Избранное - Даниил Хармс

Вот именно потому я так рад за тебя. А также рад и тому, что ты написал мне письмо. Я еще издали решил, что письмо от тебя, а как взял в руки, так подумал: а вдруг не от тебя? А потом думаю: да нет, конечно, от тебя. Сам распечатываю письмо и в то же вре мя думаю: от тебя или не от тебя? От тебя или не от тебя? Ну, а как распечатал, то и вижу, что от тебя. Я очень обрадовался и решил тоже написать тебе письмо. О многом надо сказать, но бук вально нет времени. Что успел, написал тебе в этом письме, а остальное потом напишу, а то сейчас совсем нет времени. Хорошо,

по крайней мере, что ты написал мне письмо. Теперь я знаю, что ты уже давно женился. Я и из прежних писем знал, что ты женился,

а теперь опять вижу — совершенно верно, ты женился. И я очень рад, что ты женился и написал мне письмо. Я сразу, как увидел твое письмо, так и решил, что оно от тебя, и что ты опять женил ся. Ну, думаю, это хорошо, что ты опять женился и написал мне об этом письмо. Напиши мне теперь, кто твоя новая жена и как это все вышло. Передай привет твоей новой жене.

1933 год.

(ЛГ № 31 1973 г.)

— 118

МЕДНЫЙ ВЗГЛЯД*

— Видите ли, — сказал он, — я видел, как вы с ними катались третьего дня на лодке. Один из них сидел на руле, двое гребли,

а четвертый сидел рядом с вами и говорил. Я долго стоял на бере гу и смотрел, как гребли те двое. Да, я могу смело утверждать,

что они хотели утопить вас. Так гребут только перед убийством.

Дама в желтых перчатках посмотрела на Клопова.

— Что это значит? — сказала она. — Как это так можно особенно грести перед убийством? И потом, какой смысл им топить меня?

Клопов резко повернулся к даме и сказал:

— Вы знаете, что такое медный взгляд?

— Нет, — сказала дама, невольно отодвигаясь от Клопова.

— Ага! — сказал Клопов. — Когда тонкая фарфоровая чашка пада ет со шкапа и летит вниз, то в этот момент, пока она еще летит по воздуху, вы уже знаете, что она коснется пола и разлетится на куски. А я знаю, что если человек взглянул на другого человека медным взглядом, то уж рано или поздно он неминуемо убьет его.

— Они смотрели на меня медным взглядом? — спросила дама в же лтых перчатках.

— Да, сударыня, — сказал Клопов и надел шляпу.

Некоторое время оба молчали. Клопов сидел, опустив низко го лову.

— Простите меня, — вдруг сказал тихо он.

Дама в желтых перчатках с удивлением смотрела на Клопова и молчала.

— Это все неправда, — сказал Клопов. — Я выдумал про медный взгляд сейчас, вот тут, сидя с вами на скамейке. Я, видите ли,

разбил сегодня свои часы, и мне все представляется в мрачном свете.

Клопов вынул из кармана платок, развернул его и протянул даме разбитые часы.

— Я носил их шестнадцать лет. Вы понимаете, что это значит?

Разбить часы, которые шестнадцать лет тикали у меня вот тут,

под сердцем? У вас есть часы?

("Аврора" № 2 1974 г.)

ПЬЕСА

Шапкин (стоя посреди сцены.):

У меня сбежала жена. Ну что же тут поделаешь? Все равно, коли сбежала, так уж не вернешь. Надо быть философом и мудро воспри нимать всякое событие. Счастлив тот, кто обладает мудростью. Вот

Куров этой мудростью не обладает, а я обладаю. Я в Публичной би блиотеке два раза книгу читал. Очень умно там обо всем было на писано.

Я всем интересуюсь, даже языками. Я знаю по-французски счи тать и знаю, как по-немецки живот. Дер маген. Вот как! Со мной даже художник Козлов дружит. Мы с ним вместе пиво пьем. А Куров что? Даже на часы смотреть не умеет. В пальцы сморкается, рыбу вилкой ест, спит в сапогах, зубов не чистит… тьфу! Что называ ется — мужик! Ведь с ним покажись в обществе: вышибут вон, да еще и матом покроют — не ходи, мол, с мужиком, коли сам интелли гент.

Ко мне не подкопаешься. Давай графа — поговорю с графом. Да вай барона — и с бароном поговорю. Сразу даже не поймешь, кто я такой есть.

Немецкий язык, это я, верно, плохо знаю, хотя знаю: живот — дер маген. А вот скажут мне: "Дер маген финдель мун", — а я уже и не знаю, чего это такое. А Куров тот и "дер маген" не знает. И ведь с таким дурнем убежала! Ей, видите ли, вон чего надо! Меня она, видите ли, за мужчину не считает. "У тебя, — говорит, — го лос бабий!" Ан не бабий, а детский у меня голос! Тонкий, дет ский, а вовсе не бабий! Дура такая! Чего ей Куров дался? Ху дожник Козлов говорит, что с меня садись да картину пиши.

