Главное – не влюбляться (СИ) - Веленская Наталия

Отправляю Корсакову задумчивый смайл. Пускай, если хочет, считает меня странной. Хотя чего ещё ожидать от девушки, которая вначале знакомства отшивала его, прикрываясь несуществующей семейной драмой?

***

В среду мне предстоял очередной холодный обзвон и лишь одна короткая встреча с утра для подписания контракта. Клиент был небольшой — детская языковая школа. Хотя после подписания договора с «Корсаром» любой клиент и любая прибыль была, как капля в море. Но я была рада.

А ближе к обеду неожиданно раздался звонок от Ярослава.

— Привет, Лиз! Как там поживает лучший продажник всея Руси?

Чего? На «ты» мы, конечно, переходили, но всё равно было непривычно. Как в прочем и чересчур бодрый и весёлый тон Мереминского.

— Ярослав, не понимаю, о чём ты? Причём тут всея Руси…

Про премию лучшего продажника, что я получу за контракт с «Корсаром» знал только сам Корсаков. Но он же не мог проболтаться об этом своему пиарщику? Да и зачем?

— Ой не прибедняйся. У меня тут весь отдел уже который день на ушах стоит, сколько им макетов привалило согласовывать, — ржёт в трубку Ярослав. — С удовольствием послушаю увлекательную историю, как тебе это удалось. Так сказать, из первых уст…

Вот чёрт!

— … заодно и конкурс обсудим, — продолжает Мереминский. — Предлагаю встретиться, накидать совместно идеи, устроив небольшой мозговой штурм. Можно прямо сегодня, в обед. Если у тебя нет никаких встреч.

Вот я попала! С этой сдачей номера и подписанием контакта с Александром третьим я совершенно забыла о необходимости придумывать идеи для конкурса совместно с «Корсаром».

— Ярослав, понимаешь ли…, - начинаю невнятно блеять я в трубку. Надо срочно выкручиваться! Нужно придумать какую-то отмазку почему ни я, ни кто-либо другой из редакции не сможет приехать на встречу с Мереминским. Любую ерунду, хоть что-нибудь! Но язык, как назло, будто прилип к нёбу.

— Или, хочешь сказать, что, заполучив рекламный контракт, конкурс вам стал уже по барабану? — по-своему трактует Ярослав затянувшеюся паузу, и в целом, он не далёк от истины. Но знать ему об этом не обязательно.

— Нет, ты что! — наигранно бодро возмущаюсь я. — Просто у нас сейчас ни пиарщицы, ни кого из боссов нет на месте…

— Ты что ко мне весь бабсовет свой собралась тащить? — смеётся главный пиарщик. — Вообще-то я только тебя, чисто по дружески зову поговорить по душам, идеи накидать, пока у меня окно в расписании есть.

— Хорошо, я приеду. Только сразу говорю, что пока никаких интересных версий по поводу конкурса мы не придумали, — осторожно говорю я

— Ага, я понял. Что-нибудь из европейской кухни, если закажу, нормально будет? — пропускает моё замечание мимо ушей Ярослав.

Тяжело вздыхаю, уже жалея, что согласились. Кажется, кому-то ещё больше плевать на наш совместный конкурс. Ярославу лишь бы выяснить, как я смогла уболтать Корсакова на размещение в нашем журнале. И почему считается, что любопытство — это чисто женский порок?

Глава 38

Сегодня я не при параде, и потому чувствую себя не очень уверенно, выходя их дверей лифта. Стильный дорогой офис, сотрудники, которые одеты по дресс-коду, но при этом выглядят собранными, деловыми, и тут я такая… Простенькие зауженные джинсы, свободного покроя чёрный пиджак и тонкий жемчужно-серый свитер. Ситуацию не спасают даже ботильоны на каблуке. Как будто я решила сбежать с последней пары в универе, и каким-то чудесным образом попала в офис солидной компании.

Мереминский стоял чуть в отдалении от лифта и о чем-то оживленно общался с высокой стройной блондинкой с каре. На этаже то и дело раздавался их громкий смех. Кажется, это секретарша Александра третьего. Как его там зовут? Карина? Нет, Марина, точно!

— А вот и моя богиня продаж! — завопил при виде меня на весь коридор пиарщик. А я хочу вжаться в стену и постараться с ней слиться, чтобы никто не заметил моего стыда. Вместо этого я медленно подхожу к весёлой парочке, вся красная как рак.

