Истинное наказание, или (не) пара для Дракона - Элен Славина

и я понял, что нужно срочно менять тактику. Сколько здесь было Анкивов? Явно не один. Они нападали со всех сторон и дразнили дракона.

Сзади кто-то пытался снова ударить лапами, но я придавил чучело своим огромным задом и отхлестал хвостом. Но я знал, что он не один. К пещере подлетали другие Анкивы. Похоже, это была ловушка.

И из неё надо было выбираться.

Посмотрел в глаза Вивьене, и она поняла меня, словно прочитала мои мысли.

Моя девочка, моя малышка, она почувствовала, что нужно делать?

Поскольку в следующее мгновение, она подбежала ко мне, и по крылу забралась на мою спину. Вцепилась тонкими ручками за шипы и прижалась к чешуйчатой коже.

— Летим! Живей, Моргер! — Крикнула моя истинная и ударила меня ногами, словно пришпорила. Дерзкая девчонка.

Не думая больше об этом, я разбежался и вылетел из пещеры.

В этот момент сверху на меня резко опустился Анкив и острыми когтями вонзился в мой глаз. Дракон взвыл, пытаясь сбросить огромную птицу. Но ничего не выходило. Я ощущал боль своего зверя как свою. Принимал её, пропускал через себя и беззвучно ревел. Я не верил в то, что происходит, но понимал, что мой дракон ослеп, как и я.

— Не-е-е-т! Услышал голос своей Истинной и сердце мое замерло.

Чернота накрыла меня тёмной пеленой, но не это было самое страшное, а то, что в попытках избавиться от Анкива, я случайно сбросил с себя свою Истинную. И теперь не только не видел её, но и не ощущал.

Я падал, стараясь найти свою девочку. Слышал её крики и летел к ней. Врезался в скалы. Ощущал, как моё тело треплют синекрылые чудовища. Обжигал их огнём и сам обжигался от своего же пламени, который рикошетил от скал.

Я рычал, звал свою Истинную и падал. Понимал, что мне осталось немного, но на это было плевать. Спасти Истинную. Умереть, но спасти.

Умереть… только чтобы моя девочка жила.

— Морге-е-е-р! — Услышал крик Вивьены, а дальше наступила тишина.

Глава 31. Красный дракон, кто ты?

Вивьена

В голове моей раздался голос Моргера. Чёткий и ясный.

— Залезай на меня. Быстро. Иначе погибнешь.

Не думая ни секунды, сорвалась с места и побежала к дракону. Чёрному и огромному.

За его спиной трепыхался еле живой Анкив, пытающийся выбраться из-под огромных лап дракона, не знающего жалости к своим врагам.

Я это уже поняла.

Чёрный дракон был беспощаден. Убивая своих жертв с особой жестокостью, он как будто испытывал особое удовольствие.

Забралась по твёрдому пружинистому крылу на чешуйчатую спину и ухватилась за шипы.

— Летим! Живей, Моргер! — Ударила его ладошкой, словно своего коня по крупу и пришпорила. Дракон недовольно фыркнул, а затем разбежался и вылетел из пещеры.

Секунды не прошло, как на нас напали Анкивы.

Словно того и ждали. Опустившись на дракона сверху, они начали рвать его на части. Один самый смелый и наглый, сел ему на морду и начал царапать глаза.

— Убирайся! — Крикнула я, но это не помогло. — Пошёл вон, гад! Оставь его в покое!

Дракон извивался, стараясь скинуть синекрылое чудище, но у него ничего не выходило. Из-за меня. Он страшился того, что я упаду на землю.

Я посмотрела вниз и ахнула. Под нами была пропасть из камней, а где-то глубоко внизу текла шумная речушка. Это было так высоко, что у меня закружилась голова.

И вдруг дракон, извиваясь, как-то жалобно зарычал, застонал. И я поняла, что они сделали это. Они лишили его последнего видящего глаза.

— Не-е-ет! — Закричала я, почувствовав такую сильную боль в районе сердца, что невольно схватилась за грудь. Опустила шипы на спине. Дракон дёрнулся, всё ещё пытаясь скинуть Анкива с головы, но получилось, что скинул меня.

Я резко скатилась по чешуйчатой спине и полетела вниз. Расправив руки, я закричала. Громко, отчаянно, надеясь на то, что хоть кто-нибудь услышит. Кто-нибудь спасёт.

Но Риверргром не видел меня, он вообще ничего не видел.

Но пытался.

Я видела, что он бьётся о скалы, отгоняет от себя Анкивов, рвущих его на части. Моё сердце разрывалось от боли, я рыдала так, как никогда в жизни ещё не плакала. И понимала одно, что сейчас я умру. Вот так легко и просто упаду на бурлящую в горах речку и разобьюсь об острые камни.

Не успев додумать мысль, я услышала громкий рёв, непонятно откуда взявшийся ветер и шорох крыльев. Драконьих крыльев.

А потом вдруг подо мной оказалась красная спина ящера, на которую я довольно мягко приземлилась. Словно легла на мягкую перину.

Красный дракон, буквально подлез под меня и принял в свои объятия.

Вцепившись в шкуру дракона, я шмыгнула носом и прижалась лицом к чешуе. Слёзы жгли глаза и кожу, но мне было на это наплевать. Ни за что не отцеплюсь от этого ящера. И не просите. Буду держаться до последнего.

— Кто ты? — Прошептала я, замечая, что мы идём на снижение. И вот уже бурлящая горная река под нами, можно рукой до неё достать и стереть с глаз жгучие слёзы. Этого дракона я не слышала, не чувствовала, не понимала. Кто этот красный ящер, который вдруг оказался в небе и спас меня?

Приземлившись на землю, посадил меня на берег реки, а затем вновь взмыл в небо. Быстро, стремительно, резко.

Стрелой воспарил вверх, и я поняла зачем. Там в небе, окружённый синими крылатыми чудовищами сражался за свою жизнь Чёрный дракон. Из последних сил отбивался, кружился и яростно кричал. Но вот он замолк, как-то поник и камнем полетел на землю.

— Морге-е-е-е-р! — Закричала я так сильно, что охрипла. Подставила ладонь к глазам. — Держись, Риверргром! Держись!

Ну что же, ну почему же так медленно? Красный дракон летел навстречу Чёрному дракону, желая его спасти, но сейчас самое главное было — не дать ему разбиться. Подставить широкую спину, принять всю тяжесть чёрного великана на себя. Я понимала, что красный дракон слишком мал, слишком слаб, чтобы унести Ривергрома на себе. Но смягчить удар — наверно это то малое, что хотел сделать красный.

В небе всё смешалось. Синие Анкивы не отпускали Чёрного дракона, Красный летел ему навстречу, разбрасывая вокруг себя струи жидкого огня, цепляя птиц и поджигая им крылья.

До земли оставалось совсем немного, чёрный дракон падал и не собирался тормозить, он был без сознания, а может даже мёртв.

И тут я поняла, что красный настраиваться на принятие удара. Он кружил, расставив свои полупрозрачные крылья, которые переливались на солнце