Сонная ученица - Елена Ларичева

- Уймись, ухожу уже, - сдался без боя храмовник.

Его удаляющиеся шаги давно стихли, а я все лежала с закрытыми глазами и гадала: что у тебя за тайны, мастер боя? Я в них не полезу, но интересно очень. Тебя шантажируют, значит, есть тайны. Кстати, ты так и не рассказал мне, с какого перепуга тебя во вражий лагерь занесло, да еще в ханскую семью?

Наши спутники возвратились, и я только тогда решилась открыть глаза, невинно проморгаться и удивиться, что мы так быстро доехали. На меня посмотрели, как на рухнувшую с городской ратуши, но промолчали. Я, оказывается, отсутствовала почти сутки. Ну, и здорово! В дороге меня всегда укачивает, а так обошлось без последствий. В груди после "встречи" с Соколом было тепло и ясно, поэтому я благосклонно позволила проводить себя до гостиницы, где нам предстояло ждать прибытия Пули два дня.

… Трубу я увидела издали. Полупрозрачное, составленное из множества сегментов бледно-серое стеклянное сооружение проходило по окраине города и убегало к Мизалне, а от нее на северо-запад страны, прямиком к границам Орчьего ханства и дальше, к его столице - Стальной Секире.

На множившейся народом площади мы остановились у самых домов, чтобы полюбоваться прибытием желфуров - железных фургонов, в которых нам предстояло путешествовать. Билеты куплены, без нас не уедут. К чему тогда толкаться?

Давешний храмовник так не считал. Орудуя локтями, как крот лапами, он бесцеремонно прокладывал себе путь в людской массе, игнорируя возмущенные окрики. В драку никто не полез. Серая мантия была для торопыги лучшей защитой. Рассмотрев ее, люди замолкали: раз служитель богов торопится, значит, так надо.

Мелко задрожала Труба, пропуская через себя нарастающий гул, будто целый хор затянул длинную песню не открывая рта. М-м-м-м-м-м… Я привстала на цыпочки, вытягивая шею.

- Хочешь на плечи ко мне, Лапуля? - наклонился к уху Элидар.

Беря пример с храмовника, я пихнулась локтем. И не надо возмущенно ойкать, сам напросился!

А по Трубе, сбавляя скорость, уже катился вал огня, пожирая пространство на своем пути, и абсолютно не страшась расплавить крепкое защитное стекло. За станционным домиком он остановился, померк, и я заворожено уставилась на два самых невероятных создания во Вселенной, умудрившихся тащить за собой желфуры.

- Гениальное изобретение ирийцев, правда? - принялся объяснять мне Элидар, уже забыв о прошлой размолвке. - Фургоны на огненной тяге. Будучи в Кавире я катался на железной змее, изобретении Тары. Змеюка вообще без тягачей и Трубы ездит по железным дорожкам. Кавирцы до сих пор простить не могут, что у них идею слямзили. Процент от продаж билетов требуют. Так кто ж заплатит, если они сами делиться отказались после исчезновения великой ведьмы? Даже за деньги немалые. А сын Тары, единственный из троих отпрысков Вечной, наделенный способностями, не в состоянии их переупрямить…

Я цикнула на него, чтобы не забивал уши болтовней, и восхищенно смотрела на огненных животных. Больше всего они напоминали кошек. Гигантских таких, высотой с Трубу, то есть с четырехэтажный дом, поджарых. Огромные пылающие глаза резко выделялись на узких чуть вытянутых мордах.

Народ медленно, но верно перетекал в здание перед Трубой и уже оттуда, должно быть, в саму Пулю. Кошки терпеливо улеглись, пристроив морды на лапах, и огненные гривы - сияющие языки пламени - бились о стеклянные своды.

- Пора, Лапуля.

