Ты свободен, милый! - Джейн Фэллон

– Привет.

– Диет-колу.

– Пожалуйста.

– Спасибо.

И слово «история» в ответ на прямой вопрос Хелен, какой у нее любимый предмет в школе. Едва ли это был успех, сравнимый с успехом Дороти Паркер, но все же Хелен поняла, что сделан большой шаг вперед. Более того, она стала смотреть на Клодию и Сюзанну немножко по-другому – в свете тех замечаний, которые обронила Софи об их отношениях с отцом. Она видела теперь, что отчаянные попытки Сюзанны угодить отцу граничат с одержимостью, а презрительная маска Клодии – «плевать я на все хотела» – вовсе не так убедительна. Она гадала, не стоит ли ей поговорить об этом с Мэтью, но потом передумала. В конце концов, проблемы девочек-подростков ее не касаются.

Вечер четверга вначале не задался; Хелен даже удивилась, что она делает здесь и почему согласилась прийти, но после второй порции водки с тоником она расслабилась, и ей стало легче.

«Я не должна комплексовать, – внушала она себе перед уходом из дома. – Меня зовут Элинор, я работаю дома, я не уводила у тебя мужа». Она проводила Мэтью, который отправился присмотреть за девочками, села в метро, доехала до станции «Чаринг-Кросс» и дошла до паба, где они договорились встретиться с Софи. По дороге она пыталась продумать темы беседы, которые были ей ясны:

Развод;

Измена;

Работа;

Средства к существованию;

Что-то личное;

Что-то еще.

«Черт побери, – думала она, – мне просто надо поменьше говорить и побольше слушать».

Но когда они заказали по третьему бокалу вина, Софи, не привыкшая пить в пабах, перевела разговор на мужчин.

– У тебя есть бойфренд? – спросила она.

О боже, подумала Хелен, у Элинор обязательно должен быть бойфренд! Как она упустила такую подробность? Можно снова пустить в ход Карло, но он, если честно, ей уже надоел.

– В данный момент нет, нет. А как насчет тебя? То есть… Я знаю, что ты замужем и все такое…

– Была замужем, – сказала Софи с горечью в голосе. – Он бросил меня пару недель назад.

– Боже, какой ужас! – Хелен не могла удержаться от того, чтобы не углубиться в тему. – Это случилось неожиданно?

– Я не хочу вспоминать о нем. – Софи выглядела так, будто ей больно. – Он ушел к другой.

Она отпила изрядный глоток вина.

– Бывают же на свете такие стервы! Отбивают чужих мужей… Да брось расстраиваться. Знаешь, что я думаю о таких? Измена позволяет им ощутить свою силу, власть. Они как будто выиграли в каком-то соревновании. И еще их подхлестывает то, что бедная, ничего не подозревающая жена даже не знает, что она в нем участвует. Им так отчаянно нужен мужчина! И дела нет, что они крадут его у другой. Таких можно только пожалеть.

– В самом деле? – спросила Хелен неуверенно.

– Нет! Я ненавижу ее. Я даже ее не знаю, но я ненавижу ее. Вот во что она меня превратила.

– А как насчет него? – спросила Хелен. – Как ты думаешь, что думает он?

– О, он польщен. Он уже в возрасте. Правду сказать, он в приличном возрасте. Он бросил меня на Рождество. Откровенно говоря, я ни о чем не догадывалась… Но уверена в одном: когда он выбрал ее, он думал не головой. В общем, он объяснил, что она сама накинулась на него, но это не оправдание.

Хелен подавила готовый вырваться крик.

– Он так сказал?

– Да, но я не знаю, чему верить, и потом, даже если он не врет, он ведь всегда мог ей отказать!

Хелен не могла сдержаться:

– Непохоже, чтобы он говорил правду, ведь его теперешняя помоложе – ты ведь сказала, что она моложе? Молодые девицы редко когда бросаются на стариков… Ну, разве что он невероятно привлекателен. Как, по-твоему, твой бывший из таких?

