Уничтожить всех - Иван Стрельцов

Майкл Триш, опытный физиономист, быстро вычислил, что за добродушной внешностью скрывается алчный хищник, готовый на все ради денег. И чем больше будет денег, тем решительней будет действовать полковник.

— Богдан Кириллович, — заговорил с Горобцом Кипер, когда на «Опеле» полковника они возвращались в город, — мы с партнером готовим экспедицию в дельту Амазонки. Сами понимаете, край тот дикий и опасный, поэтому необходимо вооруженное охранение. Набирать обычных городских бродяг было бы верхом глупости и поставило бы экспедицию на грань краха. Это явное расточительство, и мы на это пойти не можем. Нам нужны профессиональные бойцы, поэтому мы решили обратиться к вам. Сможете подобрать полсотни таких людей?

Горобец выдержал паузу, лихорадочно прикидывая, какую выгоду лично ему может принести это предложение. Но вместо ответа на поставленный вопрос он задал свой:

— А для чего вам понадобилось переться в тропическую глушь?

— Будем проводить геологоразведку, — не моргнув глазом, соврал Кипер, этот ответ также являлся «домашней заготовкой». — По утверждениям наших ученых, там могут находиться крупные залежи золота. Если подтвердится это утверждение, наша компания будет организовывать концессию по разработке этих месторождений.

Глаза интенданта вспыхнули алчным огнем, пухлые щеки налились кровью и, сам того не замечая, он тяжело задышал. Облизнув пересохшие губы, Горобец тихо спросил:

— Может, возьмете меня в экспедицию?

Джон Кипер изобразил задумчивость, они предполагали подобную реакцию интенданта и были готовы к подобному повороту.

— Сейчас было бы крайне неразумно делать такой шаг, — медленно заговорил Кипер. — Вы занимаете определенный и притом внушительный пост, а если дела пойдут на лад и будет создана концессия, нам понадобится еще больше людей. Кто тогда будет поставлять бойцов? Оставайтесь на своем месте, а о сотрудничестве поговорим позже…

Джон не успел закончить свою мысль, как к нему наклонился Триш и что-то оживленно зашептал на ухо. Через минуту Кипер продолжил:

— Впрочем, мы уже сейчас можем вас считать представителем нашей компании. В Лондонском коммерческом банке на ваше имя, Богдан Кириллович, будет открыт личный счет. Кроме того, за каждого поставленного рекрута вам будет выплачено по две тысячи евро. Но нас интересуют настоящие профессионалы, такие есть у вас?

— Полно, — радостно воскликнул Горобец. То, что там положат на счет в банке — еще бабка надвое сказала, а здесь он получит наличные. За полсотни головорезов ему перепадет сто тысяч евро, и это только начало. — Профессионалы у нас разного калибра, воевали по всему миру — от Нагорного Карабаха и Чечни до Приднестровья и Югославии. Многие этой зимой собрались в Киеве, хотели повоевать за революцию, но обошлось. Теперь маются без дела.

— Очень хорошо. Теперь наши условия. За месяц работы они получат десять тысяч долларов. За отличное исполнение своих обязанностей в нашей компании предусмотрены солидные премиальные и медицинская страховка.

— Вполне нормальные условия, — кивнул полковник, его мозг лихорадочно работал, соображая, кого же можно привлечь из военкоматовских работников, чтобы немедленно заняться вербовкой наемников. Как ни прикидывал Горобец, но все равно выходило, что придется делиться из своих кровных.

— Кроме того, — продолжал Кипер, — эти люди должны пройти двухмесячный курс по программе разведки ВДВ.

— У нас нет ВДВ, — тяжело вздохнул интендант.

— А что у вас есть? — поинтересовался англичанин.

— У нас аэромобильные войска, — снова тяжело вздохнул Горобец.

— Хорошо, пусть проходят подготовку по программе коммандос аэромобильных сил. Организационные вопросы как представитель нашей компании вы берете на себя. Через неделю мы ждем смету с ценой оплаты всех пунктов, начиная от проживания до боевых стрельб.

Полковник Горобец, услышав эти слова, едва не перепутал педали тормоза с газом. Теперь он с инструкторов сдерет свой процент за посредничество.

— Отлично, — обрадованно воскликнул интендант, — все устрою в лучшем виде…

Приземистый, будто попавший под пресс, прогулочный катер мягко отчалил от пристани.

Под ярким летним солнцем вода Женевского озера играла всеми красками радуги. С верхней палубы открывался живописный вид побережья. Защелкали, как по команде, фотоаппараты большой группы японских туристов, тут же принявшихся что-то обсуждать на своем тарабарском языке.

