Перегрузка - Артур Хейли

Словно повинуясь инстинктивному порыву, стоявшие около перил попятились.

Ним загодя рассказал им, что этот отводной канал был единственным в своем роде.

— Длина туннеля — треть мили, он был пробит методом горизонтальной проходки. Когда он еще строился, до впуска воды в некоторых местах рядом могли проехать два самосвала.

Нэнси Молино демонстративно зевнула.

— Тьфу! Ну прорыли вы длиннющую сырую пещеру, по-вашему, это — событие?

— А из этого и не надо делать событие. Цель этой двухдневной экскурсии — углубить ваш взгляд на вещи, — пояснила Тереза ван Бэрен. — В этом духе мы всех заранее ориентировали, в том числе и ваших редакторов.

— Вы сказали «углубить» или «задурить»? — не унималась мисс Молино.

Все засмеялись.

— Воспринимайте как хотите, — проговорил Ним. — Впрочем, я обо всем вам рассказал.

Минут через двадцать они доехали на автобусе до туннеля отводного канала. Его холодная влажность резко контрастировала с теплым солнечным днем снаружи. Группа журналистов гуськом продвигалась по туннелю, а всего в нескольких футах под ними несся пенящийся поток воды, оставляя за собой круг дневного света, сжимавшийся до величины булавочной головки. А перед ними ряд тусклых лампочек, казалось, уходил куда-то в бесконечность. Иногда кто-то из них останавливался, чтобы, крепко уцепившись за веревки, посмотреть вниз.

И вот замаячил конец туннеля, показалась вертикальная стальная лестница. Одновременно ворвался новый звук — гудение генераторов, которое уже на уровне лестницы переросло в пронзительный рокот. Ним стал подниматься первым, остальные последовали за ним.

Через открытую вентиляционную дверь они попали в нижнюю камеру генератора, а потом по винтовой лестнице — в ярко освещенную диспетчерскую двумя этажами выше. Сюда, к всеобщей радости, сквозь звуконепроницаемые стены доходил лишь слабый шум.

Широкое окно с толстым стеклом давало возможность рассмотреть внизу два огромных работающих генератора.

В диспетчерской находился один-единственный техник; он что-то записывал в вахтенный журнал, поглядывая на приборную доску с самописцами и цветными лампочками, занимавшую одну из стен. Услышав голоса вошедших журналистов, он обернулся. Но еще до того Ниму бросилась в глаза копна его рыжих волос.

— Привет, Фред Уилкинс.

— Привет, мистер Голдман! — Бросив «доброе утро» остальным, он продолжил свою писанину.

— Место, где мы сейчас находимся, — пояснил Ним, — расположено на глубине пятьсот футов под землей. Эту станцию построили, пройдя сверху шахтный ствол, ну как в проходческих работах. Имеется подъемник, который выходит на поверхность. В другом стволе протянуты высоковольтные линии электропередачи.

— А ведь не скажешь, чтобы здесь работало много людей, — констатировал репортер из «Сакраменто би», пытаясь разглядеть что-то внизу через окно в полу генератора.

Техник захлопнул вахтенный журнал и усмехнулся:

— Через пару минут вы вообще никого больше не увидите.

— Это автоматизированная электростанция, — пояснил Ним. — Мистер Уилкинс заходит сюда исключительно ради дежурного осмотра. И как часто? — поинтересовался он у техника.

— Всего раз в день, сэр.

— В остальное время здесь никого нет и входная дверь закрыта на ключ. Персонал появляется, как правило, для профилактических работ или же когда что-нибудь случается.

— А как происходит включение и отключение генераторов? — поинтересовался репортер из газеты «Лос-Анджелес таймс».

— По сигналу из Центра управления в ста пятидесяти милях отсюда. Большинство гидроэлектростанций сконструированы именно таким образом. Они эффективны и позволяют экономить на оплате персонала.

— А если что-нибудь случится и возникнет паника, — не унимался репортер из газеты «Нью Уэст». — Что тогда?

— Если возникнут какие-нибудь проблемы с одним из генераторов или даже с обоими, в Центре управления будет получен сигнал тревоги и произойдет автоматическое отключение агрегата вплоть до прибытия ремонтной бригады.

— Именно такой тип станции, — подключилась к разговору Тереза ван Бэрен, — будет воплощать гидроаккумулирующая электростанция «Дэвил-Гейт-II». Скрытая от глаз, чтобы не портить ландшафт, к тому же не загрязняющая окружающую среду и весьма экономичная.

Впервые с момента появления здесь напомнила о себе Нэнси Молино.

— Только вот в вашем распрекрасном рассказе есть один изъян, Тесс. Вам придется вырыть огромное водохранилище, что приведет к затоплению черт знает какой площади земли.

