начали доноситься робкие просьбы остановиться на привал. "Еще час!" - раздраженно отрезал профессор Снейп после того, как какая-то третьеклассница из Хуффльпуффа тоненьким жалобным голоском попросила остановиться хоть на минутку. - "Только час, мисс Хамфри, и мы остановимся на ночлег. Надо успеть пройти тролльи владения до того, как эти тупые животные сообразят на нас напасть. Помогать вам в этот раз будет некому". Несчастная мисс Хамфри в отчаянии вытаращила глаза и бросила умоляющий взгляд на Сью. Та подвинулась поближе к лошадям Снейпа и Годрика и начала что-то робко говорить, изредка поглядывая на остальных старост, ожидая поддержки. Гарри увидел, как Снейп недовольно скривился, когда Гермиона и Терри возбужденно закивали, и мрачно нахмурился, когда их примеру последовал Освальд Блаунт. Годрик пожал плечами, внимательно оглядел место, на котором они остановились - невысокий гребень холма, перерезанный с двух сторон узкими глубокими ручьями, обрывавшийся слева осыпающимся склоном, переходящим в овраг. Снейпу ничего не оставалось, как недовольно кивнуть. "Привал!" - радостно крикнул Терри и помахал задним рядам. По длинной колонне учеников пролетел облегченный вздох, все начали спешиваться, и вскоре большинство путников довольно расползлось по близлежащим кустам. Гарри устало обрушился с лошади и, исподлобья наблюдая, как Джастин держит стремя Сьюки, снял с коня совершенно обалдевших от долгой дороги Стеллу и Гвинетт. Невдалеке от них Малфой, раскрасневшийся и злой, орал на Крэбба, еще сидя на лошади. "Тупой придурок, развяжи меня немедленно! Слышишь, отпусти, говорят тебе! Мне нужно в туалет!" - высокомерно добавил он, набычившись от раздавшегося вокруг смеха. "Потерпишь, урод паршивый", - не сморгнув отреагировал Крэбб. - "Сначала я". "Помоги мне спуститься с лошади, горилла недоделанная! Мой отец..." "... Далеко. И сейчас он тебе даже в кустики сбегать не поможет", - с явным удовлетворением закончил Крэбб и привязал лошадь Малфоя к дереву. - "Грег, постереги пока этого ублюдка. Я сейчас вернусь..." "Развяжи меня, развяжи!" - завизжал Малфой, молотя пятками по бокам лошади. Животное недовольно заржало. - "Панси, чего стоишь столбом, помоги мне!" Панси беспомощно кусала губы. "Памперсами не озаботился, Малфой?" - подчеркнуто вежливым тоном полюбопытствовал Дин, помогавший Гермионе разжигать магический огонек в кучке дубовых веточек. Маглорожденных ребят накрыла волна хохота. "Ай-яй-яй... кажется, сейчас здесь будет не очень приятно пахнуть", - невинно заметил Симус. "Сволочи! Сволочи грязнокровые! Гойл, и ты тоже не поможешь мне?.." "У меня живот болит", - не оборачиваясь, прогудел громила-слизеринец. - "Кажется я что-то не то за завтраком съел... Не до тебя, Малфой". "Ничего, малыш", - съязвил Рон, утешительно похлопывая Малфоя по тощей торчащей коленке. - "Мы потом сменим тебе пеленочку. Завтра, может быть", - он одобрительно ухмыльнулся радостно гогочущим Дину и Симусу и показал им два больших пальца. Гарри передернуло. "Перестань, Рон!" "А что я такого сказал?" - Рон усмехнулся. - "Пусть это быдло помучается..." "Прекрати, говорю", - Гарри растолкал хохочущих одноклассников, распутал веревку, привязанную