Клан Гамбино. Новое поколение мафии - Борис Винокур

Товары фирм Питера Маджио пользовались успехом, нарасхват покупались самыми популярными универсальными магазинами, ресторанами и кафе. Но каждый универсальный магазин, ресторан, кафе должны были, кроме официальной стоимости, заплатить нелегальный налог, которым рэкетиры облагали бизнес.

Карло Гамбино сумел добиться от Питера Маджио 20 процентов от рэкетирского налога на продукты. Протестовать тот не стал, зная, что это может стоить ему жизни.

Расширение сфер влияния «итальяно-американских мафий» заставило ФБР тщательно исследовать торговый рынок страны. В ходе расследования были арестованы пятьдесят боссов разного ранга из двенадцати мафий. Каждая из них владела компаниями, производившими разного рода продуктовые товары. Агенты ФБР обнаружили около пятидесяти крупных универсальных магазинов в Чикаго, Филадельфии, Нью-Йорке, закупавших у них продуктовые товары и плативших рэкетирский «налог». Общий денежный оборот этих магазинов в 1972 году составил почти 400 миллиардов долларов, а годовая сумма «налога» достигла сотен тысяч долларов. Но связать вымогательства с мафией Дона Карло так и не удалось.

Однако во время расследования агенты ФБР все чаще и чаще встречали имя Питера Маджио. Им стало ясно, что он возглавлял не только свою огромную фирму «Маджио корпорейшн», но и являлся партнером ряда других производителей продуктов питания. Но у них не было доказательств участия Питера Маджио в каких-либо махинациях, а тем более в связях с боссами «итальяно-американских мафий». Он слыл законопослушным гражданином, подобно его предкам из Италии, не имевшим контактов с «Коза Ностра». Хотя именно от своих ближайших родственников Питер Маджио получил в наследство молочные фабрики, впоследствии реорганизованные им и объединенные в единый бизнес «Маджио корпорейшн».

Первая молочная фирма была основана его прадедом и отцом еще в 1912 году, когда они прибыли из Сицилии. Их молочные продукты пользовались большой популярностью. В 1920 году отец будущего мафиози — Майкл Маджио — переехал в Филадельфию, где их семейный бизнес разросся, захватив рынки сбыта молочной продукции во многих городах штата Пенсильвания.

Никто тогда не знал, даже агенты ФБР, что тихий, скромный, покладистый в общении с людьми Майкл Маджио одновременно с фабриками молочного бизнеса владел еще и богатейшей мафией, основанной в Филадельфии. Его семья жила в комфорте без опасений за свою жизнь. К тому времени, когда мафия Дона Карло успешно вела войну по захвату торгового рынка страны, Питер Маджио был уже не только капитаном мафии Анжело Бруно, но и мужем сестры этого босса.

Тем временем агенты ФБР при содействии следователей генеральной прокуратуры страны усилили поиски источников афер на колоссальном торговом рынке и напали на след нескольких мафий штатов Нью-Йорк, Нью-Джерси, Пенсильвания и Иллинойс. Некоторые торговцы разорялись из-за высоких ставок нелегальных налогов.

Об ущербе, нанесенном мафиями торговому рынку страны, узнали не только агенты ФБР, но и сам Дон Карло и распорядился постепенно выйти из рэкета. В 1972 году несколько небольших мафий в Детройте и Майами отозвали своих рэкетиров в сфере торговли. Дон Карло был удовлетворен первыми шагами, надеясь, что мирное снижение напряженности на торговом рынке, вызванное неоправданным всплеском цен на продукты питания, успокоит агентуру ФБР. Дон Карло опасался, что продолжение войны в этой отрасли экономики рано или поздно приведет к аресту многих мафиози и разгрому всех криминальных семейств «итальяно-американских мафий». Включая, разумеется, и его самого.

Озабоченность Карло Гамбино была не случайна. Агенты ФБР провели новые рейды и арестовали десятки рэкетиров и главарей нескольких криминальных семейств в Чикаго и Нью-Йорке. А настоящее восстание произошло в «Американ кошер корпорейшн». Сын ее владельца, Джерри Клейнберг, сместил своего отца с поста президента фирмы, занял его место и немедленно разогнал всех рэкетиров, запретил членам своей корпорации раз и навсегда платить рэкетирский «налог» и несколько снизил цены. Постепенно потребители кошерной пищи, выбывшие из бизнеса, вернулись на прежние места.

А сама «Американ кошер корпорейшн» восстановила репутацию честного торговца.

Тогда же, в 1972 году, следственные органы установили, что мафия Анжело Бруно имела давние связи с мафией скончавшегося к тому времени Майкла Маджио, отца Питера Маджио, и совместный преступный бизнес. Но его контакты с мафией Дона Карло и на этот раз не были вскрыты.

Однако Питер Маджио вскоре попал в поле зрения агентов ФБР и был вызван для дачи показаний семи членам жюри присяжных заседателей федерального суда города Филадельфия. Они допрашивали его два дня. Но успеха не добились. Питер Маджио, последователь кодекса «Омерта», держал язык за зубами и арестован не был. Он не был обвинен ни в одном из инкриминируемых ему следователями ФБР преступлений. Он вышел из зала суда на улицу и радостно прокричал тогда: «Ура! Ура!» На улице его уже ожидали репортеры многих газет, включая и «Нью-Йорк таймс». В интервью им он заявил: «Ох! Это была опера. Да, да! Опера. Кто был ее режиссером? Эдгар Гувер, директор ФБР. И он же сочинил все ее песни. Я не имею никакого представления о том, что такое мафия. Я слышал, что в Италии есть „Коза Ностра“. Но что такое мафия? Я слышал, что Карло Гамбино никогда не был мафиози. При чем тут Гамбино?! Он джентльмен». Эта речь из уст Маджио оскорбила Гувера. Что бы он предпринял в ответ, осталось неизвестным, поскольку неожиданно 2 мая 1972 года шеф ФБР скончался от инфаркта.

Но, как иногда бывало в истории «итальяно-американских мафий», так и на этот раз на фоне затихавшей войны на торговом рынке страны вдруг возникли непредвиденные обстоятельства, поначалу скрытые даже от опытных агентов ФБР, но хорошо известные Дону Карло и его консультантам. Они умело скрывали свои счета в банках, отмывали нелегальные доходы, инвестируя их через подставные компании в легальный бизнес. Владея роскошными домами, машинами и яхтами, иные мафиози в декларациях о доходах прикидывались бедняками.

У Карло Гамбино возникла идея, как успешно скрывать свои реальные доходы. В середине 70-х годов, по сведениям «Интернал ревеню сервис», годовые прибыли «итальяно-американских мафий» составляли в среднем 50 миллиардов долларов.

Дон Карло мог гордиться своей ролью в консолидации преступного мира тех лет. Но он очень изменился внешне, сильно похудел, лицо вытянулось и покрылось множеством морщин. Историки не сомневаются в том, что причиной тому была смерть его любимой жены Катерины, скончавшейся от рака желудка 28 июня 1971 года. Ей было пятьдесят семь лет. После ее смерти 68-летний Карло Гамбино сник, стал менее разговорчивым и практически не покидал свой роскошный особняк. Однако он продолжал успешно руководить жизнью преступного мира страны.