Семья волшебников. Том 3 (СИ) - Рудазов Александр

Готовить тетя тоже не умела, у нее для этого повар-скелет есть. А еще она каждый день заказывала лепреконскую доставку и швыряла одежду куда попало, так что Астрид стала немного понимать маму и Ихалайнена.

И надолго тетя остаться не смогла, потому что у нее вообще-то работа, а телепортироваться она не умеет. До этого Астрид как-то не задумывалась, где работает ее великая тетя, а оказалось, что у нее свой бизнес, похоронно-поднимательное бюро, причем на международном уровне. Она хоронит неупокоенных мертвецов и поднимает тех, за кого заплатили, чтобы их поднять. Неупокоенных в Мистерии много, потому что магическое загрязнение — это вам не шутки. И зомби всякие тоже пользуются постоянным спросом.

Так что тетя Маврозия провела в усадьбе всего три дня, убедилась, что Астрид в порядке, что она сама способна за себя постоять и о себе позаботиться, и укатила обратно. Но сказала, чтобы если вдруг что, Астрид немедленно ее призывала. Не зеркалила, а просто говорила сестре: Вероника, призови тетю.

И вот так потянулись долгие трудные дни, полные самостоятельности и горестей. Вератор зеркалил каждый день, спрашивал, нет ли изменений, и сам говорил, что он ищет через дружбосеть, колдует изо всех сил, но пока что удалось узнать только, что этот его перстень в каком-то скверном, наглухо запечатанном месте.

Ничего нового это Астрид не сказало. И так ясно, что место какое-то очень запечатанное, раз Вероника ничего не добилась. Не иначе, мама с папой окончательно прогневили богов, и их кинули в Хиард. Или их дядя Фурундарок сожрал, тоже не исключено.

Астрид даже хотела попросить Веронику призвать дядю Фурундарока или хотя бы Совнара, но в последний момент испугалась. Не нужно всяким демонам знать, что мама с папой пропали и Астрид с Вероникой теперь одни дома. Они, конечно, вместе справятся с кем угодно, особенно Астрид, но все равно — не нужно сейчас еще и этого.

Вероника по-прежнему каждый день пыталась призвать родителей или фамиллиаров, но уже не с утра до вечера. Просто вставала утром, пробегалась по всему списку, тяжко вздыхала и утыкалась в книжку. Она совершенно перестала делать что-либо еще, только читала всякую ерунду, да лопала хлеб с вареньем. А все хозяйственные заботы легли на Астрид.

Она снова стала ходить в школу. Мэтресс классная наставница, узнав, что у них случилось, тоже предложила Астрид пока посидеть дома и даже предложила пожить у них какое-то время, присмотреть. Но Астрид представила, что мэтресс классная наставница будет не только в школе, но и дома, и ее будто ледяной крошкой осыпало. Она сказала, что у них все нормально, целых два домашних призрака, есть немтыри, мишка Налле каждый день приносит меда с пасеки, и все время кто-то заезжает навестить.

Да и если б даже не заезжали. Астрид сама справится. Она давно научилась направлять внутреннюю энергию, так что без проблем подзаряжала волшебные светильники, гексаграммы, камин и купальный дождик. Она стала покупать продукты, училась стряпать, убиралась по дому, кормила Лурию, Булочку, коров, кур и Козу-Люкрезу, собирала яйца и добывала свежее молоко (вы ни за что не догадаетесь, откуда оно берется!). В одиночку, конечно, ни за что бы не справилась с такой огромной усадьбой, но у нее были немтырные талисманы, и Астрид совершенно не понимала, почему енот их так не любит.

Немтыри — это кудесно. Просто надеваешь талисман, появляется перед тобой такой волшебный слуга, а ты ему и говоришь: поди, убери вон то говно. А он и убирает. Даже прямо голыми руками можно заставить убирать.

Но Астрид не заставляла, она добра даже к немтырям.

— Так, сегодня сделаем яичницу с горошком, — сказала она Веронике. — Я нашла рецепт в кулинарной книге.

Она кинула в сковороду кусочек масла, разбила пару яиц и сыпанула в угол горсть зеленого гороха. Запахло сразу вкусно…

— Сейчас будет огонь! — пообещала Астрид.

И с воплем упала на пол, потому что сковорода принялась стрелять раскаленным маслом. В кулинарной книге о таком не предупреждали, так что Астрид не виновата.

