Личный аптекарь императора. Том 8 - Егор Золотарев

class="p1">— Ты про когти его расскажи! — бросил дядя Коля через плечо. Он сидел за рулём вездехода. — Он своими когтями корни деревьев разрывает и по стволам лазает.

— О-о-о, когти у них дорого стоят. Из них, как из бивней, всякие безделушки делают. Длинные, прочные и с рисунком. Белые такие полоски на чёрном когте…

Так, за разговорами, мы не заметили добрались до пещер с кристаллами. Я заверил охотников, что со мной не надо нянчится и пусть занимаются своим делом, а я пока пойду на поиски Ягодника алого. Дядя Коля пихнул мне рацию и строго сказал, чтобы я подавал голос каждые пятнадцать минут и предупреждал куда иду.

Ну ладно, мне не сложно, если ему будет так спокойнее.

— Только к синей скале не ходи, — предупредил старый охотник и указал на невысокую скалу, которая отличалась от остальных синеватым отливом породы.

— Почему?

— Там чертовщина какая-то творится, — он неприязненно покосился на скалу. — Раньше частенько там охотники терялись. Мы их с трудом находили, хотя у подножия даже деревья не растут, лишь небольшие кустики и трава. Заблудиться вроде негде, а назад дорогу не могут найти.

— Да таких мест в нашей аномалии пруд пруди, — подал голос пухляк. — В Чёрной заводи кроме раков и всякой мелкой дряни никто не живёт. В прошлом году Филя Корявый захотел искупаться после тяжелого дня, да так и не вынырнул. Даже останков не нашли. Куда подевался — хрен его знает. А в Лощине два года назад вот что было…

— Да хватит тебе молодого пугать! — прикрикнул пожилой охотник. — Ты бы, Сашок, один не ходил за своей травой. Мы сейчас с кристаллами управимся и прогуляемся с тобой.

— Не стоит волноваться за меня. Я здесь тоже не в первый раз. Карабин у меня заряжен, зелья с ядом в кармане, — заверил я и двинулся вглубь леса. — Если что-то случится — сообщу по рации.

Охотники провожали меня взглядами до тех пор, пока не скрылся в густой растительности. Продвигаясь в лес, я постоянно принюхивался в поисках Ягодника. Поблизости его точно нет.

Я свернул подальше от дороги и двинулся параллельно горному хребту. Это я так предполагал, ведь сквозь густые кроны мне не видно было белоснежных горных вершин. По пути я не забывал пополнять запасы, поэтому то и дело останавливался, чтобы положить в рюкзак очередной манарос.

Как и договорился с дядей Колей, периодический говорил в рацию, что жив и здоров, и иду вдоль хребта. Правда, умолчал о том, что чуть не стал обедом гигантской ящерицы, которую убил «Пурпурным отравителем». А также, что меня чуть не унесла в своё гнездо орлица, но пару выстрелов из карабина отпугнули её.

Вскоре я учуял Ягодник и ускорился. Впереди показалось светлое пятно, какое-то открытое пространство: болото или река.

Однако я ошибся. Когда деревья расступились, я оказался у подножия той самой Синей скалы, про которую говорил охотник. Хм… Мне казалось, что я движусь параллельно горам. Похоже, немного уклонился в сторону и сам не заметил, как вышел напрямую к хребту. Ну ладно, пойду вдоль скал и выйду к пещерам с кристаллами.

Втянув носом, я вновь уловил Ягодник. Он где-то здесь, неподалёку. Прикрыв глаза, пошёл по облачку эфира. Он провёл меня вокруг Синей скалы, и на небольшом открытом пяточке, поросшем мхом и мелкими травами, я увидел нужный манарос.

Алого цвета растение с мелкими ягодами на тонких стеблях источало еле уловимый аромат, похожий на запах черемухи. Сняв рюкзак с плеча, аккуратно срезал растение, оставив пару стеблей на развод. Ягоды были съедобные, да и само растение не было ядовитым, поэтому наверняка насекомые и травоядные с удовольствием лакомились им.

Когда завязал горловину рюкзака и собрался в обратный путь, рация зашуршала и послышался голос дяди Коли.

— Сашка, ты где? Мы уже готовы вернуться.

— Скоро буду. Я неподалёку, — ответил я и, закинув потяжелевший рюкзак за спину, бодро зашагал в сторону пещер.

В анобласти было тепло, градусов пятнадцать, но уже чувствовалось приближение холодного времени года. Как говорили местные, полноценной зимы здесь не будет и снег даже не долетит до самых высоких деревьев, растаяв налету, но всё равно трава начала высыхать, а некоторые деревья сбросили листву.

Идти вдоль гор было легко — ни деревьев, которые надо обходить, ни густой травы, которая путается под ногами и цепляется к одежде, поэтому по — моем подсчётам, я должен добраться до охотников минут через десять- пятнадцать.

Однако я шёл и шёл, а пещер всё не было.

В это время снова зашуршала рация.

— Саша, ты где застрял?

— Уже близко. Скоро буду, — заверил я и ускорился.

Вскоре я порядком выдохся и вспотел, поэтому остановился, чтобы снять куртку и выпить воды из фляги. Окрутив круглую крышку, поднес горлышко фляги ко рту и чуть не поперхнулся. Синяя скала была сразу за мной. Какого дьявола⁈ Я же ушел от неё минут двадцать назад!

Горгоново безумие! Как вообще такое возможно? Получается, я шагал на месте? Но ведь это не так!

Я понял, что нужно оповестить об этом охотников, иначе до ночи они будут меня ждать. Вытащив из кармана рацию, я хотел связаться с дядей Колей, но тут понял, что рация не работает: экранчик тёмный, кнопки не реагируют. Сел заряд. Этого только не хватало!

Так, надо успокоиться и придумать, как выбраться из этого места. Не знаю, как так получается, что я совсем не продвинулся, ведь вокруг всё менялось, и я огибал куски камня, свалившиеся со скал. Это не могло быть иллюзией. Разбираться, в чём дело и как так вышло я сейчас не буду. Солнце уже скрылось, скоро начнёт темнеть, поэтому надо действовать.

Сначала я подумал, что неплохо было бы подняться повыше и оглядеться, но, когда начал подъём, понял, что зря потрачу силы и время. Тогда я доверился тому, что понимал лучше всего — эфирам.

Закрыв глаза, я втянул носом. Мне не составило труда найти свой собственный след. Я спустился в лес и пошёл по тому же пути, по которому пришёл сюда. Шёл я быстро, ведь мне не надо было искать Ягодник, да и над другие манаросы внимания не обращал, поэтому минут через двадцать уже вышел к охотникам. Те заметно нервничали и с облегчением выдохнули, когда я издали окликнул их.

— Что с твоей рацией? Почему не отвечал? — напустился на меня дядя Коля.

Он, как командир отряда и близкий друг семьи нёс ответственность за меня, поэтому успел испугаться и уже хотел начать спасательную операцию.