Счастливчик Сандерс - Андрей Николаев

– Началось, – сообщил Чен.

Сандерс, стоявший на краю плато над клубящимися в ущельях облаками, подошел к глидеру. Водитель подвинулся на пассажирское сиденье, освобождая ему место возле локатора, и показал на две точки, скользящие по кромке экрана.

– Боты, господин. Когда истребители пойдут на перехват – появится челнок. Его не будут вести с корабля, чтобы луч не засекли из космопорта, он сядет на наш маяк, – Чен перебросил переключатель, – вот так. А после взлета капитан Лю возьмет управление на себя. Теперь подождем немного.

– Луч привода на маяк тоже могут засечь, – пробормотал Сандерс.

– Только если будут знать, где искать. Сигнал узконаправленный.

Отметки ботов сместились ближе к центру экрана, и недалеко от них возникли засечки истребителей, готовых разнести снижающиеся объекты на атомы, если возникнет опасность их падения на город или космопорт.

– А вот и челнок, – Чен ткнул пальцем в экран, где прерывисто мигала едва различимая точка, – расчетное время посадки – семь минут.

– Как часто пользовались этим методом ухода с планеты? – хмурясь, спросил Сандерс.

– На Киото всего два раза, господин.

– Вполне достаточно, чтобы он стал известен полиции. Скажите, а якудза использует такую методику?

Чен помялся, потом, пряча глаза, ответил:

– У них было нечто похожее, но у них другие возможности. Так что такой пустяк, как доставка контрабанды автоматическими шаттлами, их не интересует.

– Хотелось бы надеяться, – с сомнением произнес Сандерс.

Чен выбрался из глидера и задрал голову к серому небу, на котором гасли последние звезды – приближался рассвет. Здесь, на высокогорье, было холодно. Величественная вершина, пронзающая облака недалеко от плато, была покрыта снегом, казавшимся в утренней дымке серым, как пепел. Сандерс был одет в столь любимый китайцами полувоенный френч, застегнутый под горло, – его одежда после путешествия в коллекторе под космопортом пришла в полную негодность.

Прощаясь, Хао заверил его, что оружие и снаряжение уже доставлены на борт «Каракатицы» и капитан Лю с нетерпением ожидает пассажира – он и так слишком задержался на орбите Киото, и власти уже выразили недоумение по этому поводу. Теперь же, после падения ботов, которые стартовали с «Одинокой каракатицы», оставаться возле центральной планеты империи Ниппон будет просто невозможно.

– Три минуты, – возвестил Чен, пристально всматриваясь в небо.

Сандерс вылез из глидера и тоже поднял голову.

С востока накатывался рассвет, снег на соседней вершине порозовел, небо стремительно обретало голубизну, и было странно видеть, как одинокая звезда, появившаяся в зените, вместо того чтобы погаснуть, разгорается все ярче – шаттл шел на посадку.

Под свист тормозных двигателей он приземлился ярдах в пятидесяти от глидера. С шипением откинулся низкий люк.

– Скорее, старт через пять минут, – поторопил Чен.

Шаттл походил на каплю. Поддерживаемый грави-подушкой, он покачивался, едва касаясь земли тупой частью корпуса. Сандерс молча пожал руку водителю, перенес ногу через комингс и в последний раз оглядел небо. Не лежала у него душа к путешествию в этой коробке, да еще управляемой с неизвестного корабля.

Чен, вернувшийся к глидеру, помахал на прощание рукой. Сандерс махнул в ответ и, плюхнувшись в ложемент, наклонился, отыскивая страховочные ремни.

Под шипение нагнетаемого воздуха люк пополз вверх.

– Господин!!!

Люк закрылся почти наполовину, и в оставшуюся щель Сандерс увидел, что Чен бежит к шаттлу, отчаянно размахивая руками.

Прямо с ложемента Сандерс нырнул в люк головой вперед, молясь, чтобы не зацепиться за что-нибудь – створка перережет тело, выполняя заданную программу, и на «Каракатицу» прибудет половина пассажира.

Правая рука подвернулась, и он ободрал щеку, прокатившись по земле. Чен оказался рядом, помогая подняться и отбежать от стартующего челнока.

Засвистели двигатели, задрожал маревом воздух, шаттл приподнялся над землей, завис на секунду и пошел на взлет.

– В чем дело? – вытирая кровь со щеки, спросил Сандерс.

– Перехватчики. – Чен тащил его к глидеру, как кот полузадушенную мышь.

Шаттл успел подняться едва ли на сотню ярдов, когда две стремительные тени выскользнули из-за соседней горы. В уши ударил рев двигателей, перекрывая рявканье плазменных пушек. Шаттл взорвался, разлетаясь ослепительным фейерверком, в воздухе закружились куски металла.

