Песня без слов - Лесли Ноулз

Кстати, я обязан своим спасением леди Эшфорд Наувелл, вдове очень высокопоставленного лица. Когда прогремел взрыв, она помогала выводить людей из горевшего помещения и первой заметила, что на меня свалилась балка. Хотя кругом был огонь, она ринулась в этот ад и помогла мне выбраться.

Николь тут же пришла в голову мысль не откладывая отправить этой замечательной женщине письмо с благодарностью.

— А какие у тебя ожоги? Очень больно?

Джейк опять стал задыхаться от кашля, и Николь решила больше не мучить его.

— Не нужно ничего говорить. Мы все обсудим, когда ты вернешься домой.

— Нет, подожди, Ники, — возразил он, отрывисто и сухо кашляя. — Я хочу, чтобы вы с Брайаной встречали меня уже в моем доме. Конечно, я хотел бы, чтобы вы приехали прямо в аэропорт, но там будет масса репортеров. — Джейк сделал паузу, чтобы откашляться. — Валери даст тебе запасной ключ. Обещай, что вы будете ждать меня там.

— Обещаю.

Николь услышала его облегченный вздох, сменившийся новым приступом кашля, и в тот же миг, несмотря на гневный протест Джейка, в трубке прозвучал решительный женский голос с британским акцентом:

— Извините, но мистеру Камерону не разрешено с кем бы то ни было разговаривать еще в течение нескольких дней. Он сможет вам позвонить, когда позволит его лечащий врач. До свидания.

Женщина повесила трубку.

Губы Николь растянулись в улыбке: она представила бедного Джейка, застигнутого врасплох строгой медсестрой. Странно, как ему вообще удалось дозвониться ей.

Если не считать охрипшего голоса, все говорило за то, что никакая опасность Джейку больше не угрожает. Отныне Николь могла точно надеяться на его возвращение. Завтра, после окончания утреннего спектакля, студия закроется на праздничные дни; занятия возобновятся лишь в новом году, поэтому они с Брайаной спокойно смогут уехать на все это время в Беверли-Хиллз.

Ей не терпелось лично осмотреть все раны и ожоги Джейка, чтобы убедиться в благополучном исходе. Интересно, думала Николь, будет он возражать, если она начнет утешать его в несколько иной форме, чем утешала бы Брайану?

Николь зевнула, от усталости ее клонило в сон. Внизу все еще продолжалась вечеринка. Оттуда доносились звуки мелодии из недавно сыгранного спектакля. Очевидно, Мэгги поставила видеокассету с их выступлением. Они с Джейком обязательно посмотрят ее у него дома. Сейчас же она просто не держалась на ногах.

Сняв трубку, Николь набрала номер телефона, установленного в вестибюле. На этот раз ответила Мэгги.

— Привет, Мэгги. Я у себя наверху и собираюсь лечь. Ты не могла бы сама привести Брайану?

— Сначала расскажи, как дела у Джейка. Я знаю, он только что звонил.

— Верно, — радостно ответила Николь. — Ему еще трудно говорить, но всю предрождественскую неделю он будет дома. Мы с Брайаной собираемся его встречать.

— Вот и отлично, — поддержала Мэгги. — Я сейчас приведу Брайану, а завтра утром ты мне расскажешь все подробнее. Спокойной ночи, дорогая. Надеюсь, сегодня ты наконец выспишься.

— Я тоже на это надеюсь, — ответила Николь.

— Как это нехорошо с вашей стороны, мистер Камерон, — выговаривала медицинская сестра Джорджина, энергично укладывая Джейка обратно в постель после его побега из палаты в холл, откуда он и звонил Николь по платному телефону. — Нам бы совсем не хотелось, чтобы вы навсегда потеряли свой голос. В конце концов, вы обещали мне подарить билет на свой концерт, который должен состояться в Англии в следующем году.

Она ловко поправила накрахмаленное белье и взбила подушку.

Джейк наблюдал за действиями сестры с неодобрением. Высокая и прямая как жердь, она строго следила за тем, чтобы он точно выполнял все предписания врача, не давая своему подопечному ни малейших поблажек, с того самого момента, как сознание снова вернулось к нему.

— Я только закончил…

— Молчите, мистер Камерон. — Джорджина передала ему блокнот и ручку. — Пожалуйста, напишите все, что хотите сказать. — Улыбнувшись, она неожиданно подмигнула, вызвав у своего пленника немалое удивление. — Если желаете, я с удовольствием отправлю ваше письмо.

Джейк обрадовался, когда медсестра наконец-то ушла. Его выводила из себя ее дисциплинированность и безоговорочное выполнение всех приказов врача. Правда, это все равно не помешало ему дозвониться до Николь, чем Джейк был очень горд. Теперь можно было успокоиться — наконец-то он встретится с Николь и с дочерью в своем собственном доме. Эта мысль улучшала его самочувствие лучше всяких лекарств.

Теперь, когда по настоянию докторов гастроли все-таки отменялись, ему не терпелось как можно быстрее увидеть их обеих и снова заключить в свои объятия. Он отдал бы все на свете, лишь бы только услышать голосок Брайаны. Как было бы здорово, если бы они жили одной семьей!

При слове «семья» Джейк вспомнил о родителях Николь. Они были на редкость сдержанны, даже, пожалуй, холодны по отношению к собственному единственному ребенку. Нет, Брайана в отличие от Николь должна была узнать, что такое родительское тепло, которым всю жизнь был окружен он, Джейк. Нужно бы попросить Пита купить билеты для его родителей и сделать все необходимое, чтобы они смогли прилететь на Рождество и встретиться с внучкой.

Интересно, хочет ли Николь иметь еще детей? Джейк надеялся, что да. С каким наслаждением он стал бы наверстывать упущенное… Наблюдал бы, как во время беременности у Николь увеличивается живот; обязательно присутствовал бы при родах, чтобы самому увидеть, как малыш появится на свет. А потом он часто ходил бы в парк с Брайаной и ее сестричкой или братиком.

Джейк нахмурился — после всего, что ей пришлось пережить во время болезни Брайаны, Николь вряд ли захочет второго ребенка.

Возьми себя в руки. Глупый, она вовсе не собирается выходить за тебя замуж. Дорожи тем, что уже имеешь. Если Николь не захочет больше детей, пусть так и будет. У тебя есть Брайана. Этого достаточно. Джейк представил себе свою дочь, ее очаровательную улыбку и ласковые глазки. Брайана была для него больше чем просто миленькая девочка. Она была частью его жизни.

Блокнот, который дала Джейку медсестра Джорджина, так и остался лежать на столике. Не было смысла писать письмо. Он все равно приедет домой раньше, чем оно дойдет до Николь.

Николь свернула на подъездную аллею и, не выходя из машины, с помощью пульта дистанционного управления открыла ворота, защищавшие дом Джейка от назойливых поклонников.

Вокруг не было ни души. Оставив Брайану в машине и вернувшись к дороге, Николь осмотрелась. Большинство особняков огораживали кирпичные заборы. Заглянув мельком в несколько кованых железных ворот, она обратила внимание, что все роскошные дома находились вдали от дороги; перед каждым из них была разбита широкая лужайка с подстриженной травой.