Софи криво улыбнулась:

– Честно говоря, у меня нет никакого представления. Но объективно – нет, вряд ли. Не думаю, что он неотразим для женщин, если это то, что ты имеешь в виду.

– Тогда непохоже, чтобы он сказал тебе правду.

– Да, непохоже.

Хелен обнаружила, что ей трудно сменить тему. Как, черт побери, он посмел! Допустим, он пытался смягчить удар, используя кривую логику, как он посмел предположить, будто тридцатипятилетняя Хелен, женщина в расцвете сил, накинулась на него, пятидесятилетнего старика! Он сам домогался ее. Она сопротивлялась. Он настаивал. Инициатива с самого начала исходила от него!

– Что с тобой?

Хелен осознала, что Софи с любопытством смотрит на нее. Она перевела дыхание и сосредоточилась на насущных вопросах.

– Мне просто интересно, как ты все это пережила. Ты скучаешь по нему?

– Знаешь что? Я, в самом деле, не хочу говорить о нем. Давай лучше еще выпьем.

Хелен встала, слегка покачиваясь.

– Моя очередь заказывать.

Себе она взяла простой тоник, а Софи – очередной большой бокал вина.

– Она была пьяна! – возмущенно выпалил Мэтью, вваливаясь домой после полуночи.

– Ну и что? Ты тоже иногда напиваешься.

Хелен собиралась лечь в постель сразу же по приходе, чтобы обдумать прошедший вечер и, если быть честной с собой, чтобы избежать встречи с Мэтью. Ситуация все больше запутывалась. Она достаточно хорошо поладила с Софи, но обсуждать себя саму с другой женщиной, при том что твоя собеседница ничего не понимает, – как-то дурно. Все равно, что прикрывать одним обманом другой. Не зря мама в детстве твердила ей: не подслушивай чужие разговоры, иначе обязательно услышишь о себе что-нибудь плохое.

– Помнишь наше первое свидание? – спросила она Мэтью, раздеваясь, чтобы лечь в постель. – Ты думал, что я обожаю тебя?

– Я не мог поверить своей удаче. – Мэтью проскользнул к ней под бок под пуховое одеяло. – Я думал, ты закричишь, влепишь мне пощечину и сбежишь в отдел кадров. В общем, было такое чувство, будто я выиграл в лотерею.

Он начал поглаживать Хелен по животу, думая, что такое направление разговора – своего рода романтическая прелюдия. Хелен перехватила его руку.

– В таком случае ты не считаешь, будто я сама на тебя накинулась?

Даже в тускловатом свете ночника заметно было, что он смутился. Мэтью рассмеялся:

– Нет-нет, что ты. С чего ты взяла?

– Да так. – Хелен отвернулась и отодвинулась подальше от него. – Спокойной ночи.

Софи позвонила Хелен на мобильный на следующее утро.

– Хочешь верь, хочешь не верь, но я не имею обыкновения надираться до бесчувствия и блевать в такси по дороге домой!

– Неужели?..

– Именно так все и было. И мой муж пришел в ярость, потому что он считает, что я подаю девочкам дурной пример.

– О, если его послушать, он – просто образец для подражания.

– Точно.

Когда Софи положила телефонную трубку, она улыбнулась себе, довольная, что ей удалось безупречно провести разговор. С Элинор было просто – у них было много общего, она была забавной, внимательной и чуткой собеседницей. И потом, болтовня с нею отвлекала сознание Софи от… ну… всякого другого… на некоторое время – и она наслаждалась этой новой дружбой, хотя и считала ее несколько утомительной. И обескураживающей. Сидеть дома, в предсказуемой безопасности маленькой семьи, и зализывать раны легче, чем натужно вести светскую жизнь. Но ей, в самом деле, нужно выбираться из дома, снова собрать себя по частям. Нельзя представить, что до конца дней своих ей предстоит быть только матерью.