Любимец богов - Юлия Куликова

Разместив гостей, Дирокс лично проверил, чтобы у путников было все, что они пожелают. После этого он отправил нескольких воинов и слуг в ближайшие поселения, с которыми долгое время не было контактов, чтобы пополнить необходимые запасы. Пройдясь по замку, Герцог мог наблюдать, с какой тщательностью ученик Фиднемеса, не обращая ни на кого внимания, обследует помещение за помещением, коридор за коридором, не пропуская ни один закуток, ни одну лестницу. Покачав головой, Дирокс отправился в казармы, чтобы проверить гарнизон.

Вечерело. Это был первый спокойный вечер для всего замка, постоянно ожидавшего нападения кровожадных водорослей, и даже непривычным был смех служанок, восклицания воинов, занятых игрой, и напевание кухарки. Дирокс стоял на стене, наслаждаясь легким ветром. Думается, сегодня замок затихнет поздно, а завтра, как только подвезут запасы, можно будет устроить праздник для всех.

Мат Фаль двигался по коридорам, подчас сгибаясь пополам из-за своего роста. Он обнаружил несколько потайных ходов, ведущих как внутрь самого замка в разные покои, так и те, которые выходили за замком. Судя по грязи, стоявшей по колено и выше воде, о них не знали. Очень зря, это могло стоить Герцогу замка в случае настоящей осады. Именно здесь, в полу затопленных ходах, Фаль обнаружил остатки водорослей, которые вцепились в отсыревшие стены. Поскольку они уже не были в воде, их магия не затронула. Волшебник, хотя и потратил достаточно много времени на поиски, уничтожил их в мгновение, пустив магию по всем сцеплениям водорослей, так что подземные ходы осветились пробегающими искрами магии, вспыхивая вновь и вновь, пока зло не было уничтожено окончательно. Проплыв по одному из ходов, Мат Фаль выбрался через еще один ход и оказался в подвалах, расположенных непосредственно под замком.

Вот они были сухи и вычищены, указывая, что Дирокс рачительный хозяин. Ученик Фиднемеса открывал каждую дверь, заглядывал в каждую нишу, но кроме легкого, едва различимого, следа от магии, не находил ничего. Он уже собрался подняться наверх, но какой-то шорох насторожил его. Волшебник направился на звук и, внимательно осмотрев стену, обнаружил старую запертую дверь, которой, как казалось, никто не пользовался много лет. Фаль, чуть помедлив, воздействием магии открыл все замки и запоры, и шагнул внутрь. Внутри, в отличие от внешней стороны, не было паутины. Здесь вообще не было ничего живого, что сразу же настораживало. В любом помещении замка обитает множество насекомых и грызунов, с которыми ведут безуспешную борьбу люди, но здесь не было даже намека на какую-то жизненную силу. Едва молодой человек ступил в маленькую комнату, за ним с гулким стуком захлопнулась дверь, запираясь на замки.

-- Это только предупреждение, - раздался глухой низкий голос Уркама. Красные глаза засветились в темноте, - Ты посмел встать у меня на пути, ты посмел тягаться со мной, оборотень, - ощутимое движение магии появилось в воздухе, затем последовал удар, швырнувший волшебника об стену. Поднявшись, Мат Фаль быстро огляделся, и, будто сойдя с ума, стал метаться по комнате. Уркам довольно захихикал, однако смех замер, когда в руках ученика Фиднемеса оказалось небольшое глиняное изваяние кровожадного бога.

-- А это мое предупреждение! - воскликнул Мат Фаль, и со всей силы бросил идола о дверь. Черепки светились в темноте, но молодой человек затоптал их ногами. Дверь открылась с жалобным скрипом, и Мат Фаль, шатаясь, покинул ловушку. Он прекрасно понимал, что Уркам теперь будет использовать преимущество в их необъявленной, но уже начатой войне.

А снаружи уже наступило утро. Солнечный луч коснулся лица Мат Фаля. Молодой человек улыбнулся, чувствуя ласковое тепло. Ночь, проведенная в подземелье, изрядно подорвала силы волшебника, и без того не отдохнувшего после битвы у реки. Уничтожение идола окончательно рассеяло чары Уркама, но только в пределах замка. Вне этих стен мстительный бог будет искать способы, как подчинить себе оборотня.

Мат Фаль запрокинул лицо к небу и одними губами стал читать красивейший из гимнов - гимн Восходящему Солнцу. Чары заставили людей не обращать внимания на действия молодого человека, но именно чары отнимали скудные остатки сил. Только боги знали, как он устал, а впереди еще долгий путь.

Яркое светило медленно поднималось на нежно-голубой небосвод, слегка прикрытый легкими облачками. Новый день уже вступил в свои права. Мат Фаль потер заросший щетиной подбородок и поморщился. Необходимо где-то поспать и привести себя в порядок, но дела не завершены. Ускользнув от караула и подхватив оставленное ранее оружие, Мат Фаль вновь скрылся в коридорах замка.

24.

Во время завтрака Мак Гири с тревогой оглядывался. Судя по вопрошающим взглядам Фергаса, приглашенного к столу, и явно отдохнувшей Гвиддель в очаровательном простом платье, чары Фаля были сняты. Это могло произойти только в двух случаях: желание самого волшебника, или его смерть. О последнем думать не хотелось. Обратившись на миг к силам своего друга и брата, Мак Гири немного успокоился, почувствовав его. Дирокс, выразив в очередной раз восхищение принцессой, сообщил, что вечером специально для Ее высочества и в честь избавления от опасности будет организован пир, а в данный момент его ждут дела. После этого, поцеловав руку Гвиддель и кивнув Фергасу, Герцог быстрым шагом покинул зал, не удостоив ученика Фиднемеса даже взгляда. Однако напрасно оставшиеся за столом военачальник и принцесса пытались узнать о местонахождении Феарна, Мак Гири не мог удовлетворить их любопытство.

Личные апартаменты Герцога были просторны, но скромны по обстановке. Здесь не было ничего лишнего. Широкие окна, выходящие во двор, старый массивный стол с изогнутыми ножками, на котором аккуратно разложены бумаги и приборы, пара потертых, но удобных кресел, и камин, который не разжигался в летнее время. В дальних комнатах находилась спальня и небольшая библиотека.

Дирокс широкими шагами вошел в кабинет и замер. В его кресле за столом сидел незнакомый молодой человек, прикрыв глаза и опустив голову на ладонь руки, облокачивающейся на подлокотник. Солнце, проникая лучами через окна, золотило длинные белые волосы на склоненной голове. Немного резкие черты лица были смутно знакомы, но Дирокс не мог вспомнить, что когда-либо видел этого человека. У молодого человека был достаточно усталый вид, под глазами лежали тени, а одежда грязная и мокрая, будто он только вылез из реки. На шее виднелась огромная рана с едва подсохшей кровью. Но было и еще что-то в его облике. Руки... Красивые и сильные одновременно. Руки волшебника, одна из которых лежала на листе бумаги, а другая, перемотанная уже грязной тканью, под головой. Герцог сжал руки в кулаки, однако прежней ярости уже не было. Тем не менее, было неплохо бы узнать, как он проник мимо бдительной стражи, постоянно стоявшей у дверей.