Жестокая судьба (СИ) - Монро Кира

-Это потому, что я на самом деле работаю, - ответил Сэм.

Этим заявлением он ударил ниже пояса. Конечно, Итан не сидел на заднице ровно и не тратил свой трастовый фонд. Его младший брат действительно работал, но не так много и усердно, как Сэм.

-Удар ниже пояса, Сэм. Я держу два ночных клуба и сейчас ищу третий. Ты прекрасно знаешь, что я много работаю. Я просто не могу быть таким скучным трудоголиком, как ты, и тратить свою жизнь в офисе. Не оскорбляй меня за то, что у меня есть своя жизнь.

Итан точно знал, что сказать, чтобы ответить своему брату с той же силой. Это была одна из отрицательных сторон того, что они так хорошо знали друг друга.

-Ну и кто теперь бьет ниже пояса?

Итан вздохнул: «Слушай, я позвонил не для того, чтобы действовать тебе на нервы. Я иду в клуб сегодня вечером и хотел узнать, не присоединишься ли ты ко мне, как в старые добрые времена. Мы можем вместе поискать какую-нибудь приличную киску и ненадолго отвлечься от работы. Похоже, тебе это не помешает».

Во время учебы в колледже Сэм каждые выходные ходил гулять со своим братом. Они проводили всю ночь в поисках какой-нибудь симпатичной задницы и дерзили друг другу. Бен никогда не отступал перед вызовом и всегда приводил домой девушку, которую выбирал Итан. Как и он сам, его брат не трогал хороших девочек. Женщины, которые хотели перепихнуться на ночь, знали, что все, что им нужно сделать - это привлечь внимание одного из парней Брайантов.

О том времени у него остались только приятные воспоминания. Тем не менее, ему не хотелось возвращаться к прошлому. С тех пор он повзрослел. Если он захочет заняться сексом, то выберет женщину по своему вкусу. Возможно, Итану все еще было интересно играть в игры, но ему это уже надоело.

-Я не в настроении, маленький братик. К тому же, ты знаешь, что в последнее время я сам выбираю себе женщин. Прошли годы с тех пор, как мы играли в нашу маленькую игру.

Кира была одной из немногих женщин, которую он выбрал сам. И это обернулось катастрофой.

-Тебе нужен секс, Сэм. В последнее время ты слишком раздражительный.

Ему действительно нужен был секс.

Проблема заключалась в том, что только одна женщина приходила ему на ум, когда он думал о сексе. И она была запретным плодом. Никто не мог утолить его голод, кроме Киры, его собственного яблока в Эдемском саду.

-Это все? - Бену нужно было поскорее закончить разговор, пока он не рассказал брату о Кире.

Итан счел бы ситуацию, в которой оказался Сэм, просто уморительной.

-Я задел за больное место, не так ли? Что случилось, старший брат? Ты потерял дар речи, - поддразнил Итан.

-Некоторые люди считают, что важнее сосредоточиться на бизнесе, чем на сексе, младший брат.

Итан рассмеялся: «Точно. Как скажешь, Сэм».

Не обращая внимания на недоверчивый тон брата, Сэм спросил: «Это все или тебе правда есть что сказать?».

-Это было все. Просто постарайся избавиться от своего занудства, ладно? Ты превращаешься в скучный кусок дерьма, брат.

И снова он решил проигнорировать замечание брата: «До свидания, Итан».

-Пока, Сэм. Наслаждайся своим кулаком, пока я ищу себе настоящую женщину.

Покачав головой, мужчина повесил трубку. Итан был отличным парнем, но иногда Сэм задавался вопросом, повзрослеет ли он когда-нибудь. Временами он все еще вел себя как сексуально озабоченный шестнадцатилетний подросток.

Время покажет.

***

Дзынь. Дзынь.

После того, как дверной звонок прозвенел во второй раз, Кира застонала от разочарования, открыла тяжелые веки и попыталась встать с кровати. Она старалась не обращать внимания на посетителя, но кто бы это ни был, он явно не хотел уходить.

Дзынь. Дзынь.

Закрыв глаза, она изо всех сил старалась не замечать этот звук из-за сильной головной боли. Еле-еле волоча ноги по квартире, Кира вслепую направилась к входной двери. Даже не взглянув в глазок, она открыла дверь и прикрыла рот рукой, громко зевая. К своему удивлению, Кира обнаружила, что перед ней стоит Самюэль Брайант.

