Откровения Дженифер - Сталимир Виейра

– Нехорошо?

– Да. Я словно собиралась лишить его невинности, совершить какую-то подлость…

Они сидели так гораздо больше времени, чем требовалось для прочтения надписи. Однако Дженифер, чувствуя теплоту ноги Клаудио, прижатой к ее ноге, никак не могла понять смысл текста, даже прочитав его несколько раз.

– По-моему, этот фильм о том, что случилось на самом деле.

– Ты уже смотрела?

– Да.

– Одна?

– Одна.

Дженифер вставила кассету, включила перемотку. И опять села, но теперь уже на некотором расстоянии от Клаудио. Солнце зашло, и комната внезапно погрузилась в полумрак. Дженифер не стала зажигать свет. На экране показывали какой-то стриптиз. Дженифер поразилась сходству женщины с ней самой: те же каштановые, свободно лежащие волосы, выразительные глаза, полные губы, длинные, гладкие, крепкие ноги. Даже кожаная юбка была похожей. Уголком глаза Дженифер следила за тем, как вздымалась грудь Клаудио: непонятно, хватит ли у него смелости высказать то, что он думает. Наконец совсем стемнело. Единственным источником света был экран, бросавший разноцветные блики на их тела. Женщина сняла юбку, оставшись в крошечных черных трусиках, и стояла спиной к камере, медленно вращая бедрами.

– Ты намного красивее, чем она.

Дженифер затаила дыхание. Губы ее были приоткрыты, взгляд устремлен на экран. Она подождала пару секунд, осмысливая услышанное. И поняла, что у них все прояснится сегодня – или никогда. Ясно, что темнота подтолкнула Клаудио к такому смелому высказыванию. Дженифер должна была найти достойный ответ – иначе она потеряла бы свое первенство. Решительным жестом она зажгла свет, выключила плеер. И села с ногами, по-турецки, на диван.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю. Ты…

Дженифер заметила, что локтями Клаудио по-прежнему старался прикрыть свой член. Она же опустила глаза, не скрывая своего намерения, наоборот, увидеть его. Похоже, Клаудио начинал уступать перед ее решимостью. Дженифер продолжала:

– Ты же никогда не видел, как я танцую стриптиз.

– А ты танцуешь?

– А ты хочешь посмотреть?

– Конечно.

Еще несколько часов назад подобный разговор был бы немыслим. Но теперь Дженифер с уверенностью вела его, полностью овладев ситуацией. И если однажды вечером она подглядывала за соседским двором и в испуге убежала, когда появился сосед, то теперь… теперь она довела бы дело до конца. Ответ Клаудио сопровождался мягкой, детской улыбкой – Дженифер в первый раз видела ее. Она стояла в метре от Клаудио и, почувствовав, что его неловкость проходит, взяла его руку, лежавшую между ног, разыгрывая простодушие.

– Давай, ты выберешь диск, и я что-нибудь станцую.

Клаудио помедлил, переваривая то, что сказала Дженифер. Затем встал с дивана и опустился на колени, чтобы отыскать подходящий диск. Это оказался блюз, в прекрасном исполнении, зажигательный. Клаудио так и остался сидеть на полу, и Дженифер еще сильнее ощущала себя королевой волшебной страны, которая открывалась перед ней. Дженифер закрыла глаза, чувствуя, как взгляд Клаудио вонзился в нее. Она закусила губу и раздвинула ноги. Верх мини-юбки был десятью сантиметрами выше резинки трусиков. Дженифер раздвинула ноги еще шире, чтобы доставить Клаудио удовольствие. Одновременно она медленно вращала бедрами. Юбка впивалась ей в тело. Дженифер инстинктивно подняла руки и поправила юбку, которая от этого задралась выше и теперь вся собралась у нее на поясе. Дженифер повернулась к Клаудио спиной, положила ладони себе на ягодицы, продолжая вращать бедрами. Музыка и собственное возбуждение – вот что занимало ее в эту минуту. Тело Дженифер, как маятник, двигалось в такт мелодии. Она уже не контролировала свои движения, погружаясь в мир грез. Дженифер расстегнула пуговицу, затем молнию. Юбка упала к ее ногам. Не открывая глаз, она вновь повернулась лицом к Клаудио – или, по крайней мере, туда, где он должен был находиться. Она сделала шаг и вздрогнула: руки Клаудио дотронулись до ее ног. Клаудио как будто собрался встать, но Дженифер его удержала:

– Сиди, Клаудио, не надо вставать.

Это было сказано ясным шепотом. Щека Клаудио прижималась к ее коже, губы покрывали поцелуями ее бедра. Дженифер продолжала двигаться в такт наркотическому ритму, схватив, как трофей, голову Клаудио. Ее переполняла уверенность, доставшаяся от многих поколений женщин.

– Клаудио…

– О-о…

С закрытыми глазами, пылающим лицом, сжав зубы, Дженифер все сильнее прижимала голову Клаудио к своему телу. Она еще немного раздвинула ноги, почти сев на рот Клаудио, так, что его губы оказались против ее клитора.

– Сними трусики…

Слова прозвучали, как стон. Дженифер в нетерпении ждала, пока пальцы Клаудио не заскользили по ее ногам и выше. Он продолжал сидеть на полу, и Дженифер не знала, пылает он от возбуждения или пребывает в нерешительности. Поэтому Дженифер, направляя руки Клаудио с помощью своих, сомкнула ноги и вместе с ним принялась спускать трусики. Дыхание Клаудио проникало между ног Дженифер; дрожь пробежала по ее телу. Она направляла губы Клаудио, куда нужно.

– Господи, этот парень ничего не умел.

– Вот бедняга.

– Я почти что кончила ему на лицо, и он ничего не сделал.

– Серьезно?

– Я подумала, что Паулинья и Стефания оказались бы на высоте, не то что он.

Поняв, что Клаудио совершенно непривычен к оральному сексу, Дженифер уселась напротив него, оперлась о диван, раздвинула ноги, взяла руку Клаудио и положила себе на клитор.

– Чувствуешь эту штучку? Я хочу, чтобы ты ласкал ее языком, лизал, понимаешь? Давай.

Клаудио покорно лег на живот, устроился так, что голова его поместилась между ног Дженифер и, следуя движениям ее пальцев, раздвигавших нижние губы, провел языком по клитору, впился в него губами.

– Да, делай так…

Клаудио повиновался. Дженифер гладила его волосы, испытывая желание и нежность одновременно. Потом она заставила Клаудио встать с пола, ласкать ее груди и соски, зажав их между пальцами.

– Я ощутила себя учительницей в школе.

– А он даже не догадывался, что ты девственница.

– Нет, конечно.

Дженифер переживала крайнее возбуждение, ей хотелось, чтобы в нее вошли. Она энергичным жестом подняла голову Клаудио:

– Раздевайся.

Клаудио мигом вскочил, и Дженифер снова могла насладиться пропорциями его тела, предвкушая наслаждения, какие мог ей доставить этот полумужчина-полуребенок, страстный и невинный. Дженифер была стопроцентно уверена, что он – и никто больше – станет ее первым мужчиной.

– И трусы тоже.