Архимаг - Владимир Поселягин

Так вот, помимо мотоциклов было захвачено пятьдесят три грузовика, спасибо автороте полка, двенадцать легковых автомобилей, включая одну «эмку», бронетранспортёр, броневик с автоматической пушкой, он сейчас на холме стоял вместо «БМП», даже велосипеды были захвачены. Пока только восемь единиц, но и это хлеб. Будет на чём гонять подросткам, правда я им и мотоциклы собирался отдать, пусть учатся гонять по просёлочным дорогам. Но мотоциклы дам только тем, кому старше одиннадцати, остальные пусть велосипедами довольствуются. Когда Мик закончил перечислять трофеи, баул уже был полностью загружен.

— Броневик перегонять не будете? — указал я на холм. Оба «Ганомага» уже загнали в баул.

— Да, сейчас спустят — пробормотав в микрофон гарнитуры несколько фраз, кивнул капитан.

С ним оставался только танк и «БМП», именно такой группой надеясь на трофеи, они и выдвинулись из леса. Трофеев хватало, это хорошо, теперь можно броневзвод сформировать из трофейных бронетранспортёров. Это проблема Эриха подыскивать им экипажи, как я уже говорил, он отвечал за всю бронетехнику.

Дальше была суета по сборам, я прошёлся к толпе пленных и, выбрал там пятёрку самых опытных немцев. Допросить мне их ничего не стоило, немецкий я знал, вот мне и выдали этих пятерых. Я снял у них слепки памяти, благо все нужные артефакты для скачивания знаний у меня были, и подготовил их к загрузке, перелив на пустые амулеты. Это заняло у меня порядка часа, управился до темноты, после этого немцев отпустили, нам они были не нужны, как на свидетелей нам на них было плевать. Эти немцы с нами сотрудничали, охотно шли на контакт, так что как мы им и обещали, отпустили живыми. После этого я за двадцать восемь минут свернул баул, разворачивание длилось дольше, тридцать три минуты, после чего я попрощался с Миком, у них большое количество работы, в данный момент им предстоял рывок на сто километров, сел в самолёт и мы вылетели в сторону нашего леса, где находился лагерь. При подлёте окончательно стемнело и Вольту пришлось организовать освещение места посадки, он подогнал туда две машины и осветил поляну фарами, так что сели мы благополучно. Похоже, знания и опыт что я передал девочке, принадлежали настоящему асу, потому как она произвела посаду просто ювелирно, да и было видно, что она уже не так нервничала. Ничего, наберётся опыта, будет летать аки Икар. Ой, нет, не так сказал, как очень хороший лётчик.

Мик в данный момент ночными дорогами удалялся в сторону фронта, ему была поставлена задача захвата фронтовых аэродромов, а я, поблагодарив и похвалив нашего первого и пока единственного пилота за работу, направился в свою палатку. Кстати, по капитану. То, что он плакался о большом расходе боеприпасов не нужно слушать всерьёз. Напомню, что у него была безразмерная сумка подаренная мной. В неё он перед рейдом поместил пять десятков бочек с дизтопливом, десяток с бензином, все они местной выделки, последние на всякий случай, ну и ящики со снарядами, боеприпасами и продовольствием, про это тоже стоит упомянуть, так вот, пока он всё это не потратит, возвращаться я ему не велел. Ну, или пока у него есть возможность свободно совершать рейды по тылам немцам. В следующий раз я к нему полечу уже не на «Шторьхе» он может выйти за то расстояние что может пролететь этот моноплан, а скорее всего на транспортном «Юнкерсе». Наш пилот, как и я сам, умела им управлять, я уже интересовался. Да и баул надо будет завтра открыть, достать часть техники, вооружения и игрушек для молодежи, вроде великов и мотоциклов. Пусть осваивают, знания немецких мотоциклов у меня были, там не только умение водить их, но и ремонтировать, что важно. Пока ремонтируется портал, мне нужно было чем-то занять их. Ну и не стоит забывать, что пора создавать подразделение лётной обслуги. Авиация у нас теперь есть. Да и из парней десантников нужно отобрать тех, что по крепче и не бояться высоты. Лётчики мне нужны.

Выслушав доклад Вольта о том, что в лагере всё нормально, порадовал его, что завтра мощность обороны у него повыситься, и узнал от него, что готовиться к показу запись рейда отряда капитана. Обещал быть к началу показа. Искупавшись, я переоделся в свежую форму и прошёл в штабную палатку. Портал и пленных я уже навестил, узнал, что с ними всё в порядке.

Запись мне понравилась, как и другим бойцам и офицерам, парни действовали уверенно, жёстко, профессионально и нагло. Пока о них никто не знал, после первого рейда в окрестностях Воложина только-только слух пошёл, вот они и резвились. Да и сейчас ушли из зоны начавшихся поисков. Ночь не такая и длинная, поэтому я надеялся, что они уйдут как можно дальше. Именно поэтому Мик и не задействовал трофейную технику, а только танк и «БМП» где стояли штатные приборы ночного виденья. До Вязьмы, в районе которой держат оборону советские войска, было чуть больше пятисот километров, думаю, они доберутся до неё дня за три. Идти Мик должен был тихо, таясь, и только на месте развернуться во всю и изредка вызывать меня, для вывоза трофеев. Наверное, как раз в это время мне лучше постоянно быть с ними, чтобы не терять время на перелёты. Портал на это время может подождать, трофеи это святое.

Недельку он там порезвиться, на третий день нужно будет доставить ему смену бойцов, забрав повоевавших, провести так сказать ротацию, и можно будет его возвращать. Не по земле, транспортником бойцов привезём и вывезем, а технику в баул загоним. Это не придумка что мне пришла в голову только что, это разработанная штабом операция ещё перед первым рейдом. На трофеи глубокие тылы немцев небогаты, вот я и решил перекинуть наших к линии фронта, а штаб уже подробно разработал эту операцию. Конечно, можно было и по воздуху их перебросить, что было бы куда незаметнее, потом развернуть баул, выгнуть современную технику и дать им поработать, но я занят был порталом, это раз, во-вторых им нужно получать бесценный практически опыт. Пока они не проведут рейды и броски по дорогам, засыпая за рычагами и прицелами пушек от усталости, они не поймут что это такое. Я прогонял моих малолетних бойцов через кровь и ужас войны, запах крови товарищей, через вонь сгоревшего пороха или тротила разорвавшегося снаряда, через силуэт противника в прицеле их оружия. Я прогонял их через нестоящую войну и надо сказать бойцы старались повысить свой профессиональный уровень. День ото дня они становились всё крепче и спаяннее, настоящее боевое подразделение и боевое братство. До этого они были разрозненной группой мальчишек и девчонок волей судьбы сведённые вместе, сейчас же любой за своего боевого товарища горло недругу перегрызёт. Именно этого я и добивался, мы должны стать семьёй. Именно поэтому я лично собирался участвовать в нескольких схватках. Не стоит им давать повод, что я бросаю их под огнь противника, а сам в тылу отсиживаюсь — мы одна семья.