Противостояние. Обама против Путина - Алексей Пушков

Саммит БРИКС в июле 2015 г. лишь еще раз подтвердил, что изолировать Россию невозможно. Если раньше мы могли сбывать углеводороды только на Западе, то сейчас перед нами открыты азиатские рынки, которые с нетерпением ждут момента, когда к ним пойдет российский газ. Конечно, потребуется время, чтобы перестроиться. Но альтернатива есть. И БРИКС — самый яркий пример. Это утвердившийся многополярный формат сотрудничества, который, вопреки предсказаниям американских наблюдателей, уже не является чисто символическим. У БРИКС уже есть собственный банк — «Новый банк развития» с уставным капиталом в 100 миллиардов долларов — с этим придется считаться. Страны БРИКС договариваются между собой об уходе от доллара в качестве основной расчетной валюты — с этим тоже придется считаться. Это означает, что из зоны доллара будут постепенно «изыматься» значительные сегменты мировой торговли.

Поэтому БРИКС так и раздражает США — он напоминает им о том, что в мире появилась новая мощная группа, которую США не способны контролировать. То же самое касается ШОС — организации, в которой нет Соединенных Штатов. А ведь США, безусловно, являются евразийской державой — через НАТО, через систему военных баз и союзов с Японией, Тайванем, Южной Кореей, Саудовской Аравией, Израилем. США как сверхдержава присутствует в Азии. Однако в ШОС, как представляется, им пути нет.

Вторая причина, по которой попытка изоляции России не будет успешной, заключается в том, что нет единства в самом западном стане. Об этом свидетельствуют визиты Владимира Путина в Австрию, Венгрию, Италию, контакты с лидерами других европейских стран, которые сами несут потери от санкций. На это жалуются многие представители европейского бизнеса. Уже есть цифры, что в общей сложности от санкций ЕС потеряет до 100 миллиардов евро и два миллиона рабочих мест. И очень показательно, что на последнем Совете ЕС в Брюсселе не было принято решение относительно расширения санкций.

Причем даже без обсуждения, потому что любая дискуссия выявила бы трещины и разногласия внутри Евросоюза. В итоге было принято компромиссное решение между сторонниками ужесточения режима санкций и сторонниками их отмены, которые все‑таки не пошли на поводу у наиболее антироссийских стран.

Наконец, третья причина состоит в том, что многие страны видят в России естественный противовес избыточному влиянию США и их союзников. И те государства, которые прислали свои воинские формирования на Парад Победы в Москву 9 мая и чьи лидеры были на трибуне рядом с российским президентом, руководствовались не только экономическими соображениями. В их приезде в Москву был важнейший элемент политической солидарности с Путиным во время крупного символического события. Парад Победы стал яркой демонстрацией в пользу многополярного мира — мира, в котором зреет недовольство так называемым «американским лидерством», которое на самом деле представляет собой диктат. Зреет недовольство распределением ролей в глобальной системе координат, устройством мировой финансовой системы.

Это относится и к Индии, и к Бразилии, и к Китаю. Вслед за визитом в Москву главы КНР Си Цзиньпина последовали совместные военные учения России и Китая в Средиземном море. Вашингтону есть о чем задуматься: ведь с 1970‑х годов американская внешняя политика стремилась к тому, чтобы не дать Москве и Пекину объединиться в рамках одного альянса. Теперь эта заповедь нарушена — и США это еще почувствуют. Парад в Москве стал одним из главных вызовов американской системе давления в современных международных отношениях. И не случайно буквально через три дня в Россию, в Сочи, на переговоры приехал госсекретарь США Джон Керри, хотя он этого не планировал. В США вдруг почувствовали, что остаются в стороне от важных процессов, которые выкристаллизовываются вокруг России и пик которых пришелся на 9 мая. Обаме удалось развернуть на Западе мощнейшую информационную кампанию, создать нам трудности, но добиться изоляции ему не удалось.

Тем не менее, если судить по действиям и заявлениям руководства НАТО, с их стороны против нас уже ведется «холодная война». В НАТО говорят, что будут создавать опорные штабы в шести государствах Восточной Европы — Болгарии, Румынии, Польше и трех прибалтийских странах. Американцы намерены перебросить туда тяжелую военную технику, ускорить размещение в регионе системы ПРО, которая якобы не направлена против России. Хотя всем понятно, что комплексы у наших границ нужны США и НАТО не против Ирана или Северной Кореи, как они долго пытались доказать.

За пределами самого альянса всем очевидно, что это НАТО движется к границам России, а не Россия к границам НАТО! Заявление недавнего министра обороны США Чака Хейгела (я встречался с ним в Вашингтоне семь — восемь лет назад и тогда он показался мне вполне разумным человеком), как нельзя лучше отражает американский подход. Он заявил, что Западу «нужно иметь дело с современной и боеспособной российской армией на самом пороге НАТО» (?!) Можно подумать, что Россия долго расширялась в сторону Североатлантического альянса и сейчас «укрепляет свои силы» в каком‑то околонатовском пространстве. В отличие от США, Россия укрепляет их на собственной территории, но, с точки зрения американцев, это уже предосудительно.