— Озеро, которое появится в этих горах, будет таким же естественным, как и окружающая девственная природа, — парировала директор по связям с общественностью. — К тому же там можно будет ловить рыбу…

Ним спокойно заметил:

— Тесс, позволь мне ответить. — Сегодня он решил не позволять Нэнси и таким, как она, портить себе настроение. — Между прочим, Нэнси права, — произнес он, обращаясь к репортерам, — в том отношении, что водохранилище необходимо. Оно будет находиться в миле отсюда, значительно выше нас, его смогут увидеть разве что из самолета или же любители природы, желающие проделать долгое и нелегкое восхождение. Сооружая его, мы будем соблюдать все необходимые требования, чтобы не навредить природе…

— А вот «Секвойя» думает иначе, — вмешался репортер с телевидения. — Почему бы это?

Ним пожал плечами:

— Понятия не имею. Наверное, мы узнаем об этом на публичных слушаниях.

— О’кей, — среагировал телевизионщик, — продолжайте свой пропагандистский треп.

Вспомнив о своей решимости, Ним на этот раз сумел сдержаться. С представителями СМИ, подумал он, постоянно приходится вести изнурительную борьбу, преодолевать недоверие независимо от того, насколько честным и прямым желает казаться оппонент, связанный с промышленными и деловыми кругами. Похоже, что только откровенных радикалов независимо от их сомнительной компетенции пресса готова цитировать дословно и без каких-либо комментариев.

Ним терпеливо стал объяснять, что гидроаккумулирующая электростанция является единственно известным способом накопления массы энергии для дальнейшего использования ее в периоды пикового спроса. В какой-то степени можно даже считать «Дэвил-Гейт-II» огромным аккумулятором.

— Вода будет находиться на двух уровнях, — продолжал Ним, — в новом водохранилище и в Пайнридже, значительно ниже. Большие подземные системы труб — шлюзы и отводные каналы свяжут оба уровня. Генерирующая электроэнергию станция разместится между водохранилищем и рекой. Шлюзы будут заканчиваться у станции, откуда и начнутся отводные туннели. — Когда мы запустим станцию, вода из водохранилища устремится вниз, разгоняя турбины, после чего произойдет ее сброс в реку, причем ниже ее поверхности. А вот в другое время электростанция будет функционировать по абсолютно противоположному принципу. Когда потребление падает — а это наблюдается прежде всего ночью, — «Дэвил-Гейт-II» вообще перестанет вырабатывать электроэнергию. Вместо этого она будет перекачивать воду из реки обратно в водохранилище со скоростью примерно триста миллионов галлонов в час,[5] чтобы заполнить водохранилище к следующему дню. Ночью по всей системе «ГСП энд Л» много свободной энергии, часть которой мы собираемся использовать для работы насосов.

Репортер из газеты «Нью Уэст» заметил:

— «Кон Эдисон» из Нью-Йорка пытается построить такую же станцию вот уже двадцать лет. Они называют ее «Сторм кинг». Однако экологисты и многие другие выступают против этого проекта.

— Но есть и такие ответственные люди, которые за, — отметил Ним. — К сожалению, их никто не слушает.

Ним напомнил одну из заповедей Федеральной комиссии по энергетике: требовалось доказательство того, что «Сторм кинг» не повредит рыбе в реке Гудзон. После нескольких лет исследований был получен результат: уменьшение популяции взрослых рыб составит всего четыре-шесть процентов.

— Несмотря на это, — подвел итог Ним, — «Кон Эдисон» до сих пор не получила разрешение, и в один прекрасный день жители Нью-Йорка проснутся и пожалеют об этом.

— Но это ваше частное мнение, — проговорила Нэнси Молино.

— Ну разумеется, это лишь мнение. А у вас есть какое-нибудь иное мнение, мисс Молино?

Репортер из Лос-Анджелеса заметил:

— Конечно же, у нее его нет. Вам ведь известно, насколько непредвзяты мы, служители правды.

Ним ухмыльнулся:

— Оно и видно.

Лицо темнокожей женщины напряглось, но она промолчала.

Минутой раньше, когда речь зашла о рыбе в Гудзоне, Нима так и подмывало процитировать президента «Кон Эдисон» Чарлза Люса, который в раздражении публично заметил: «Наступает момент, когда вопрос выживания человека приобретает большее значение, нежели вопрос выживания рыб. Я думаю, что в Нью-Йорке мы вплотную подошли к этому». Но осторожность взяла верх. Это высказывание принесло Чаку Люсу массу неприятностей и вызвало бурю недовольства экологистов и других лиц. Стоит ли следовать его примеру?