Ну вот зачем так орать и привлекать ко мне всеобщее внимание? В поведении Мереминского явно что-то поменялось, не могу понять только, что.

— Маринчик, познакомься, это Елизавета Бельская, менеджер по продажам рекламы в журнале «ГородОК». Теперь уже, наверное, можно сказать, в одном из наших ключевых информационных партнёров… Да, Лиз? Марина, личный ассистент Корсакова. Или вы уже знакомы?

— Да, мы виделись, но нас тогда не представили… Добрый день, Марина, — промямлила я, под пристальным прожигающим взглядом секретаря. Неужели она меня вспомнила? Губы девушки сжались в тонкую нить, глаза чуть прищурены. Мне кажется, у неё даже дыхание изменилось, стоило мне подойти. Я возможно не самый наблюдательный человек в мире, но тут даже плакат рисовать не надо, и так понятно — мне здесь не рады.

Чёрт, да не хотела я нарушать ваше веселье, нечего на меня так смотреть!

— Добрый день, — цедит в ответ Марина.

— Ладненько, мы пойдём, — говорит Мереминский, чуть приобнимет меня за плечи, направляясь в сторону своего кабинета, — Настал час для откровенного разговора, да, Лиз?

Подмигивает мне, а я аж раскрываю рот от такой наглости и беззвучно хватаю ртом воздух. А еще у меня стойкое ощущение, что помощница Корсакова смотрит на меня как-то подозрительно. Хотя я для этого вообще ничего не делаю. Это все чертов Мереминский!

— Мариш, не скучай! Ещё заскочу!

Личный ассистент Корсакова лишь неопределённо повела в ответ плечом, и круто развернувшись на каблуках, поспешила на свое рабочее место. Тоже мне цаца нашлась! Я с удивлением посмотрела на её огромные шпильки и длинные ноги, растущие реально от ушей. Если у тебя и так практически модельный рост, зачем ещё больше делать из себя каланчу? Тот же Ярослав, конечно, был немного выше её, но над всеми остальными сотрудниками офиса Марина возвышалась точно водонапорная башня. С короной на голове, не иначе.

В общем, она мне не понравилась. А может, я просто отзеркалила её эмоции и отношение ко мне. Или я просто завидовала. Такие, как Марина, могут сколько угодно жрать пирожки без вреда для фигуры, а целлюлит перекинется воздушно-капельным путем на соседку слева. Ведьма, не иначе!

— Ярослав, объясни мне, что за цирк ты устроил? — стараюсь спокойно говорить я, когда мы заходим вместо кабинета Мереминского в небольшой зал для переговоров.

На столе уже разложены контейнеры с едой, стоят бутылки воды и кувшин с соком. Чуть в отдалении располагается еле слышно гудящий ноутбук. Хвала небесам — здесь были непрозрачные стены! Значит, не придётся себя чувствовать рыбкой в аквариуме, на которую сбежится посмотреть половина компании. Богиня продаж. Это ж надо додуматься!

— А что? — хитро прищуривается Ярослав, жестом предлагая мне разместиться на одном из кресел, стоящих рядом с едой. — Я что-то сказал не так?

— Какая я тебе богиня продаж…

Присаживаюсь на стул, закипая от возмущения.

— Ну а кто отхватил несколько сотен тысяч бюджета на рекламу, которых не было запланировано? Я что ли? — смеётся Ярослав, располагаясь рядом, откидываясь на кресле и закидывая руки себе за голову. — Я босса полгода уже уговариваю одну фишку на открытие ТРЦ провернуть, а он ни в какую… Нет бюджета и всё! А он мне друг детства, между прочим! Мы с ним знакомы еще с тех времён, когда под стол пешком ходили. И тут в понедельник мне сообщают чудесную новость. Я минут пять себя за руку щипал, думал ещё не проснулся после весёлых выходных. Смотри, вон синяк до сих пор до конца не прошёл…

Ярослав закатывает рукав темно синего джемпера, который очень выгодно оттеняет его небесно-голубые глаза. Я никакого синяка у него на руке не замечаю, но на всякий случай навешиваю на лицо сочувственное выражение.

Информацию, что они с Корсаковым друзья детства, записываю на подкорку сознания. Вдруг пригодится?

— Итак, как тебе это удалось? Я на полном серьёзе подумываю устроить мастер-класс для нашего отдела продаж, пускай эти бездари поучатся. Расскажешь им свои секретные фишки.