— Призываю булку, земляничное варенье, шипучий лимонад и побольше конфет, шоколадных, — буднично сказала Вероника, пока Астрид пыталась спасти яичницу.

— Чо ты только сладкое жрешь⁈ — прикрикнула она на сестру. — Ты же не демон, у тебя зубы сгниют!

— Я новые призову, — спокойно ответила Вероника.

— Они отдельно будут!

Аргумент был железным, тем более, что яичницу Астрид спасла. Просто повернула клапан и уменьшила пламя.

— Ладно будет огонь, но несильный, — неохотно сказала она. — Возможно, горошек надо добавлять потом… возможно. Ладно. И я сейчас еще и кашу сварю.

Астрид всегда терпеть не могла кашу, особенно манную. Но став в этом доме Верховной Поварихой, она поняла, что не стоит недооценивать кашу. У нее множество недостатков, и особенно вкус, но все это перекрывается одним достоинством — ее легко варить. Дурак справится, а уж Астрид и подавно.

Ну да, в первый раз каша получилась горькая, несоленая и воняющая гарью, но Астрид ее съела. Она и не такое едала. Она и столовые приборы едала.

А вот капризная Вероника сказала, что умирать будет, а такую кашу не станет есть.

Но это было только в первый раз, а дальше все стало получаться нормально. Астрид даже попробовала угостить кашей Лурию, и той очень понравилось, она с аппетитом ела! Не то что всякие Вероники.

Астрид решила, что если родители не вернутся, то она вырастит и воспитает Лурию сама. Сделает из нее образцового индивида — законопослушного, высокоморального и преданного своей старшей сестре. Даже если у нее не будет штуки или других полезных качеств, верный прихвостень — это все равно ценно.

Вероника тем временем сыпала в кашу сахар и лила мед. Ложку за ложкой, портя идеальное блюдо, приготовленное Верховной Поварихой Астрид. Глупая ежевичина росла невыносимой сладкоежкой, ведрами поглощая варенье и обожая конфеты. Раньше она стеснялась их призывать, потому что в голове сидел мамин запрет, и Вероника помнила, что призывая конфету себе, она, возможно, лишает ее какого-то бедного ребенка, которому дают конфету раз в год, на день рождения.

Но теперь она сама стала бедным, осиротевшим ребенком и стесняться перестала. Астрид даже начала выяснять, куда в случае болезни обращаются люди, у которых нет целительного кота. В домашней аптечке, конечно, полно всяких эликсиров, но вдруг тупая прожорливая ежевичина захворает чем-то таким, от чего там средств нет?

Учебой Астрид тоже не пренебрегала. Если она теперь горькая сиротинушка, как Вератор, то ей, как Вератору, нужно поскорее поступить в Клеверный Ансамбль, и обязательно на стипендию. Тогда она получит полноценное гражданство Мистерии и сможет официально унаследовать усадьбу и получить опеку над сестрами.

А то сейчас это все немного неофициально, потому что с родителями пока непонятно что, и все надеются, что их вот-вот найдут или они сами вернутся. Но если нет, вся надежда будет на Астрид, так что учиться надо как следует.

—…Солнце — это огромный огненный шар! — вещала Астрид, повторяя то, что узнала на уроке естествознания. — Он крутится вокруг Парифата, но не на самом деле, а немного боком… нет, подожди. Что в книге написано?..

— Это Парифат крутится вокруг солнца, — сказала Вероника, проверяя Астрид по «Озирской энциклопедии».

— А, да, точно, правильно. Каждое утро солнце поднимается, а каждый вечер закатывается… закатывается?.. да, закатывается в дырку для солнца. Как мячик в лунку.

— Нет, — возразила вредная ежевичина. — Не так.

— Да я знаю! — отняла у нее книгу Астрид. — Ну да, просто за горизонт закатывается. За меридиан. Я знала.

Она знала, конечно. Просто у нее уже голова пухла от такой прорвы разных дел. Вон, Лурия опять верещит, и судя по тональности, это не «хочу есть» и не «описалась», а «соскучилась». Лурия хоть и совсем мелкая, прямо микроскопическая, но очень компанейская девчонка, и если она не спит, то ей постоянно нужен кто-нибудь рядом, а то она начинает вякать на все лады, куда-нибудь ползет и тащит в рот все, что не приколочено.