-Господи, - пробормотал он, увидев ее, и тут же сделал шаг вперед.

Мужчина поравнялся с трясущейся Кирой, которая безуспешно пыталась прислониться к дверному косяку: «Я не думал, что тебе настолько плохо».

Кира не могла отрицать, что ей нездоровится. Честно говоря, она так давно не чувствовала себя так плохо. Ее кожа словно горела, глаза опухли, в желудке сильный дискомфорт, голова раскалывалась от жуткой боли, как будто по ней стучали молотком.

-Давай вернемся в постель, - сказал Самюэль, обхватывая ее за талию и направляя в сторону холла.

Она была так сильно измучена, что у нее совсем не осталось сил на то, что спорить. Кира с благодарностью прислонилась в мужчине и указала на дверь, ведущую в ее спальню. Без его помощи, возможно, она бы не смогла бы вернуться.

-Ты не должна быть одна, - заметил Самюэль, осторожно толкая ее на кровать и накрывая одеялом ее дрожащее тело.

Ее глаза то и дело закрывались, когда Кира пыталась взглянуть на отца своего сына.

-Обо мне некому позаботиться, - прямо ответила Кира, явно плохо соображая. Если бы она была полностью в здравом уме, она бы точно не сказала ему этого. – Я лишилась поддержки, когда умерла моя бабушка.

В такие моменты она скучала по этой женщине даже больше, чем в обычные дни. Ей бы хотелось, чтобы в ее жизни был кто-то, кто заботился бы о ней в плохие дни и давал советы, когда она в них так нуждалась.

Еще одно ругательство вырвалось у Самюэля, когда его пальцы нежно погладили щеку Киры. Она понятия не имела, что этот человек делает в ее квартире, но какова бы ни была причина его визита, она была ему благодарна.

-Ты заслуживаешь того, чтобы кто-то был рядом. Никто не должен быть одинок, а уж тем более человек с таким золотым сердцем, как у тебя.

Небольшая улыбка заиграла на губах Киры от его комплимента, а в горле образовался комок.

Это были, пожалуй, самые приятные слова, которые она когда-либо слышала от Самюэля. Приятно было узнать, что он не совсем бессердечен и холоден. Ее сын определенно унаследовал свое обаяние не от кого-то другого.

-А что с твоими родителями? Они тоже скончались? - осторожно спросил мужчина.

Кира рассмеялась беззлобным горьким смехом: «К сожалению, нет. Моим родителям больше нет дела до их позорной дочери. Мне не рады у их дверей, а если бы и были рады, я бы скорее умерла, чем просила их о чем-то».

Раньше ей было стыдно за то, что она не любит своих родителей, но в тот момент, когда они заставили ее выбирать между домом и ребенком, Кира поняла, почему она никогда не сможет открыть им свое сердце. Они должны были любить ее, ни смотря ни на что. Кира понятия не имеет, что значит иметь теплое гнездышко и семью, куда можно вернуться домой. Ее родители больше заботились о мнении окружающих, чем о собственном ребенке. Они никогда не обнимали ее, не давали ей советов и не говорили, что она им небезразлична. Все, что они делали, это придирались к ее оценкам, устанавливали еще более строгие правила и говорили ей, какое же она разочарование.

Самюэль нахмурился: «Позорной дочери? Что ты такого сделала, чтобы так сильно разозлила их?».

-Я забеременела в восемнадцать лет, не будучи замужем, и не захотела делать аборт, как они требовали. Могу с уверенностью сказать, что они не были в восторге, когда я сказала им, чтобы они шли в жопу. Мне даже не пришлось собирать чемодан. Мои чемодан уже ждал меня, когда я вернулась домой с приема у врача.

-Господи! – выругался Сэм. Его лицо стало пунцовым, гнев накатывал на него волнами. – Кто – то должен вбить в них здравый смысл. Как они могут не гордиться женщиной, которой ты стала? Ты мать-одиночка с процветающей карьерой и самым милым характером, который только можно себе представить.

Тихо вздохнув, Кира закрыла глаза и положила голову на подушку: «Мистер Брайант, я рада, что вы так хорошо обо мне думаете. Иногда мне кажется, что я вам даже немного нравлюсь. Понятно, что вы хотите трахнуть меня, но мне всегда было интересно, что вы на самом деле думаете обо мне».