(Литературная газета № 46 1968 г.)

— 120

КАК Я РАСТРЕПАЛ ОДНУ КОМПАНИЮ

1. Однажды я пришел в Госиздат и встретил в Госиздате Евгения

Львовича Шварца, который, как всегда, был одет плохо, но с пре тензией на что-то.

Увидя меня, Шварц начал острить, тоже, как всегда, неудачно.

Я острил значительно удачнее и скоро в умственном отношении положил Шварца на обе лопатки.

Все вокруг завидовали моему остроумию, но никаких мер не пре дпринимали, так как буквально дохли от смеха. В особенности же дохли от смеха Нина Владимировна Гернет и Давид Ефимович Рахми лович, для благозвучия называвший себя Южиным.

Видя, что со мной шутки плохи, Шварц начал сбавлять свой тон и, наконец, обложив меня просто матом, заявил, что в Тифлисе За болоцкого знают все, а меня почти никто.

Тут я обозлился и сказал, что я более историчен, чем Шварц и

Заболоцкий, что от меня останется в истории светлое пятно, а они быстро забудутся.

Почувствовав мое величие и крупное мировое значение, Шварц постепенно затрепетал и пригласил меня к себе на обед.

2. Я решил растрепать одну компанию, что и делаю.

Начну с Валентины Ефимовны. Эта нехозяйственная особа пригла шает нас к себе и вместо еды подает к столу какую-то кислятину.

Я люблю поесть и знаю толк в еде. Меня кислятиной не проведешь!

Я даже в ресторан другой раз захожу и смотрю, какая там еда. И терпеть не могу, когда с этой особенностью моего характера не считаются.

Теперь перехожу к Леониду Савельевичу Липавскому*. Он не пос теснялся сказать мне в лицо, что ежемесячно сочиняет десять мыс лей.

Во-первых, врет. Сочиняет не десять, а меньше.

А во-вторых, я больше сочиняю. Я не считал, сколько я сочиняю в месяц, но должно быть больше, чем он….

Я вот, например, не тычу всем в глаза, что обладаю, мол, ко лоссальным умом. У меня есть все данные считать себя великим че ловеком. Да, впрочем, я себя таким и считаю.

Потому-то мне и обидно, и больно находиться среди людей, ниже меня поставленных по уму, прозорливости и таланту, и не чувство вать к себе должного уважения.

Почему, почему я лучше всех?

3. Теперь я все понял: Леонид Савельевич — немец. У него даже есть немецкие привычки. Посмотрите, как он ест. Ну, чистый немец,

да и только! Даже по ногам видно, что он немец.

Не хвастаясь, могу сказать, что я очень наблюдательный и остроумный.

Вот, например, если взять Леонида Савельевича, Юлия Берзина и

Вольфа Эрлиха и поставить их вместе на панели, то можно сказать "мал мала меньше".

По-моему, это остроумно, потому что в меру смешно.

И все-таки Леонид Савельевич — немец! Обязательно при встрече скажу ему это.

Я не считаю себя особенно умным человеком и все-таки должен сказать, что я умнее всех. Может быть, на Марсе есть и умнее ме ня, но на земле не знаю.

Вот, говорят, Олейников очень умный. А по-моему, он умный, да не очень. Он открыл, например, что если написать шесть и пере вернуть, то получится девять. А по-моему, это неумно.

Леонид Савельевич совершенно прав, когда говорит, что ум че ловека — это его достоинство. А если ума нет, значит, и достоин ства нет. Яков Семенович возражает Леониду Савельевичу и говорит что ум человека — это его слабость. А по-моему, это уже пара докс. Почему же ум это слабость? Вовсе нет! Скорее крепость.

Я так думаю.

Мы часто собираемся у Леонида Савельевича и говорим об этом.

Если поднимается спор, то победителем спора всегда остаюсь я.

Сам не знаю почему.

На меня почему-то все глядят с удивлением. Что бы я ни сде лал, все находят, что это удивительно. А ведь я даже и не стара юсь. Все само собой получается.

Заболоцкий как-то сказал, что мне присуще управлять сферами.

Должно быть, пошутил. У меня и в мыслях ничего подобного не было.

В Союзе писателей меня считают почему-то ангелом.

Послушайте, друзья! Нельзя же в самом деле передо мной так преклоняться. Я такой же, как и вы все, только лучше.

4. Я слышал такое выражение: "Лови момент!" Легко сказать, но трудно сделать. По-моему, это выражение бессмысленно. И действи тельно, нельзя призывать к невозможному.

Говорю я это с полной уверенностью, потому что сам на себе все испытал. Я ловил момент, но не поймал и только сломал часы. Те перь я знаю, что это невозможно.

— 122

О ВРЕДЕ КУРЕНИЯ

Надо бросить курить, чтобы хвастаться своей силой воли. При ятно, не покурив неделю и уверившись в себе, что сумеешь воздер жаться от курения, прийти в общество Липавского*, Олейникова и