Пожиратели миров. 7 том - Кирико Кири

Линкор встречает нас мёртвой тишиной или, если так можно выразиться, белым шумом (https://www.youtube.com/watch?v=lmOHrfvdxs0).

Выйдя на швартовый мост, мы оглядываемся по сторонам.

Учитывая, что ангар находится не где-то, а внутри другой машины, он поражает своими размерами. Не то, чтобы я в первый раз это видел, но тем не менее. Полумрак не мешает разглядеть его полностью, пусть и придаёт определённую жуткую атмосферу. А кромешная тишина, нарушаемая изредка постаныванием металла и едва заметным шумом вентиляции лишь усугубляет это.

Тихо.

Слишком тихо, не считая технических звуков и вечного эха.

— Показатели воздуха в норме, примесей не обнаружено, концентрация газов в допустимых пределах. Фильтрация воздуха явно исправна. Здесь можно дышать без скафандров, — быстро сообщает Зигфрид.

Значит в корабле системы жизнеобеспечения работают нормально.

— Понял. Грог, сначала заглянем в диспетчерскую, — кивнул я на будку в углу ангара. — Проверим прилёты и вылеты.

Мы медленно двинулись по мосту вперёд.

Мы держали оружие наготове. Наши шаги эхом отдавались по округе и были единственным, не считая естественных шумов корабля. Но от того округа не становилась живее. Вокруг царила атмосфера смерти, атмосфера полностью покинутого корабля, который стал призраком. Отключи визор, и она станет попросту давящей, погрузившись в заупокойный полумрак.

Диспетчерская представляла из себя пульты вдоль стен, около которых стояли кресла. Нет ни единого следа, что здесь что-то произошло. Кое-где я даже вижу металлические стаканы, которые оставили рабочие этого места. В голове мелькает мысль, что в какой-то момент рабочие точно так же, как и всегда проснулись, пришли на пересменку к своим местам и начали работать, не подозревая, что это их последняя смена.

А потом что-то произошло.

Вся техника работала, но экраны мониторов потухли в целях энергосбережения. Пока Грог сторожит вход, мы подходим к одному из пультов, и Зигфрид щёлкает по клавише, заставляя загореться экран.

— Всё работает, — подкладывает он несмотря на то, что я стою рядом. — Так… — Зигфрид отодвигает стул и щёлкает по клавишам. — Так… м-м-м… — щёлканье клавиш, — энергии как-то маловато, будто реактор не выдаёт полной мощности, но в остальном всё в норме.

— Что с журналом?

— Сейчас… прибытие, отбытие, запланированные технические вылеты, работы, график принятия смен. Всё стандартно, если не считать, что это было пятьдесят один год назад.

— Примерно в то же время, когда Тагер с оставшимися покинул линкор.

— Ну по журналу, я не могу сказать, что что-то произошло. Записи просто обрываются в какой-то момент.

— Просто обрываются?

— Просто обрываются. Будто экипаж взял и исчез, — кивает он. — Здесь мы ничего не найдём. Надо смотреть бортовые журналы.

— Ладно, двигаемся дальше. Скачай план корабля и сбрось нам. Грог.

— Да.

Мы покидаем диспетчерскую и направляемся к ближайшей двери. Она оказывается незапертой, что не похоже на карантин. Иначе бы здесь всё было бы заблокировано.

Мы попадаем в один из тысяч коридоров, что пронизывают линкор подобно капиллярам. Полностью обшитый металлом, на потолке виднеются лампы, которые дают из-за недостатка энергии тусклый свет. Ни крови, ни следов борьбы или чего-то ещё. Просто пусто и тихо. Лишь дыхание самого линкора исходит откуда-то издали.

Друг за другом мы движемся вперёд. Доходим до первого перекрёстка и сворачиваем налево. Идти приходится долго. По бокам встречаются двери в технические помещения, лестницы на другие уровни и более маленькие коридоры. Но на пути мы не встречаем ни баррикад, ни следов от пуль, что было бы характерно для захвата или попытки обороны этого корабля. Тел тоже нет.

— Дальше наверху каюты экипажа. Внизу основные трубопроводы охлаждения, — предупреждает Зигфрид. — Прямо будет станция вагонетки.

Да, такое тоже было на линкорах, чтобы можно было быстро добраться от одного конца корабля до другого. Их обычно было три — две сверху, и одна техническая снизу. Даже если одну вагонетку выведут из строя, остаётся ещё две. В нашем случае это очень полезно, так как наш ангар находится почти в самом носу линкора.

— Через несколько станций будут оружейные, — Грог явно намекает.

— Прямо по пути, — на моём визоре всплывает план корабля. — Можно заскочить. Лишние боеприпасы нам не помешают.

— Может перенести всё на корабль?

— На обратном пути только.

Двигаясь по вымершим коридорам, мы так и не встречаем ни единого признака того, что здесь что-то произошло, если не считать абсолютную безлюдность. А ведь людей здесь должно быть очень много, чтобы обслуживать это место. Некоторые живут на таких кораблях всю свою жизнь, больше никогда не ступая на поверхность планет и не видя ни солнца, ни звёзд. Живут своей жизнью, как механизм, подобно шестерням в двигателе. Некоторые заводят знакомства, отношения и даже семьи.

Мы выходим к станции вагонетки. Это большая комната с выходящим из неё туннелем дальше. Я слышу, как по нему гуляет ветер, неся эхо своих завываний, что звучит достаточно жутко. Сюда же выходят и несколько дверей из других коридоров. На стенах висят плакаты, призывающие служить Империи верно, у стен стоят лавки.

И вновь никаких людей.

Зигфрид подходит к компьютеру.

— Ничего не заблокировано. Вагонетка сейчас находится у капитанского мостика. Как-то всё слишком…

— Странно, — подсказывает Грог.

— Да. Случись что, и всё встало бы на блокировку, а здесь просто нет людей.

— Их могло выбросить на планеты точно так же, как и нас. Прыжок через варп, раз, и они уже не здесь. Только пустой корабль.

— Может быть. Хотя по рассказу Тагера всё было иначе, — напоминает он. — Если только он всё нам сказал.

— А где находятся камеры? Какие-нибудь камеры, помещения для заключения врагов Империи или хранения всяких тварей?

— Чуть ли не в самом центре линкора. Будет по пути нашего следования.

Так как у меня сломана рация, мы говорим по внешней связи, и наши голоса эхом впервые за пятьдесят лет разносятся по этим коридорам. Только создаётся ощущение, будто нам кто-то вторит раз от раза.

Я невольно оборачиваюсь, взглядом ища кого-либо, но мне отвечает лишь полумрак мёртвого линкора.

— Что-то не так? — Грог тут как тут.

— Нет, всё так. Просто эхо, оно будто вторится, не замечаете?

Все затихли, даже Зигфрид замирает у компьютера. Чтобы дать эхо, Грог громко произносит:

— Нэвия — лучшая девушка.

Его слова эхом разносятся по округе, но никого повторения нет.

— Возможно, показалось, — пожимаю я