Сандерс прыгнул на пассажирское сиденье, Чен уже сидел в пилотском кресле, пальцы его летали по пульту управления. Глидер вертикально приподнялся над землей, сквозь лобовое стекло Сандерс увидел два истребителя, падающие на них сверху, и его вдавило в сиденье – глидер рванулся вперед, резко накренился и свалился с плато в ущелье, во мглу облаков, будто нырнул в мутную стоячую воду. Очередь слепящей плазмы прошла рядом, расцвечивая муть тумана оранжевым светом, взрыла скалистую стену, стремительно уходящую вверх. Глидер тряхнуло, вскрикнул Чен, на приборную панель брызнула кровь, и китаец, выпустив управление, стал заваливаться на Сандерса.

Подхватив Чена под мышки, он перевалил его назад и рывком занял место пилота. Глидер падал, вращаясь вокруг продольной оси. Мимо мелькали клочья тумана. Сандерс перехватил болтающуюся ручку управления. Руки делали все автоматически, взгляд фиксировал остаток топлива, высоту, скорость, линию горизонта.

Ему удалось вывести машину из штопора, когда они уже вывалились из облаков и до каменистой поверхности оставалось не более ста ярдов. Включив форсаж, Сандерс снова нырнул в облака, переключил экран обзора в инфракрасный режим и вывел развертку на лобовое стекло.

Стены ущелья смыкались впереди, на расстоянии полумили, и он на мгновение поднял машину, переваливая хребет, успел взглянуть на локатор – истребители кружились далеко позади, вокруг плато, – и снова нырнул вниз.

Необходимость в сумасшедшей гонке отпала, он сбавил скорость и повел глидер, следуя поворотам ущелья. Машину потряхивало, и она норовила задрать нос – видимо, кормовые гравиплиты были повреждены, однако двигатель пока тянул. Впереди был прямой отрезок ущелья, и Сандерс вывел на лобовик карту. Горы заканчивались в пяти милях от столицы, но сейчас Сандерс следовал на северо-восток, а Киото располагался на западе.

Через несколько минут полета он снова рискнул приподнять машину над горами. Судя по локатору, горизонт был чист. Конечно, с орбиты засечь глидер ничего не стоило, но вряд ли власти задействуют такие серьезные силы, чтобы поймать обычного уголовника, каким его представляли в новостях. Хотя Аридзаши и занимает в иерархии общества высокое положение, но даже ему едва ли удастся подключить к поискам Сандерса военно-космические силы. Впрочем, пока он вполне справлялся и с помощью полиции…

Глидер сдох над хребтом, отсекающим плодородные равнины вокруг Киото от поднимающихся к небу вершин. Машина клюнула носом, двигатель взвыл, захлебнулся, снова заработал, натужно ревя, и Сандерс перевел ее в пологое пикирование, торопясь сбросить высоту, поскольку с теми обрубками крыльев, которыми оснащали машины с гравиплитами, планирование больше походило на неконтролируемое падение.

Внизу мелькали залитые водой рисовые поля, поделенные на равные квадраты, и Сандерс уже надеялся протянуть еще хоть пару миль, как вдруг наступила тишина. Разом выключились все приборы, и тотчас стало слышно, как свистит за бортом рассекаемый воздух.

Сандерс успел оглянуться на лежавшего без сознания Чена, уперся руками в приборную доску, и, поднимая фонтаны воды и глины, глидер врезался в рисовое поле.

Когда лобовое стекло очистилось от мутных потоков, Сандерс попытался открыть дверцу, но машина зарылась в податливую почву почти до стекол, и он, блокировав катапульту, отстрелил крышу и, встав на кресло, огляделся.

Далеко впереди призраками вставали небоскребы столицы, а вокруг, насколько хватало взгляда, тянулись ухоженные поля с ровными делянками и молодыми зелеными побегами, торчащими из воды. Ярдах в двухстах виднелись какие-то строения.

Сандерс вытащил из машины Чена, чертыхнулся и спрыгнул вниз, в воду, надеясь, что здесь неглубоко – когда Аридзаши вез их с Абигайль в свой замок, он видел, что крестьянам вода доходила до колен, никак не выше. Воды и впрямь было немного, но почва была илистая, и ноги погрузились в мягкое дно до щиколотки.

Осторожно стянув с крыши водителя, Сандерс перевесил его через плечо и, с трудом вытаскивая ступни, побрел к постройкам.

Это оказались временные жилища, в которых, видимо, жили крестьяне, приезжая из города на уборку урожая, – обычных деревень вокруг столицы Сандерс не видел. В пустой хижине Сандерс положил Чена на деревянную койку возле стены. Осмотрев водителя, он поморщился – плазменный заряд вспорол водителю спину от лопаток до поясницы, и хотя плазма заплавила кровеносные сосуды и крови почти не было, парню было необходимо срочно оказать медицинскую помощь. Кое-как пристроив китайца на голой лежанке, Сандерс осмотрел деревню, заглядывая в пустые дома в поисках какого-нибудь средства связи, но везде было пусто. Не нашлось даже одеял – видимо, крестьяне привозили все с собой. Он вернулся в дом, где оставил Чена, и попытался привести его в чувство, протирая лицо влажным носовым платком и осторожно похлопывая по щекам. Через несколько минут китаец застонал и открыл глаза.