— Может, пройдем в ресторан? — предложил адвокат Энжени сидящему рядом Тришу. Тот лишь утвердительно кивнул. Мужчины покинули свои места и направились к трапу, ведущему на нижнюю палубу, где находился ресторан.

Людей было немного, можно было выбрать понравившееся место. Они выбрали столик у иллюминатора с видом на озеро.

Подошедшему официанту сделали заказ. Адвокат для себя выбрал утку по-пекински под кисло-сладким соусом и бокал белого сухого вина. Триш остановился на запеченной с овощами форели, салате из авокадо и также заказал бокал вина.

— Итак, для чего понадобилась эта встреча? — после того как официант удалился, спросил Говард Энжени.

— Вы должны связаться с вашим клиентом и сообщить ему, что мне нужны еще десять миллионов долларов, — закуривая, сообщил Майкл тоном, который мог звучать при одалживании мелочи. Но речь все же шла о серьезной сумме.

— Всего-то, — усмехнулся адвокат, но тут же улыбка сползла с его лица, зрачки стали будто стеклянные. — Вы не слишком много на себя берете, уважаемый? — жестко спросил Энжени. — О вас два года не было слышно, будто вы и не существовали никогда. И вдруг, как джин из кувшина, являетесь и требуете ни много ни мало десять миллионов. Не думаю, что Пророк сделает такую глупость и даст вам деньги.

— Послушайте, вы, стряпчий, — тихо произнес Триш. — Я не взял у вас на задуманный план ни цента и, занимаясь подготовкой операции, потратил весь свой гонорар за прошлую акцию. Но моих средств не хватило, и теперь мне нужны миллионы Пророка, потому что до воплощения задуманного остались считаные месяцы. Если вы будете саботировать, я смогу найти способ связаться с вашим клиентом. И тогда, уверен, он откажется от услуг строптивого стряпчего. Объяснять, как это все произойдет, думаю, не стоит.

Майкл лукавил — денег из последнего гонорара хватило, еще немного (около миллиона евро) осталось на «черный день». Деньги от лидера «Аль-Каиды» ему были нужны на всякие непредвиденные случаи. Опытный диверсант, он знал, что любой план, даже самый идеальный, во время приведения его в жизнь терпит множество изменений и из-за нерасторопности может провалиться. Так рисковать он не мог…

Минуту Говард Энжени молчал, будто переваривал услышанное, потом взял со стола трубку мобильного телефона и быстро набрал нужный ему номер. Еще несколько минут он с кем-то разговаривал на непонятном Майклу языке. Наконец отвел трубку телефона в сторону и, в упор глядя на англичанина, спросил: — Мой клиент интересуется, когда это произойдет?

Месяц требовалось Горобцу на подбор наемников и два на тренировки. Потом месяц уйдет на сбор всех групп и отправку их за океан. К тому времени Джон Кипер в Эквадоре подготовит техническую базу, обеспечивающую им уход после выполнения операции. Сама же акция займет не больше двух суток.

«А потом мир станет совсем другим», — подумал Майкл, а вслух произнес: — Четыре месяца, в конце августа Нью-Йорк исчезнет с политических карт мира.

Энжени снова поднес телефон к уху и быстро произнес короткую фразу. Сразу отключился и коротко произнес: — Вы получите необходимую сумму…

Лос-Анджелес (наши дни)

Огромный аэробус «Ил-96» мягко коснулся своими шасси бетонно-посадочной полосы и стал гасить скорость.

— Вот и долетели, товарищ профессор, — отстегивая ремень, проговорил Денис Давыдов.

— Я академик, — проворчал Никифоров и с неприязнью посмотрел на офицера. За время перелета через Тихий океан они успели порядком надоесть друг другу.

Наконец аэробус замер, и к нему синхронно двинулась пара автотрапов. Стюардессы открыли двери и с заученными улыбками приготовились прощаться с пассажирами, степенно прошедшими на выход.

Предстояла стандартная процедура пограничного и таможенного контроля. Денис, помня все наставления товарищей из ФСБ, вел себя совершенно спокойно, так что проверка документов не заняла много времени и не вызвала никаких подозрений у пограничников.

В VIP-зале прилетевшего академика встречали. В центре разношерстной толпы выделялась высокая светловолосая женщина в легком брючном костюме светло-горохового цвета, держащая перед собой картонную табличку, на которой было выведено черным маркером «mr.Nikifouoff».

Предоставив Давыдову свой багаж, Вячеслав Андреевич бодро зашагал в направлении девицы. Приблизившись, непринужденно зашпрехал на английской «мове»: