Предложение - Л. Стил

— Мини-пирог с заварным кремом из орехов, шалфея и фундука.

— Это мой…

— Я знаю, это одно из твоих любимых блюд. — Его губы приподнимаются.

— А что ты заказал на основное блюдо?

— Почему бы тебе не позволить этому стать сюрпризом? — Он тянется к моей руке, и я позволяю ему взять ее.

— Скажи мне, — настаиваю я.

— Веганское жаркое с орехами каннеллини на основное блюдо, а затем торт-мороженое тирамису, тоже веганский.

— Откуда ты узнал? Я имею в виду, я знаю, что ты наводил на меня справки, но все же. Ты вспомнил, что я люблю есть?

— Я помню о тебе все, — его глаза горят от напряжения. — Включая все, о чем ты мне еще не рассказала.

— Лиам, пожалуйста.

Он делает глубокий вдох.

— Ладно, больше никаких серьезных разговоров. Сегодня вечером мы просто мужчина и женщина, которым нравится общество друг друга, которые любят вкусно поесть и насладиться лучшим шампанским в одном из самых романтичных городов мира. — Он тянется за своим бокалом и поднимает его.

Я чокаюсь своим бокалом с его, затем делаю глоток. Это как если бы я съел целый цветочный сад.

— Это изысканное шампанское.

— Ты изысканна.

Мои щеки горят. С такой скоростью я скоро превращусь в огненную массу магмы.

— Что мы будем делать после ужина?

— Чем ты хочешь заняться после ужина?

— Я знаю, ты сказал, что не хочешь делить меня ни с кем другим, но я действительно хочу пойти в ночной клуб.

— В ночной клубе? — Он моргает.

— Когда ты в последний раз ходил на танцы, Мистер-Повелитель-всего-что-он-исследует?

— Я не танцую. — Он берет вилку и вонзает ее в свое ризотто.

Я перевожу взгляд с еды на его тарелке на его лицо.

— Ты заказал блюдо без мяса из-за меня?

Он неловко ерзает, но ничего не говорит.

— И ты позвонил заранее, чтобы сказать шеф-повару, что оба наших блюда должны быть приготовлены из веганских ингредиентов?

Он краснеет.

— О боже, ты действительно позвонил заранее, чтобы проинструктировать шеф-повара, а потом заказал веганское блюдо из-за меня. Ты не должен был этого делать. Может, я и веган, но я не навязываю свои убеждения другим.

Он устремляет на меня свои глубокие серые глаза.

— Я хотел сделать это для тебя. Я хочу испытать то же, что и ты.

Мое сердцебиение учащается. Такое чувство, будто мои внутренности превращаются в желе. Почему это самая эротичная вещь на свете? Кроме того, интересно, как далеко он зайдет ради меня? Я смотрю на него из-под опущенных ресниц.

— Так значит, ты тоже поедешь в ночной клуб?

17





Бум-бум-бум ударов эхом отдается в моем теле. Кажется, это эхом отзывается на стук моего сердца в груди. Я не шутил, когда сказал, что не танцую. Мне также не нравятся ночные клубы или переполненные танцполы. Две девушки хихикают рядом со мной в баре. Одна из них касается моей руки, и я хмуро смотрю на нее. Она моргает, затем отводит взгляд. Хорошо. Последнее, чего я хочу, — это вступать в постороннюю болтовню с кем-либо еще. Капелька пота скатывается по моей спине. Кровь стучит у меня в висках. Почему здесь так жарко? Я расстегиваю пуговицы на рубашке, но, похоже, это не помогает.

— Кто тебя послал? — спрашивает мужчина.

— Н-никто. Я пришел сюда сам, — заикаюсь я.

— Лжец. — Он смеется, затем щелкает выключателем. Мгновенно ритмы кошмарного метала проникают в наушники, которые я ношу. Этот звук пронзает мой мозг. Такое чувство, будто кто-то воткнул мне в голову раскаленный кинжал. Я сжимаю пальцы в кулаки. Я не сдамся. Я пройду через это. Я должен.

Я сжимаю пальцами свой стакан с виски и всматриваюсь сквозь толпу тел на танцполе. Там, в центре, с лазерными лучами, пересекающими ее тело, моя Божья коровка. Ее пряди поблескивают красным, когда она двигается. Ее платье обвивается вокруг колен. Она выставляет ногу, и мелькает полоска ее бедра. Что за чертовщина? Мне следовало пойти с ней, когда она попросила меня, но от мысли о том, что я застряну посреди этой колышущейся массы, у меня внутри все сжалось. Я довольствовался тем, что придерживался стойки бара, где мог раздобыть жидкую пищу и быть уверенным, что не выпущу ее из виду.

Она поворачивает голову, и ее взгляд встречается с моим. Она расширяет пространство между ног, сгибает колени и начинает двигать бедрами, опускаясь вниз. Тепло скручивается у меня под кожей. Мой член твердеет. Мой разум настаивает на том, что мне нужно выйти на свежий воздух, но мое тело и мое сердце настаивают на том, чтобы я не отрывал от нее взгляда. Все еще покачиваясь, она проводит руками вверх по своему телу, по груди и проводит пальцами по ключицам. Кровь приливает к моему паху. Мое сердце превратилось в чертовы винты вертолета. Если я продолжу в том же духе, у меня случится сердечный приступ, в этом нет никаких сомнений. Лисица, должно быть, чувствует, насколько я близок к критической точке, потому что она засовывает указательный палец в рот и посасывает его. Мои яйца напрягаются. Черт возьми, мне кажется, я только что кончил в штаны, даже не прикоснувшись к ней. Не прерывая зрительной связи, я допиваю остатки виски и ставлю стакан обратно на стойку.

В этот момент мужчина, танцующий позади нее, кладет ладони ей на бедра. Гнев приливает к моей крови. Прежде чем я осознаю это, я начинаю двигаться. Я пробираюсь через танцпол, расталкивая людей локтями, а затем оказываюсь рядом с ней. Я хватаю за плечо мужчину, который все еще держит ее в своих лапах. Я отрываю его от нее и отбрасываю в сторону. Он ударяет мужчину рядом с собой, и они падают, переплетясь руками и ногами. Я наклоняюсь, хватаю мужчину за воротник и поднимаю его на ноги, затем хватаю за запястье. Я выкручиваю ему руку, и мужчина кричит… По крайней мере, он открывает рот. Звук теряется в децибелах, которые разносятся по воздуху.

Кто-то хлопает меня по плечу. Я поворачиваюсь и вижу, что Айла кричит на меня.

— Отпусти его, Лиам. Ты сломаешь ему руку. — Я отдергиваю голову назад и обнаруживаю, что мужчина больше не кричит. Он тяжело дышит; его грудь поднимается и опускается, плечи наклонены вперед. Я отпускаю его, и он оседает на пол.

Я поворачиваюсь, обхватываю пальцами ее запястье и выхожу. Толпа расступается перед нами,