Ветер подхватил меня под руку и потащил к входу. В здании смотритель проверил билеты, указал на поднятый заслон, и мы по перекидному мостику проследовали в трехъярусный желфур. Коридор с множеством деверей, винтовая лестница, вытянутые спело-желтые лимоны фонарей… Здесь все было в новинку, и я вертела головой, пока меня вели к выделенной нам каюте. Глубокие кресла, столик, корзина с фруктам, кувшин с водой, полотенце. Прямо, гостиница.

Пучок с Элидаром наперебой кинулись с разъяснениями про предстоящее путешествие, про устройство желфуров, про дивных кошек. Я делала восхищенное лицо и послушно кивала, точно из уст спутников лилась величайшая в мире мудрость. Миль посмеивался над шумными проходимцами, но вслух не комментировал.

- Четыре часа, и мы в столице, - сообщил Пучок, когда фонтан красноречия начал иссякать, а желфур тихо вздрогнул и понесся по Трубе, быстро набирая скорость. - Только не вздумай снова от нас сбежать, соня ты ленивая, - добавил он.

Я не вздумала, прислушиваясь к себе и своим ощущениям от дороги.

- Ты обещал историю своей жизни, - клещом вцепилась я в эльфа, - еще давно, когда мы к бою с ведьмой готовились.

- Историю? - Пучок бережно погладил бритую голову. Я зажмурилась в предвкушении, и эльф сдался. - Хорошо.

Элидар, разложивший, было, на коленях стопку газет, зашелся в беззвучном смехе.

- Чему радуешься? - обиделся Пучок.

- Ирава, сейчас он поведает тебе припечальную легенду о том, как птички оказались дохлыми, рыбки - протухшими, зверюшки - завшивленными, эльфы и люди - подлыми. И только славный король, тьфу, хан, на его истинной родине превратил свое королевство в неуничтожимую твердыню, противостоящую злобному миру.

- Благодарю за подробную аннотацию, - съязвила я, кидаясь на защиту нахмурившегося Пучка.

Чародей демонстративно уткнулся в газеты, но я-то знала: он ловит каждое слово.

- Помнишь Убогую Вильду на арене? - начал эльф, напоминая о ведьме с турнира. - Так вот, в королевстве Варандэ, на моей первоначальной родине, все дети до совершеннолетия, то есть до ста лет с небольшим выглядят так же.

Бр- р-р! Бедные родители! А говорят, остроухие -красивейшая раса!

- Это происходит потому, что королевство практически не контактирует с внешним миром на протяжении тысячелетий. Даже с соплеменниками в Ири. Блюдут чистоту крови, кичатся древностью родов, постепенно вырождаясь. Мало того, что проклятие уродства поразило всех детей, часть из которых так и не может повзрослеть внешне, оставаясь до скончания долгой жизни похожими на Вильду. Еще и девочки рождаются - одна на семь-девять мальчиков.

Вот уж где сбываются все мечты капризных невест!

- Чтобы облегчить ситуацию, король ограничил рождаемость мальчиков. А у семей, пошедших против закона, приказал отбирать детей и продавать ирьским чародеям. Иногда за редкие в лесах металлы, иногда в обмен на девочек. В два года мне суждено было стать материалом для опытов, но гостивший в Ири орчий чиновник, по имени Дыба, выкупил забавное на его взгляд существо, отвез в Орчье ханство. Странный он был, коллекционировал уродцев, обучал, таскал с собой на приемы, чтобы удивить приятелей. Мне это не шибко нравилось, но другой жизни я не знал. Со мной он был милостив, не бил, кормил вдоволь, а когда приятель-чародей заметил, что у меня тоже есть дар, позволил посещать его уроки, где я усвоил азы чароплетения. Со временем Дыба подарил меня отпрыскам хана для забавы. Думал ли он, что чудн а я зверушка вдруг пожелает осваивать вместе с ними мастерство боя? Что хан вдруг проникнется уважением к уже начавшему хорошеть эльфу? Что введет мальчика в свой клан, разрешив называться сыном? Мне повезло в жизни! - широко улыбнулся до этого мрачный Пучок. - Меня даже в воины посвятили!