Осенние костры - Валерия Комарова

Остальные (как всегда, кроме Кэса) согласно закивали и начали укладываться. Кэс потушил огонёк и наша стоянка погрузилась во тьму.

Я пару раз моргнула, приспосабливая глаза к новым условиям. Зрачки расширились, почти скрыв радужку, лишь золотистый ободок-окантовка мягко светился. Найдя плоский валун, я забралась на него и скрестила ноги. Тихо шелестел ковыль. Тихо. Спокойно.

— Не пытайся стать ночью, не пытайся превратиться в огонь. — Лис нахмурился, разочарованный ещё одной моей неудачей. — Они все и так в тебе, в твоей душе, в твоей крови, в мыслях и глазах. Открой ту дверь, что сдерживает их, и дай заполнить себя.

Я долго не могла понять, как это, впустить в себя? Наверное, для этого нужно было повзрослеть.

Я потянулась навстречу небесам, впитывая их безмятежность, спокойствие и безразличие…

Вечность — это лишь вспышка в ночи… Вечность пройдёт — не успеешь и моргнуть, а ночь останется… Ночь, которая видела первый из миров и увидит последний… Однажды…

Улыбнувшись, я вытянула ладонь, любуясь маленьким огоньком, полыхающим на коже. Вот она я, искра в ночи, танцующая на ненадежной опоре, ждущая пока она уйдёт из-под ног.

Шуршание за спиной. Я сжала руку, потушив язычок пламени, и обернулась.

— Не спится, Кэс?

Он поёжился, крепче кутаясь в плащ. Да, ночи в северных землях — не самые тёплые, это вам не южные моря. Маленький огонёк, танцующий возле его лица, заставлял белую кожу мага светиться изнутри. Весь в чёрном, с разными глазами, он был чужд этому миру намного больше, чем я. Не красивый, но не такой. Маг, одним словом. Говорят же, что маги — это следующая ступень эволюции человечества.

— Да вот, решил составить тебе компанию.

— Боишься, во сне горло тебе порву? — я приподняла одну бровь, бросая вызов.

— Да нет, кошмары спать не дают, — ответил он на удивление спокойно. — Мне всё снится ребёнок. Сын или дочь? Скажи, Лина, был он?

Я покачала головой. Нет, наш разговор свернул не в ту степь.

— Кэс, я оставила прошлое позади, советую также поступить и тебе. Всё слишком сложно. Насчёт ребёнка отвечу — нет, и не могло быть, в тебе нет и капли истинной крови, а я даже в теле человека, смертном теле, оставалась княгиней. Это как ждать, что у ежа появится дитя от сокола. Разные виды.

Он улыбнулся, на удивление тепло. Это вызвало у меня если не панику, то что-то близкое к ней. Мне совсем не нравится направление его мыслей, да и моих тоже.

— Скажи, Лина, почему ты это сделала?

Я застонала, значит, это просто новая тактика. Не мытьём, так катаньем.

— Оставь в покое ту историю, пока… Я не дам тебе ответа. Это не важно.

— Но ты любила меня.

— Не я, — я вновь раскрыла ладонь, зажигая новый огонёк. — Я не твоя Лина, я живу совсем по другим законам и правилам. Я объясню тебе это один раз, просто чтобы не было непонимания, которое может привести к катастрофе, прежде всего для тебя. Ты колеблешься, твоё отношение ко мне стало, мягко говоря, неоднозначным. С одной стороны, я монстр, убивший твою семью, с другой — подруга детства, невеста, любимая. Ты начал сомневаться в том, что сможешь поднять руку на фейри с лицом самого дорогого тебя человека. Ты запутался, Кэс.

— Да, я не могу понять тебя. Я не знаю, кто передо мной, действительно ли ты была тем… чудовищем. Умом я понимаю, что это была ты, но поверить в это не могу.

— Это была я. Кэс, прекрати сомневаться. Я фейри, не переноси на меня образ, созданный в годы моей человеческой жизни. Я — не человек. Мне глубоко плевать на смертных, я не воспринимаю их как равных, даже старшие народы лишь слуги князей.

— Но со мной ты говоришь на равных.

— Не совсем так, я говорю сейчас не с тобой, а со своим саннер-ворреном. Пока я воспринимаю тебя так, ты не равен мне, но близок к этому.

— Не могу тебя понять.

— Знаю. И не пытайся. Просто воспринимай себя как лазутчика в стане врага, а меня — как временного союзника. Как только я осуществлю то, о чём ты мечтаешь, и нужда в перемирии отпадёт, вызови меня на поединок или уйди. Вот и всё. Проще некуда.

— Об этом я и хотел поговорить. Ты говорила, что объяснишь детали, как только мы отправимся. Пока что ты не сказала ровным счётом ничего.

— Ты часто бываешь в Академии?

— Не очень, лишь когда собирают совет, раз в год.

— Совет?! — я поперхнулась. Так, чего я ещё не знаю о нём?! — Ты входишь в совет Академии?

— Да, меня избрали три года назад. Я же достиг уровня мастера-учителя.

— Тогда ты должен был слышать о том, есть ли в Академии пленные фейри, князья?

Он задумался. Я видела, что Кэс колеблется. С одной стороны, идти против своих было глубоко противно его натуре, но, с другой — он верил мне, по крайней мере, в том, что я действительно хочу мира, хочу остановить войну.

— Я слышал о том, что внизу есть пленники, кто они, известно лишь магам разума и главе совета. Опережая твой вопрос — проникнуть на нижние уровни Академии невозможно, даже меня туда не пропустят.

— Никогда не зарекайся, — я усмехнулась. — Если есть хоть кто-то, кому доступ туда разрешён, этого кого-то можно захватить.

Он напрягся. Да, мальчик, порой, чтобы стать героем и спасти мир, нужно прежде предать всех и всё, отказаться от веры и убеждений. Такая вот наша жизнь, жизнь чужаков.

— Думаю, я смогу договориться с одним из тех, кто может точно сказать, там ли нужный нам… фейри. Ты должна его помнить, это Гэл, он приезжал к нам одним летом. Мы тогда ещё ловили рыбу, а ты чуть не утонула. Сейчас он маг разума, один из сильнейших.

Я невольно улыбнулась, вспомнив вихрастого рыжеволосого парнишку, нескладного, не знающего, куда девать слишком длинные конечности, вечно спотыкающегося и получившего кличку «несчастье».

Я уже хотела ответить, но тут ветер донёс до нас запах, запах чужаков.

— Кэс… — я ухватила мага за плечо и скатилась с камня, увлекая его за собой. — Ты слышишь?

Он насторожился, я почувствовала, как по коже ползёт поисковое заклятье. Хаос! Ну почему несчастья не могут обойти меня стороной! Будто все сговорились не дать мне добраться до Вольграда, в пути одни задержки! Ещё и помолвка эта! Мда… Вот что называется: ДОСТАЛИ!

— Буди остальных! — маг зашипел, словно рассерженный кот. — Их не меньше двух дюжин.

Я поползла к нашим спутникам, поминая про себя хаос и все его порождения. Надо ли говорить, что поминала я их отнюдь не добрым словом?!

Первым я разбудила Призрака. Тот считал всё из моей памяти и медленно растаял в воздухе, оставив после себя мерцающую полосу опадающих на камни искр. На разведку пошёл, что ж… надеюсь, нежить его не почует.