«Сдерживание», «изоляция» — терминология, которая используется сегодня администрацией США, представляет собой типичную риторику начала 1950‑х годов. То есть даже терминологически Обама вернулся к понятиям, возникшим на заре «холодной войны». Так что это — не наш выбор. Но, похоже, США на нем настаивают. Ведущие кандидаты от обеих партий, которые выдвигаются в президенты США, скорее всего, будут настроены по отношению к Москве еще более жестко. Во всяком случае, Хиллари Клинтон давно уже демонстрирует ястребиные инстинкты по отношению к России. И я бы пока не переоценивал ее последние заявления о том, что США надо «быть более умными в отношениях с Путиным»: еще предстоит выяснить, что она имела в виду. Что же касается республиканца Джеба Буша, то он тоже всех запугивает российской угрозой и клянется «остановить Путина».

Когда‑то Хиллари Клинтон привезла в Москву кнопку «перезагрузки». Теперь — другие времена. Но важно понимать, что «перезагрузка» рассматривалась администрацией Обамы и американским политическим классом в целом, прежде всего, как средство ослабления России и нейтрализации ее на мировой арене. Это в свое время признал вице‑президент Джо Байден в интервью «Уолл‑стрит Джорнэл». Но этот инструмент не сработал. Кстати, «перезагрузка» погибла не из‑за Украины, она погибла из‑за Сирии. Наша позиция состояла в том, чтобы искать решение конфликта без свержения режима, потому что — и это было ясно — его свержение уничтожит стабильную и процветающую по арабским меркам страну, какой являлась Сирия. Могу говорить об этом, поскольку был там в феврале 2011 года, когда гражданская война только начиналась. Это было одно из самых развитых государств арабского мира — и по доходам людей, и по стилю жизни. Теперь это «no man’s land», как говорят в Англии, — «ничья земля», то есть земля не для людей. Теперь это земля убийств. Мы предупреждали: помогая антиасадовской коалиции, США и Запад выращивают на Ближнем Востоке нового монстра. Сейчас он всем известен — это «Исламское государство», которое убивает людей по всему миру — от Сирии и Туниса до Парижа. Посмотрите на карту террористической угрозы, опубликованную полгода назад в газете «ЮСЭЙ Тудей» со ссылкой на Минобороны США, и увидите, что по сравнению с 1990‑ми гг. эта зона почему‑то удивительно расширилась. Тогда можно было говорить о терроризме в Палестине и в Пакистане. А с тех пор, как США начали свою «войну с террором», он только расширился — и теперь охватывает гигантский пояс от Мавритании до Восточного Пакистана. Такова странная «война» с терроризмом, которая приводит лишь к его распространению.

При этом абсолютно правы те на Западе, которые говорят, что Соединенные Штаты не справятся без России с этими проблемами. И уже не справляются. Например, США не сумели бы в одиночку договориться с Ираном, потому что Ирану нужны международные гарантии, что Вашингтон будет выполнять свои обязательства. А гарантией является присутствие в «шестерке» России и Китая.

Что касается Германии, то в правящей коалиции есть разумные голоса. Но пока в большинстве остается блок ХДС/ХСС во главе с Ангелой Меркель, вряд ли произойдут крупные сдвиги. Немецкая политическая элита плотно встроена в американскую систему координат. Взять хотя бы скандал с прослушиванием. Когда выяснилось, что немецкая спецслужба БНД обслуживала ЦРУ и помогала им прослушивать австрийцев, французов и «прочих шведов», как говорил Маяковский, даже это не подействовало отрезвляюще на немецкий политический класс. Он делегировал огромную, можно сказать — основную часть суверенитета своей страны Соединенным Штатам. То же самое и Франция. Считалось, что Франция гораздо более независимая страна, чем Германия, и уж она‑то не потерпит такого вопиющего вмешательства в свои внутренние дела. Но когда вскрылись факты прослушки французских президентов со стороны АНБ, то никаких извинений со стороны США не последовало. Более того, почему‑то не Обама звонил по этому поводу Олланду, а сам Олланд звонил Обаме, чтобы услышать что‑то успокаивающее… Добровольное расставание великих европейских стран со своим суверенитетом во имя союза с США, который все больше превращается в союз с «большим братом» из оруэлловской антиутопии «1984», является историческим фактом. И ведь прослушка американцами десятков миллионов абонентов в Европе не имеет никакого отношения к борьбе с терроризмом. Один из бывших руководителей АНБ как‑то признался, что благодаря прослушке им удалось предотвратить, как он выразился, полтора теракта. Так Европа, которая была родиной демократии, отказывается от собственной свободы. Политическая элита в странах Евросоюза по инерции остается во многом проамериканской. Но когда внешнеполитические провалы США будут нарастать, тогда, возможно, начнется перестраивание политической психологии в Европе.